Анна Мэй Экуош

"Эти белые люди считают, что эта страна принадлежит им - и они не осознают, что они всего лишь отвечают за нее в данный момент и только оттого, что их больше, чем нас. Вся страна изменилась, когда кучка обтрепанных пилигримов высадилась на наши берега в 16 веке. И может быть, кучке потрепанных индейцев удастся сделать то же самое - и я намереваюсь стать одной из них."

Анна Мэй Экуош.

 

Анна Мэй родилась 27 марта 1945 года в канадской резервации микмаков в Индиан Брук, Новая Шотландия. У нее было две старших сестры: Мэри и Бекки Пикту. Ее мать звали Мэри Эллен Пикту, отца - Фрэнсис Томас Леви. Это была типичная резервация: старые, давно нуждавшиеся в ремонте домики, разбитые грязные дороги, безработица, высокая смертность. Если бы Анна Мэй провела всю свою жизнь в резервации, может быть, ей нашлось бы место клерка в управлении резервации или она продавала бы сувениры туристам, а скорее всего, существовала бы на пособие для безработных индейцев.

Мать бросила семью и детишек, и Анна Мэй вынуждена была уйти из школы — типичный эпизод из жизни стандартной индейской семьи в резервации. Ничего удивительного также в том, что Анна Мэй Пикту с другом, Джеком Мэлони,отправились в Бостон, чтобы найти там работу, — так поступали тысячи и тысячи индейцев. За свою работу Анна получала жалкие гроши. В 19 лет она родила Дэниз , девочку, а  в 20 — вторую, Дебби. В 1965 Анна Мей и Джек Мэлони поженились.

Но дальше жизнь Анны Мэй сделала крутой поворот и выскочила из стандартного русла — к 28 годам Анна становится одним из главных действующих лиц в индейском движении, она — типичный воин, она очертя голову бросается в борьбу за интересы своего народа, постоянно помня о том, что тысячи ее соплеменников влачат жалкое существование в резервациях. Анна Мэй обнаруживает поразительный организационный талант, она неистощима на новые идеи, концепции, в ее голове роятся фантастические проекты. Она — одаренный человек с несомненными способностями к живописи, музыке, литературному творчеству. Внешне она напоминала женщину из народных преданий — символ красоты, доброты и благополучия. Индейцы рассказывают о ней как о человеке, воплотившем в себе лучшие черты нации.

Политическая активность Анны Мэй началась в Бостоне. Вначале это были стычки с властями и полицией, консультации других индейцев по различным проблемам адаптации к городской жизни, демонстрации, работа учительницей в культурном центре, а затем в детском саду. Мужа Анны все эти политические страсти не волновали, у него нашлось другое увлечение — белая женщина. Анна Мэй подала на развод .

В 1972 году несколько индейских объединений, в том числе Движение американских индейцев (ДАИ), основанное в 1968 году, организовали «Поход нарушенных договоров» в Вашингтон, где захватили помещение Бюро по делам индейцев. В этом походе приняла участие и Анна Мэй, а когда весной 1973 года в резервации Пайн-Ридж, Южная Дакота, индейцы оглала-сиу захватили городок Вундед-Ни, Анна Мэй, конечно же, участвовала в его захвате. Как и для многих других, это событие стало поворотным моментом в ее жизни.

Главным для Анны Мэй был возврат к утерянным индейским традициям, к той жизненной философии, которую некогда исповедовали ее предки. Именно в момент событий вокруг Вундед-Ни Анна Мэй обручилась со вторым мужем Нугеешиком Экуошем,из народа анишинаби, ритуал обручения по всем правилам был выполнен знахарем лакота Уоллесом Черным Вапити. Она оставила себе фамилию мужа после их развода. Только Анна Мэй могла беспрепятственно проходить сквозь многочисленные полицейские кордоны, со всех сторон окружавшие поселок. Даже умудренным профессиональным опытом агентам ФБР не приходило в голову, что одетая по последней моде, молодая, с благородными манерами женщина, причем явно из состоятельной семьи, выполняет ответственное задание восставших индейцев. Таким образом ей удавалось поддерживать связь с внешним миром, доставать ценную информацию, приносить В Вундед-Ни новости.

Захват Вундед-Ни был поворотным моментом в индейском движении вообще, он обратил на себя внимание общественности, как, впрочем, и внимание ФБР и ЦРУ.

Хорошо отработанная в борьбе с негритянскими и социалистическими организациями тактика гражданской войны теперь была применена и относительно ДАИ. ФБР снабжало суды ворохом сомнительных доказательств против руководителей индейского движения, не стесняясь прибегать к угрозам и насилию, выбивая показания из «свидетелей».

В организацию проникли агенты ФБР, один из которых, Дуг Дерхем, стал директором отдела национальной безопасности ДАИ. Его разоблачение подорвало основы организации и создало климат, в котором каждый подозревал каждого. Эта атмосфера всеобщего недоверия затронула и Анну Мэй.

Через год после событий в Вундед-Ни Анна Мэй становится одной из самых заметных, а потом и главной фигурой в Движении американских индейцев. Все, кто с ней работает, относились к Анне с огромным уважением и симпатией.

«Она смотрела на сто лет вперед, — вспоминает одна из сотрудниц, — она хорошо знала, как добраться из пункта А в пункт Б».

Без предъявления необходимого в соответствии с Конституцией страны ордера на арест, Анна Мэй была схвачена полицией. Наручники, одиночная камера, попытки склонить к сотрудничеству — ничто не сломило молодую женщину. Полиция вынуждена была освободить арестованную за отсутствием в ее действиях состава преступления. Казалось, справедливость, о которой говорится в Кодексе профессиональной этики «солдат спасения», на этот раз восторжествовала. Однако в скором времени эту иллюзию развеет Федеральное бюро расследований. Выйдя из полицейского участка, Анна Мэй передала на воспитание сестре двух своих детей и полностью посвятила себя работе в Движении американских индейцев. Постоянные поездки по стране, изучение положения в резервациях, страстные выступления перед индейцами различных племен расширили ее политический кругозор. Анна Мэй стала подлинно народным трибуном. Ее имя узнала вся страна, ее слова передавались из уст в уста индейцами от тихоокеанского побережья до Атлантики. Именно она одна из первых забила тревогу по поводу политики подрыва биологического потенциала индейского населения путем искусственного ограничения рождаемости. Эта политика приобрела в США уродливые, человеконенавистнические формы. В недалеком прошлом до 150 тысяч женщин детородного возраста из низших слоев американского общества ежегодно подвергались стерилизации. По данным общенационального исследования, проводившегося в 1970 году, стерилизации было подвергнуто 24 процента молодых индианок, В последующие годы волна общественного возмущения смела наиболее одиозные программы ограничения рождаемости. Теперь о них не принято вспоминать в официальных источниках, данные о масштабах стерилизации исчезли со страниц вестников национальной статистики. Однако это не значит, что кануло в прошлое само явление. Как убедительно показала Анна Мэй Экуош, согласие на стерилизацию молодых индейских женщин вынуждает подписывать угроза прекращения выплаты пособия социальной помощи. Кроме того, оказавшись в больнице для бедных по случаю родов, молодая индианка зачастую и не подозревает, что подверглась стерилизации и впредь никогда не будет иметь детей. Искали участников перестрелки. В пространном списке заподозренных значилось и имя Анны Мэй Экуош. Попасть в такой ситуации в руки ФБР означало почти наверняка подвергнуть свою жизнь смертельной опасности, а о свободе уж и говорить нечего. Отсутствие достоверных доказательств участия в вооруженном инциденте восполнялось данными о личности каждого индейца. Прежде всего подозревались руководство и активисты ДАИ. В 1975 году Анна Мэй переезжает в резервацию Пайн-Ридж, где в первую очередь занимается организацией женщин; она вообще находила с ними контакт лучше, чем с мужчинами, руководителями ДАИ. С момента захвата Вундед-Ни Пайн-Ридж стала опасной для активистов ДАИ. В секретном меморандуме ФБР, озаглавленном «Обеспечение правопорядка в резервации Пайн-Ридж», отмечалось: «В резервации имеются отдельные поселения, жители которых практически полностью принадлежат к Движению американских индейцев или являются его сторонниками. Некоторые из жителей в таких опорных пунктах возвели укрепления. Если потребуется преодолевать сопротивление, оказываемое из этих укреплений, то понадобятся воинские подразделения для ведения наступательных действий». Летом 1975 года насилие достигло кульминации: 26 июня при нападении специальных отрядов ФБР на индейцев оглала были убиты два агента ФБР и один из лидеров ДАИ. Полицейские власти использовали это как предлог к массовым репрессиям против населения резервации , члены ДАИ, которым предъявлялось обвинение в убийстве, безжалостно преследовались. Трагические события в резервации Пэйн-Ридж стали предлогом для разгрома организации. В этих условиях Анна Мэй и другие руководители индейского движения приняли решение перейти на нелегальное положение. Спустя некоторое время в окрестностях резервации Роузбад состоялась конспиративная встреча. На ней присутствовали представители индейских племен и несколько активистов ДАЙ. В результате энергичных оперативно- розыскных мероприятий полиции удалось получить исчерпывающие данные о времени и месте этой встречи. Так называемую «Обитель Кроу Дога», где она должна была состояться, плотным кольцом окружили несколько десятков вооруженных полицейских. В воздухе зависли четыре патрульных вертолета. Штурм проводился по всем правилам военной операции. На максимальной скорости в поселок ворвались бронетранспортеры. Специальное подразделение, вооруженное винтовками М-16 и боевыми гранатами, застало собравшихся на встречу врасплох. — ФБР. Руки за голову и выходить по одному. Живо! — последовала команда. В недлинной цепи вышедших с поднятыми руками людей была одна женщина. Назвать себя она отказалась, но ее ёез труда опознал сотрудник ФБР Дэвид Прайс. Он давно охотился за Анной Мэй Экуош, и вот наконец она оказалась в руках полиции. Личный обыск задержанной производился грубо и бесцеремонно. Но вот эта унизительна я процедура окончена; стальные наручники сжали запястья. Индейцев затолкали в разные машины. Взревели моторы, и автомобильная колонна под усиленной вооруженной охраной направилась в столицу Южной Дакоты город Пирр. Допрашивали Анну Мэй долго и изощренно. В ответ на требование пригласить адвоката она услышала категорический отказ. Полиция сознательно пошла на грубое нарушение действующего уголовно-процессуального права. Когда впоследствии этот факт стал достоянием гласности, руководство ФБР объяснило свой отказ тем обстоятельством, что формально обвинение Анне Мэй Экуош предъявлено не было и, таким образом, на данный случай нельзя распространять норму, закрепленную Шестой поправкой к Конституции США, которая право воспользоваться помощью адвоката для защиты предоставляет только обвиняемому. Приведенная аргументация может показаться убедительной лишь непосвященному. Еще в 1964 году Верховный суд США однозначно решил этот вопрос. В прецеденте по делу Д. Эскобедо он прямо указал, что субъективное право гражданина на помощь адвоката во время допроса не связано с предъявлением формального обвинения. В равной мере оно возникает и тогда, «когда расследование уже вышло за пределы общего представления о нераскрытом преступлении и стало осуществляться в отношении определенного лица, которое задержано и допрашивается в качестве подозреваемого для получения инкриминирующих показаний». Именно это и имело место в случае с Анной Мэй Экуош. В отсутствие адвоката с подозреваемой можно было не церемониться. Требования сообщить имена индейцев, принимавших участие в перестрелке 26 июня, сопровождались угрозами физической расправы. Убедившись в том, что такими методами добиться от нее признания в причастности к убийству Колера и Ульямса, а тем более показаний, изобличающих других лиц, не удастся, полиция изменила тактику допроса. Последовали предложения о тайном сотрудничестве с ФБР и соответствующие посулы. Когда и это не привело к желаемому результату, Анну Мэй решили взять измором. Допрос продолжался уже много часов подряд без перерыва. Одна бригада полицейских сменяла другую. А она все сидела под ярким лучом электрической лампы, направленной прямо в глаза. За все это время ей не предложили ни крошки хлеба, ни капли воды. Физические силы были на исходе. «Тогда она положила голову на стол и перестала отвечать на задаваемые вопросы», — это запись в служебном рапорте полиции. На следующий день снова допрос. Продолжим цитату из рапорта: «На этот раз она нам сказала: «Можете меня сразу пристрелить или упрятать за решетку. Я знаю, что у меня нет другого выбора». Ей было предложено объяснить, что она хочет этим сказать. Она ответила: «Я знаю, что в конце концов вы все равно так и сделаете» . Ничего не добившись, власти вынуждены были освободить Анну Мэй Акуош под залог. Оснований для содержания ее под стражей не было. «Не пройдет и года, как ты будешь убита», сказал ей на прощание Дэвид Прайс. Такие угрозы сотрудники ФБР на ветер не бросают. Итак, обвинение Анны Мэй Экуош в причастности к убийству двух сотрудников ФБР не состоялось. Вместо этого ее обвинили в незаконном хранении оружия. Судья Роберт Мерхидж назначил судебное разбирательство этого дела на 25 ноября. Но подсудимая в суд не явилась. Ее следы затерялись. Известно лишь, что сразу же после освобождения она встретилась с адвокатом Кэнди Гамильтоном. Анна Мэй подробно рассказала ему о допросе в полиции и выразила опасение за свою жизнь. Такие же опасения слышали от нее и сестры Мэри и Ребекка. Им Анна Мэй сказала, что полиция не оставит ее в покое, рано или поздно она будет убита. Просила помочь детям, что бы с ней ни случилось. Вскоре стали распространяться слухи, что Анна Мэй — агент ФБР. Оснований для этого не было ни малейших, и все же Экуош не удалось рассеять подозрений. Анна Мэй предупреждала, что ДАИ само губит себя такой политикой, но никто не прислушивался к ее словам.

«Во второй половине дня 24 февраля 1976 Роджер Амиотти, фермер, чьи земли находились на северо-востоке от резервации Пайн-Ридж (примерно в 10 милях от Ванбли), в заснеженной канаве в ста метрах от проселочной дороги обнаружил труп женщины. Погибшая была завернута в одеяло. Одета в темно-бордового цвета ветровку, джинсы и синие парусиновые туфли. Ногти длинные, руки украшены причудливыми бирюзовыми украшениями, кольцом и большим браслетом.

Тело было доставлено в больницу Пайн-Ридж, где доктор Браун в присутствии агентов ФБР произвел вскрытие.

Во время вскрытия агент ФБР попросил доктора Брауна отделить кисти от тела, чтобы отправить в Вашингтон. Не нужно быть профессионалом, чтобы сообразить, что для этого достаточно было отправить отпечатки пальцев, а не сами пальцы... Видимо, дело здесь не в профессиональной ошибке полицейских. Они свое дело наверняка знают неплохо, поэтому есть все основания полагать, что эту акцию они продумали всесторонне и предприняли сознательно. Благодаря ей полицейская служба рассчитывала подчеркнуть неосведомленность о личности покойной, обстоятельствах ее гибели, а значит, и свою непричастность к ней. При патологоанатомическом вскрытии тела эксперт доктор У. Браун подписал заключение, согласно которому смерть наступила в результате «переохлаждения организма». Однако родственники покойной и другие жители резервации Пайн-Ридж поставили под сомнение обоснованность такого вывода. Ведь даже внешний вид тела наглядно свидетельствовал об ином. Ясно просматривалось огнестрельное ранение головы. Кроме того, тело Анны Мэй Акуош не было подвергнуто обычному в таких случаях рентгеновскому исследованию на пулевые и другие ранения.

В последующие дни правительственные агенты кружили вокруг морга, требуя, чтобы безрукое тело было захоронено как можно скорее. По словам одного из гробовщиков, агенты ФБР хотели похоронить женщину под вымышленным именем, но гробовщик ответил, что это будет нарушением закона.

3 марта тело было погребено как безымянное в миссии Святого Розария (Пайн-Ридж). В тот же день ФБР уведомили офис Рапид-Сити, что погибшей была Анна Мэй Экуош. Ее семье отправили уведомление, что Анна умерла «естественной смертью».

 

Правовая защита Вундед-Ни/Комитет по правонарушениям(WKLDOC) потребовала эксгумации и повторного вскрытия. ФБР вдруг начало уверять, что Анна Мэй стала жертвой дорожно-транспортного происшествия или была убита лидерами ДАИ после того, как ее заподозрили в сотрудничестве с ними. Никаких объяснений по поводу того, как труп оказался в ста метрах от шоссе, да и к тому же завернутый в одеяло, если это жертва дорожно-транспортного происшествия, не последовало. Вскрытие было запланировано на 11 марта 1976 года.

 

Четыре молодые женщины за ночь выкопали гроб из могилы.

Семья Анны Мэй через адвоката Брюса Эллисона из WKLDOC наняла Гарри Петерсона, независимого патологоанатома из больницы Сент-Пол, штат Миннесота, для проведения вскрытия. 11 марта 1976 г. эксперт доктор Г. Петерсон приступил к делу. С первого же взгляда, по его словам, он заметил характерную обесцвеченность ткани в области левого виска. Далее он извлек пулю из лобной части черепа и нашел пулевое отверстие с пороховыми ожогами на шее, что свидетельствует о выстреле с близкого расстояния. Как показал результат баллистической экспертизы, извлеченная из тела пуля выпущена из оружия того же калибра, который используется в полиции. Руководство Федерального бюро расследований забеспокоилось. Не только индейцы, но и многие другие представители американской общественности потребовали тщательного расследования факта убийства Анны Мэй Акуош. С официальным запросом к министру юстиции США обратились члены Комиссии по гражданским правам Шерли Хилл Уитт и Уильям Малдроу. Они писали: «Поступившие в нашу комиссию сведения дают основания для вполне обоснованных сомнений в законности действий ФБР» Однако шеф Федерального бюро расследований Кларенс Келли категорически отверг саму возможность причастности своего ведомства к нераскрытому убийству в резервации Пайн-Ридж. А его сотрудник Норман Зигросси даже выдвинул версию, в соответствии с которой Анна Мэй Экуош стала жертвой своих же соратников — индейцев, якобы подозревавших ее в сотрудничестве со спецслужбами. Это клеветническое измышление разоблачил Деннис Бэнкс. Он заявил, что данная версия выдвинута специально для компрометации доброго, чистого имени Анны Мэй и дискредитации Движения американских индейцев.

 

«Убийца или убийцы моей сестры вряд ли когда-нибудь будут найдены, но я уверена, что именно ФБР приложило к этому руку. Кому она могла причинить боль? Они утверждают, что ФБР является самой могущественной организацией в США, к которой никто не может даже приблизиться. Разве она могла навредить этой организации?

Анна была умным человеком - человеком со здравым смыслом. Она всем сердцем была предана ДАИ и работала не ради рекламы и заголовок в газетах. Настоящие индейцы, такие, как она, руководили этим движением.

Смерть моей сестры научила меня предсказывать события, которые происходят в нашей стране. Я поняла все то, о чем она говорила мне, и я вижу, что происходит. Все, что произошло в США, будет происходить и в Канаде. Эта страна станет еще одной Южной Дакотой». Мэри Лаффорд, сестра Анны Мэй.

 

Старики лакота говорят: ветер всегда воет, если хоронят убитого. Лидеры ДАИ отсутствовали на ее похоронах — часть из них сидела в тюрьме, часть находилась в бегах. После похорон Анны Мэй к концу недели ветер перерос в шторм.

В 2004 году Дениз Пикту-Мелони основала группу "Коренные женщины за справедливость" для расследования смерти своей матери и помощи в поиске справедливости для всех индейских женщин. Надо сказать,  дочери Анны Мэй , Дениз и Дебби, всегда были уверены в том, что в гибели их матери выновны люди из ДАИ. В 2004 году семья Экуош перезахоронила останки Анны Мей в резервации микмаков.

 Спустя почти три десятилетия затишья ФБР вдруг начинает активно расследовать это дело.

В 2003 году в похищении, изнасиловании и убийстве Экуош были обвинены Арло Смотрящее Облако, оглала из Пайн-Ридж (впоследствии получил пожизненное), и Джон Грэм.

Позже, в августе 2008 года, Ричарду Маршаллу из Пайн-Ридж было предъявлено обвинение в пособничестве и подстрекательстве к убийству.

В сентябре 2009 года Тельме Риос, адвокату лакота из Пайн-Ридж, было предъявлено обвинение в пособничестве. Тельма к этому времени была очень больна и пошла на сделку со следствием, признав себя соучастницей в похищении она получила 5 лет лишения свободы. Тельма Риос умерла 9 февраля 2011 года от рака легких. 10 декабря 2010 года после двухдневного обсуждения присяжные признали Грэма виновным в тяжком убийстве, но оправдали его по обвинению в предумышленном убийстве. Наказание за тяжкое убийство предусматривает обязательное пожизненное заключение. После апелляции, поданной Грэмом, в мае 2012 года Верховный суд штата Южная Дакота оставил в силе решение суда предыдущей инстанции.

Все показания, которые давали ранее свидетели и лидеры ДАИ, были проигнорированы.

 

В своем последнем письме родным Анна Мэй писала: «Знаю, мои попытки разбудить совесть у белых, которые ненавидят нас, индейцев, будут рано или поздно пресечены ФБР. Но я не собираюсь сдаваться и буду бороться до самой смерти. Я делаю все, чтобы быть достойным человеком и представителем моего народа».

 

 

Перевод и дополнения:  Александр Caksi*Два Волка*

Источники: зарубежная пресса, выдержки из книги Ковалев В. А. "Крупнейшие уголовные дела XX века в США".