Покахонтас-заложница мифа

Портрет, на котором запечатлена Покахонтас за год до ее смерти, в Англии. Хотя, Симон Ван де Пасс придал ей европейский образ, она была чистокровной молодой алгонкинской девушкой из поухатанов, а все индеанки высокого статуса носили татуировки на лице.

1585 г., акварельные изображения женщин. Здесь мы видим полные губы, темно-смуглую кожу, черные глаза и волосы, а так же татуировки на лице. Крупный план алгонкинских женщин написан Джоном Уайтом, за десять лет до рождения Покахонтас. Он сопровождал английскую экспедицию в земли поухатанов в 1585 году и запечатлел более точные женские черты лица, включая традиционные татуировки, которые могут быть ближе, по сути, к реальному внешнему виду Покахонтас, исходя из ее этнической принадлежности. Образ же, созданный де Пассом носил откровенно пропагандистский характер.

Данные поухатанами имена: Амонуте (Amonute), (перевод не известен), Матоака (Matoaka) (Светлый Ручей Между Холмами (Bright Stream Between the Hills)), Покахонтас (Pocahontas) (Непослушная, Баловница (Little Playful One)).

Английское имя данное при крещении: Ребекка. Ее еще иногда называли "леди Ребекка".

Замужество: ее первым мужем стал Кокоум (поухатан) в 1610 году. На тот момент Покахонтас исполнилось 15 лет, и это был тот возраст, когда девочек выдавали замуж. Первый брак длился три года, о детях от этого брака ранние английские хроники не упоминают. Вполне вероятно, сведения о детях были преднамеренно удалены из "официальных документов" в пропагандистских целях.

Ее второй брак был заключен с Джоном Рольфом, английским вдовцом, в 1614 году. Никаких исторических упоминаний о разводе с Кокоумом не существует и, скорее всего, Покахонтас находилась с поухатаном в браке, на момент ее похищения колонистами, в 1613 году. У Джона Рольфа и Покахонтас родился сын - Томас.

Итак, Покахонтас (Матоака) годы жизни: 1595(?)-1617. Любимая дочь вождя Поухатана, лидера альянса из 32 индейских наций, Конфедерации поухатан, как ее называли английские колонисты 17 века в Новом мире Вирджинии (Тсенакоммаках («густонаселенная земля») (Tsenacommacah (Sen-ah-cóm-ma-cah) так ее называли индейские общины). Основная историческая информации о Покахонтас пришла к нам из английских источников колониальной эпохи. О ней очень мало информации, за исключением содержащейся в записках искателя приключений Джона Смита, который впервые упомянул о ней в своем отчете в виргинскую компанию в Лондоне (капиталистическое предприятие, надеявшееся экспортировать товары из Виргинии в Европу, в дополнение к захвату земель у индейцев). Он подробно описал историю молодой Покахонтас, подчеркнув ее решающую роль в спасении своей жизни, когда Поухатан приказал казнить его, а так же о последовавшей после этого помощи для голодающих и защиты форта Джеймс (Джеймстаун). Его рассказы о влиянии Покахонтас на Поухатана могут быть конечно преувеличены. Покахонтас была представлена как "спасительница" Джона Смита в записях от 1624 году, уже после ее смерти. (Его история спасения "прекрасной дамой" повторялось много раз в более поздних работах. Спасателями Смита обычно выступали "прекрасные дамы" высокого социального положения, закрывавшие глаза на низость его собственного). Записи Смита о Покахонтас содержат основные моменты ее жизни во время юности, когда она проявляла дружелюбие по отношению к английским поселенцам. (Многие индейцы полагали, что образ Покахонтас стал "иконой для ассимиляции").

В 1613 году девушку, гостившую у патавомеков, похитили англичане. Это произошло благодаря сговору вождя Джапазавса с Сэмюэлем Аргаллом (капитаном корабля). Имя которое дали Покахонтас при крещении не случайно. Ребекка это библейский персонаж, жена Исаака, которая оставила свой родной народ ради мужа. В 1614 Покахонтас выходит замуж за Джона Рольфа. В течение двух лет после свадьбы они жили на плантации Рольфа, неподалеку от Хенрико. 30 января 1615 года у них родился сын - Томас Рольф.

В 1616 году виргинскую компанию в Лондоне нанимает Покахонтас на работу, в качестве "знаменитости" (Вирджиния в тот период нуждалась в больших инвестициях). Джон Рольф, Покахонтас, их сын Томас и еще одиннадцать индейцев отправились в Англию. 12 июня они прибыли в порт Плимут, затем перебрались в Лондон. В Лондоне девушка стала настоящей "звездой", где ее представили посланницей Нового мира. Она побывала на приеме даже у короля и принесла огромную прибыль для компании. В начале 1617 года на одном из приемов Покахонтас случайно встретилась с Джоном Смитом. Как писал позднее сам Смит, их разговор был весьма прохладным. Для виргинской компании эта поездка принесла большие деньги, а Покахонтас она стоила жизни. Она умерла в 1617 году в Гревсенде, где сошла на берег, возвращаясь домой. Джон Рольф писал, что перед смертью Покахонтас сказала ему: "Все когда-нибудь умирают, главное, что наш сын остается жить". Церковь Св.Георгия, где ее похоронили, стала храмом Покахонтас, как дань памяти "матери американской истории".Точное место ее могилы неизвестно, но рядом с церковью Грейвсенда был установлен памятник ставшей знаменитой девушке.

Теперь хотелось бы представить вашему вниманию отрывок из дипломной работы Кироса Олда, потомка памункей, тауксенентов и таино, закончившего Говардский университет в 2008 году. Это первое обоснованное исследование истории Покахонтас, написанное индейским потомком поухатанов.

 

Покахонтас, дочь Поухатана, несомненно, входит в пантеон индейских мужчин и женщин, которые способствовали европейской колонизации. Она пополнила ряды доньи Марины и Скванто; первая была проводником и переводчиком у Кортеса, второй учил пилигримов, как выращивать кукурузу и служил у них посланником. Их жизнь и смерть заслуживают внимания, так как они сыграли решающую роль в определении курса колонизации в Америке. Можно с уверенностью сказать, что колонизация области, которая стала известна как Вирджиния, не была бы столь успешной для британцев, если бы не Покахонтас. В отличие от испанцев, которые пришли с армией конкистадоров и священников, англичане, в ожидании подкрепления из своей плотно населенной родины, прибегали к дипломатическим отношениям. Почувствовав же опасность, они применили экстремальную тактику похищения, 13 апреля 1613 года, и потребовали выкуп за Покахонтас.

Для основания Джеймстауна, в 1607 году, англичане выбрали неудачное место: низина, болото, малярия. А в дополнение к этому они были плохо подготовлены для элементарного выживания. Вместо того, чтобы заниматься посадкой сельскохозяйственных культур и рытьем колодцев, большинство колонистов предпочитало искать золото и другие драгоценные металлы. Первые годы были тяжелыми, известно, что в июле и августе они голодали. Летом 1608 года их скудный рацион пополнила кукуруза. Запасы вина закончились, и англичане стали пить солоноватую воду из реки Джеймс, что привело к многочисленным случаям брюшного тифа, дизентерии и отравлениям. Ситуация была настолько катастрофической, что многие колонисты стали искать спасения в индейских городах. И индейцы оказывали им помощь.

Покахонтас впервые появляется в записях капитана Джона Смита. В последние годы своей жизни капитан писал, что 10 декабря 1607 года она спасла его жизнь от неминуемой смерти, так как ее отец, вождь Поухатан, распорядился, чтобы его казнили. Следует отметить, что об этом событии не упоминается в более ранних отчетах Смита. Это (хотя и спорное) первое появление Покахонтас показывает ее неосознанное служение интересам британских колонистов и началом ее пути в качестве колониального инструмента. Но, достоверность этих событий не столь важна, ибо в дальнейшем Покахонтас производит впечатление безукоризненной готовности принести себя в жертву тем, кто стал предвестником падения ее народа. Девушка изменила баланс сил в Вирджинии в пользу англичан.

При помощи нескольких патавомеков 13 апреля 1613 года Покахонтас была похищена капитаном Самуэлем Аргаллом.О том как девушку заманили на корабль и похитили свидетельствуют записи Ральфа Хамора. За оказанную помощь в похищении эта парочка патавомеков получила железный чайник от капитана. Через них же Аргалл и передал послание для Поухатана о похищении и условиях выкупа. С этого момента британцы стали использовать Покахонтас как политическую заложницу. Поухатан заплатил часть выкупа и обещал отдать оставшуюся часть, когда его дочь будет освобождена. Между британцами и Поухатаном воцарилось трехмесячное затишье, судя по записям Ральфа Хамора, Поухатан находился в замешательстве. Британцы воспользовались этим и предъявили вождю еще более высокие требования, настаивая на том, чтобы Поухатан сдал все английское оружие, все инструменты, выдал бы всех дезертиров и в качестве компенсации наполнил бы судно кукурузой. Губернатор Дейл, пользуясь нерешительностью вождя, пошел еще дальше. В сопровождении 50-ти человек и Покахонтас губернатор поднялся вверх по реке, проникнув в земли конфедерации поухатанов. Вождь Поухотан не смог встретиться с Дейлом, это сделал его брат, Опечанканоуг (Opechancanough или Opchanacanough (1554-1646), племенной вождь поухатан. Прим. пер). Дейл выдвинул ряд требований и беспрепятственно отплыл вниз по реке, не встречая препятствий от подавляющего количества воинов, ожидающих команду от своего начальства. Ключевым фактором выживания в последующей борьбе снова было использование Покахонтас в качестве заложницы. После переговоров с Опечанканоуг разрешение ситуации с заложниками было отложено.

Можно было легко обвинить Поухатана, сознательно подвергая Покахонтас опасности, позволяя ей выступить в качестве посредника. Тем не менее, такой аргумент не учитывает вероятности того, что это было выполнение ее обязанностей как дочери вождя, а Поухатан, возможно, не ожидал такого предательства от перспективного партнера в торговле. Джон Смит в достаточной степени оценил важность изучения местного языка, чтобы заниматься торговлей и дипломатией. Смит следовал стандартной практике отправлять английских мальчиков в Вирджинию в качестве слуг, чтобы в различных местных общинах изучать их язык и обычаи. Видимо, Покахонтас служила подобным образом в детстве. Она часто сопровождала эмиссаров ее отца, когда она посылали англичанам еду, и получила некоторое представление об их языке. Однако, Поухатан не использовал дочь, когда был в плохих отношениях с англичанами. Он удалил дочь от контакта с англичанами на период от детства до зрелости. Похищение Покахонтас не было прямым результатом того, что Поухатан отправлял ее к англичанам. Джон Смит свидетельствует об этом факте, утверждая, что она была найдена и похищена английским торговым судном в 1613 году. В период, предшествующий ее похищению, Покахонтас не служила потенциальным посредником и не находилась в каких-либо угрожающих ситуациях. Продолжать утверждать, что Поухатан остается виноватым в похищении своей дочери, все равно, что утверждать вину жертвы преступления, совершенного англичанами при содействии нескольких патавомекских оппортунистов.

Сразу после этого Джон Рольф сделал предложение для губернатора Дейла, он просил руки Покахонтас и разрешения вступить с ней в брак. В это время Покахонтас была в подростковом возрасте (около шестнадцати или семнадцати лет, по данным некоторых учетных записей), а Рольф был вдовцом с ребенком, так что брак был скорее политический, чем основанный на любви или физическом влечении. Это подтверждает Хамор, назвавший вышеупомянутый союз друга "мнимым браком". Тем не менее, такое поведение противоречит предыдущему утверждению Хамора о том, что Джон Рольф был "джентельменом строгого поведения и благонравного вида". Собственные слова Джона Рольфа кажутся более парадоксальными, чем то - же самое, сказанное Хамором, так как божественное, чем является священный брак, не должно использоваться для материальных целей. Оба согласились, что брак был заключен в целях обеспечения "процветания Плантации". Эти настроения могут показаться противоречащими современным представлениям о браке; однако, это было в соответствии с институтом брака в английском обществе. В это время от женщин часто требовалось, чтобы они доказывали людям, что могут рожать детей, беременея до свадьбы. В обществе, в котором женщин было больше, чем мужчин, конкуренция за состоятельных мужей была высокой. Брак, основанный на любви и физическом влечении между партнерами, являлся довольно необычным явлением.

По словам Смита, Рольф не был первым английским колонистом с идеей жениться на Покахонтас для обеспечения лучших отношений с поухатанами. Смит говорит о ней, как о обеспечившей англичан в их форте Джеймстаун провизией, против воли ее отца. Некоторые ученые считают, что ее "мятежная натура" была не более, чем выдумка Смита, но позвольте нам сказать об этом здесь, так как это совсем не главный вопрос. Это один из тех случаев, когда она была уязвима перед капризами англичан, даже если это было по ее желанию. В это время было сказано, что многие колонисты "могли сделать себя королями, женившись на Покахонтас". После развеивания мифов о существовании возможности стать таким "счастливым колонистом", Смит не принимал во внимание возможность получения такого высокого статуса через женитьбу на Покахонтас. Он так же считал, что ее отец не возвел бы в такое высокое положение ни Смита, ни кого-либо еще из англичан. Это предположение было подтверждено при ее фактическом браке с Джоном Рольфом. Этот святой союз не был признан индейцами Вирджинии во время восстания Опечанканоуга в 1622 году, в котором Рольф стал одной из жертв.

Женитьба Джона Рольфа на Покахонтас и ее крещение стали началом аккультурации, делающей из девушки "правильно думающую дикарку". Кроме того, крещение Покахонтас и сопутствующее этому принятие христианства поспособствовали дальнейшему ее англизированию, так как крещена она была как "леди Ребекка". Как это всегда бывает, аккультурация, не равносильна ассимиляции. Покахонтас не была принята англичанами так, как если бы она была англичанкой. Об этом свидетельствует тот факт, что ее индейское имя использовалось чаще и предпочиталось тому, что она получила при крещении. Воспоминания ее английских современников являются доказательством этого факта. Интересно, что Покахонтас либо собиралась выйти замуж, либо уже была в браке с воином по имени Кокоум во время ее захвата. Если последнее - правда, то она - первая фактическая женщина Вирджинии, имеющая двух мужей. Тем не менее, этот факт не являлся существенным для христиан того (как и любого другого) времени, так как языческий брак при крещении аннулировался. Это подразумевалось как в христианском учении, так и в английском.

Суждение преподобного Александра Уитакера о браке и преобразовании Покахонтас характерно для культурного империализма. Там нет упоминания ни о классовых, ни о расовых различиях в браке. Уитакер предполагает персоной "божьего человека", тем не менее, только англичан, хваля Покахонтас за отречение от "своей идолопоклоннической страны" и исповедание веры в Иисуса Христа. То есть, миссионерский импульс имеет приоритет перед всеми остальными. Его суждение может быть похоже на суждение представителя англиканской церкви, которая позже будет обладать такой же нетерпимостью к межрасовым бракам между европейцами и африканцами в колонии Вирджиния. Можно интерпретировать этот брак как начало процесса отбеливания коренного народа Вирджинии, которое продолжается по сегодняшний день. Технически, Покахонтас не была первой индейской вирджинийкой, состоящей в смешанном браке с белым. Существовал целый ряд непризнанных связей между ангичанами и вирджинийскими индейцами с 1607 года. Тем не менее, Покахонтас, параллельно с доньей Мариной, играют важную роль, так как они известны тем, что стали первыми матерями американских европейско-индейских гибридов, по крайней мере, в их регионе. Другие отчеты того времени повторяют ощущения Уитакера.

Хамор меньше поддерживал брак, чем некоторые из его товарищей. Он описывает этот союз, который был одним из освещенных богом, так, что "он является одним из примеров дурного воспитания, варварских манер и влияния проклятого поколения, выгодного единственно для процветания плантации". Такое злобное высказывание говорит о приоритете расовых признаков над классовыми в обществе колониальной Вирджинии, служа примером для последующих поколений. Тот факт, что Рольф является простолюдином, женатым на принцессе, кажется менее важной проблемой в колониях, чем в метрополии. В случае, когда британский простолюдин женится на "индейской принцессе", учитывается лишь факт расового соответствия, но не классового. Этот брак - пример колониальной классово-расовой динамики, возможно, являющейся результатом влияния пограничного менталитета. Это может быть истолковано, как одна из предпосылок к чувству превосходства белых среди низших слоев белого населения - среди тех, для кого элита не-белого общества находится на том же уровне, что и средний белый мужчина.

16 июня 1614 года в письме на имя двоюродного брата и коллеги-священника Уитакер сообщил, что колония оставалась стабильной. Кроме того, не смотря на оппозицию со стороны американцев, удалось расширить Вирджинийскую Компанию, приступившую к выработке табачной продукции на продажу. По словам Хамора, брак между Покахонтас и Джоном Рольфом приносил дополнительную пользу, так как Ребекка учила мужа поухатанскому методу заготовки табака. Именно этот фактор позволил вирджинийскому табаку успешно конкурировать на европейском рынке. Табак в качестве товарной культуры укрепил экономику колонии, укрепляя таким образом саму колонию, и заманивая все большее количество англичан попытать счастья в штате Вирджиния.

До этого момента вирджинийская колония не несла значительных потерь от атак поухатанской конфедерации. Использование Покахонтас в качестве политического инструмента гарантировало то, что это будет продолжаться до уничтожения индейцев. До тех пор в интересах колонистов было увеличивать свою численность в регионе. Наиболее привлекательным вариантом было привлечение прислуг из Англии, многие из которых готовы были рискнуть жизнью, чтобы выполнить свой контракт и скопить состояние. До 1630 года каждый имел хорошие шансы разбогатеть. Система управления предоставляла мастерам 50 акров за каждого слугу, и колонии продолжали расширяться. Это был не единственный метод мотивации для потенциальных колонистов, так как Вирджинийская Компания получила идеального посла в лице Покахонтас.

В июне 1616 Рольф прибыл в Лондон, где Покахонтас стала живой иконой. Она была воплощением "правильно думающего дикаря", отрекшегося от язычества, принявшего христианство, работающего на благо колонии и поддерживающего Вирджинийскую Компанию. Вирджинийская Компания в Лондоне привлекла к Покахонтас всеобщее внимание и ввела ее в высшее общество. Помимо посещения общественных мероприятий, таких, как обеды и игры, Покахонтас приняла участие в лотерее, спонсированной Вирджинийской Компанией. (Каждый выигрышный билет позволял выделить сто акров за каждые 12 фунтов, 10 шиллингов, 5 "пенсов" в долю покупателя). Уровень участия в этом больше, чем осознают большинство историков. Активное участие Покахонтас в распродаже ее родных земель - предательский акт против ее народа - то, что и сделало ее иконой, пособником колонизации Вирджинии.

Можно утверждать, что англичанам удалось бы колонизировать Вирджинию без использования Покахонтас, однако этот аргумент не имеет столь большого значения, как факты, говорящие об обратном. Похищение Покахонтас имело место, и способность Поухатана управлять своим народом была снижена в результате этого. Такой поворот событий даже должен был спровоцировать восстание, равное по масштабу или даже больше, чем то, что поднял Опечанканоуг в 1622 году.

Отчеты показывают, что Покахонтас умерла 21 марта 1617 года как "Ребекка Рот, жена Томаса Рота, дворянина", и была похоронена в Грейвсенде, Англия. Если расчеты Джона Смита были точны, ей было около двадцати двух или двадцати трех лет. Захоронение Покахонтас в Англии также способствует тому, чтобы британцы присвоили ее себе в еще более полном смысле. Не смотря на большой лондонский пожар 1666 года, уничтоживший все пути к точному местоположению могилы Покахонтас в кладбищенской церкви Св. Георгия, ее слава продолжает привлекать путешественников со всего мира.

В жизни Ребекка Рольф была олицетворением идеального "правильно думающего дикаря", а в смерти стала тем, что многие люди называют "хороший индеец". Церковь Св. Георгия и город Грейвсенд наживаются на туризме и славе, которую принесла им могила Покахонтас. В некотором смысле, она продолжает служить целям британцев, их потомков в Вирджинии и тем, кто пришел позже. Наиболее известные потомки союза Покахонтас и Джона Рольфа входят в число первых семей Вирджинии. Это привилегированная группа в Вирджинии, роль которых особенно заметна в политике, в частности при государственном определении того, кто является членом белой расы.

 

Перевод для сайта "Коренные народы Черепашьего острова" -WR. Редакция текста: Кристина Махова.