Это то,что никому и никогда у меня не отнять

Эта статья была опубликована в "Индиан Кантри Тудей" в 1998 году.

 

Что значит быть настоящим индейцем?

 

Для меня это не просто посещение пау-вау, не просто наблюдение за танцорами, ношение одежды из кожи и размеренный ритм барабана, оживляющий мое сердце и душу. Это гораздо больше. 

Мой прадед, вождь Медвежий Охотник(Bear Hunter), возглавлял клан Медведя – одну из ветвей шошони, моя бабушка была из этого же клана, и я тоже принадлежу клану Медведя. Но быть Медведем не значит просто носить каждый день ожерелье из медвежьих когтей и чокер в честь моей бабушки. Это гораздо больше. Перья орла и ястреба были подарены моей бабушке вождем не-персе Джозефом в 1876 году, за ее подвиги в войне против черноногих. Это не просто каждый день носить такие же перья орла или ястреба, идя в продуктовый магазин, в честь моей бабушки и моего народа восточных шошони. Это гораздо больше.

Большинство индейцев сегодня не носят наши традиционные рубахи, расшитые бисером и украшенные бахромой, традиционные платья, они одеваются так же, как и белые американцы. Но быть индейцем не значит носить ту или иную одежду. Это гораздо больше.

Я разговариваю с моей бабушкой Энни Желтый Ястреб каждый день, хотя ее тело мы сожгли на вершине древних захоронений 36 лет назад. Тогда, в 1960 году, ей было 100 лет. Тем не менее, быть индейцем это гораздо больше.

Я ежедневно молюсь перед черепом бизона, которому 150 лет, и мои слова идут от Создателя. Я знаю, Создатель в моем сердце, моем духе. Но это гораздо больше.

Я шошони, хотя и была воспитана в резервации не-персе. Моим воспитанием занималась моя родная бабушка и пять других бабушек не-персе. Их учения всегда со мной. И все же, это гораздо больше.

Сегодня я полный инвалид, живу в мегаполисе, в Денвере, а не в резервации. Моя тропа проходит между белым и красным мирами, как и у всех нас. Быть индейцем - это гораздо больше.

Белая культура взирает на нас с некоторым страхом, представляя нас завернутыми в кожу и перьях, как на что-то из столь недавнего прошлого. Мы видим себя в подвешенном состоянии, не зная, на чем стоять: то ли на могилах наших предков, то ли в костюме и галстуке на корпоративном собрании...

Но кем мы будем на этом собрании, красными или белыми?

Для меня быть индейцем это гораздо больше чем перья, резервации, бизоны, черепа, когти медведя, вера в духов, странствующих в небе, красные или белые, воспитание бабушек, кланы, древние верования и пау-вау. Я живое творение, созданное из красной глины Матери-Земли. Ее дух в моей груди. Ее дыхание в моих легких. Мое сердце бьется, как Ее сердце, церемониальным барабаном. Как народ мы более сложны, нежели чем белые. Это наше наследие сделало нас такими. И мы более сложны, нежели чем черные, которые были привезены в Америку. Мы были первыми, кто оставил свой след на этом континенте. И это наше наследие.

Тысячи школ-интернатов не смогли выбить это из нас или срезать это с нас так, как они срезали наши заплетенные в косы волосы.

Мы отличаемся от белой, желтой и черной рас. Но это отличие не делает нас низшими. Мы равны, как и все. Вместе с тем мы индейцы. Мы коренные народы Америки. Ни одежды, ни школы, ни место жительства не смогут это отнять у нас. Кровь моего народа вернулась в Мать-Землю в 1863 году, в битве при Ривер Бир. Моя бабушка собственными глазами видела смерть ее отца и вождя в тот день…-"Хороший день, чтобы возродиться." Это то, что делает меня сегодня той, кто я есть, это то, что никому и никогда у меня не отнять!

 

Перевод:Александр Caksi*Два Волка*