О языке и словах. Записывая историю. Речь Большого Костра. "История Америки началась с нас".

О языке и словах

Я думаю, мне нужно поговорить о словах.  Ваш язык, это еще одна вещь, которая меня беспокоит, и я должен снять с себя это бремя беспокойства.

Я рос среди тех, кто говорил на моем родном языке, потом уже, в школе, я изучал английский. Индейский народ отражал в словах только лучшее, все то, что имеет большое значение. На уроках английского , вам приходится изучать сто способов, как выразить одну и ту же мысль. Я до сих пор удивляюсь, слыша, как разговаривают белые. Они говорят об одном и том же, используя при этом разные способы, и подобны охотнику, блуждающему по лесу, бросающемуся на каждый шорох, вместо того, чтобы просто тихо сидеть в засаде.

Я не против, но мне неприятно, когда вы используете эти приемы, чтобы причинить боль нам или другим народам. Я приведу  несколько примеров.

 

Первый из них - о сражениях. Всякий раз, когда вы, белые, выигрывали - это была победа. Всякий раз, когда выигрывали мы, индейцы - это была резня. Так в чем же разница? Распростертые тела убитых индейцев или белых и дети, потерявшие своих родителей, вот только убийство белых это плохо, это резня, а убийство индейцев - это хорошо, это победа.

Я не могу конкретно сказать, что такое резня, но это ассоциируется у меня с мертвыми женщинами и младенцами с перерезанным горлом, и если это верная ассоциация, то слово "резня", как нельзя более подходит для белых, повсеместно творивших такое злодеяние. Однако, я никогда не слышал, чтобы кто-то говорил о резне совершенной белыми людьми.

 

Второй пример: восстание. Вы используете это слово всякий раз, когда наш народ встает на защиту своих прав, так, словно все мирно и спокойно, а мы лишь немножко "восстали". Но почему бы вам не назвать это революцией, тем словом, которое используете вы, когда правительство ограничивает вашу свободу, и вы поднимаетесь на защиту своих прав?

 

А как насчет "тропы войны"? Когда белые вынуждены сражаться они "формируют войска", когда индейцы вынуждены защищать свои семьи они почему-то встают "на тропу войны". Я уже молчу о "кровожадных дикарях".

Недавно мой маленький правнук, вернувшись из школы, стал рассказывать о том, что они изучали на уроке историю американского фронтира. Когда же я спросил его о том, где же была эта граница, он ответил мне что там, где остановилась цивилизация. Вы только подумайте, чему его учат?! Если цивилизация была только там, где были белые, что же было там, где их не было? По другую стороне были мы с нашими правительствами, нашими законами и наш народ вел себя гораздо разумнее тех, кто пришел на наши земли. Только вот правнуку рассказывают все так, словно нас и не было вовсе. И каждый раз, когда вы рассказываете о фронтире, вы не придаете нам никакого значения. Вы передаете все так, словно наша наполненная народами земля была пустыней. Вы говорите о том, что у нас не было цивилизации, просто потому, что мы не пытались перевозить всякое барахло в сундуках и корзинах через границы.

История Америки, с ваших слов, начинается лишь тогда, когда первые судна достигли берегов Массачусетса и Вирджинии. Когда белые впервые ступили на эту землю и, преодолевая тяготы и лишения, начали заселять ее.

Но, ведь мы уже жили здесь, многие народы населяли этот континент. Вы высадились на Востоке, в то время как другие подошли с Юга и стали теснить нас. Затем пришли с Севера и все эти люди боролись друг с другом и все, то, что хотели от нас: шкуры, землю, золото, обманом и насилием забирали это у нас. У всех были пушки, которые убивали нас за то, что мы не хотели верить в человека по имени Иисус, который жил в пустыне и ходил по морю.

Вы захватили нашу землю со всех сторон. Мы смотрим на одни факты, так же, как и вы, но вы почему-то видите в них совсем другое и строите на этом вашу историю, используя такие слова как «граница» и «цивилизация», но они ничего не несут под собой, это всего лишь маленькие идеи, облаченные в формы, которые можно использовать в предложениях. За большими же идеями стоит оружие, с помощью которого вы отняли у нас землю.

В вашем подсознании вы представляете нас не такими, какими мы есть на самом деле и всему виной ваши слова. Я надеюсь, что вы научитесь быть более бережливы с ними.

Однажды, когда я был еще совсем маленький, старейшина сказал мне, что я должен смотреть на слова как на красивые камни. Он сказал, я должен поднять каждый из них и осмотреть со всех сторон, прежде чем я начну использовать его, так я научусь уважать слово. У вас настолько много слов в запасе, что вы не уважаете их пути. Вы просто бросаетесь ими, не задумываясь, что они подобны камням, пусть даже и прекрасным, однако способным причинить кому-либо боль.

 

Перевод:Александр Caksi*Два Волка*.Редакция текста:Кристина Махова. При использовании материала ссылка на сайт обязательна.

Записывая историю

У нас всегда была история, такая же, как и у белых людей, история, которой вы предпочитаете не верить. Наши рассказы, наши рисунки, которые передавались из поколения в поколение - это те же факты, как в истории белых, но они не достаточно убедительны для вас.

Если я покажу вам, как мой дедушка что-то делал, вы не поверите мне. Хотя, когда белый человек, который даже не знает и не видел этого, напишет об этом - для вас это станет историей.

Настолько много всего происходило раньше, что все знать просто невозможно. Мы, индейцы, пытались хранить память о наиболее важных событиях, которые помогали нам получить знания и понимание. У нас были люди, которые могли нам поведать о прошлом, о том насколько важным было то или иное событие. Мы учили наших детей истории, таким образом, чтобы они могли повторить все то, о чем мы рассказывали им, слово в слово. Наша история была живая, а ваша мертвая, несмотря на то, что она записана в книгах.

Если вдруг вы услышите песню - это будет являться для вас реальностью или же нет? Или до тех пор, пока песня не записана, она не может считаться таковой? Наша история похожа на песню, это была наша действительность, пока были те, кто мог петь. И не важно, записана была песня, или нет. Когда вы пришли на нашу землю, вы сказали, что наши песни не могут отражать реальность, потому что они не записаны. И начали их записывать, искажая нашу историю.

Вы все еще продолжаете делать это, используя ваши слова, и вы все еще губите нашу историю. Ваши слова они полны острых краев, которые убивали нас. Хотя, наши раны кровоточат так долго, что мы уже не чувствуем этого больше.

Это уже не причиняет мне боль. Я старый человек. Я все еще помню наш язык, так же, как и мои друзья, мы по-прежнему говорим на нем. Песни все еще звучат в наших сердцах, но многим молодым еще предстоит научиться этим песням. 

Для вас, вашичу, нет ничего святого, вот, поэтому вы находитесь в беде. Вы обладаете властью над землей и небом и всеми теми, кто живет там. И это факты, те факты, которые погубят вас.

 

Перевод:Александр Caksi*Два Волка*. Редакция текста: Кристина Махова. При использовании материала ссылка на сайт обязательна.

Речь Большого Костра

Организация Большой Костёр Совета Американских Индейцев была создана в 1923 г. с целью привлечения внимания широкой общественности к интересам и проблемам коренных американцев. В 1927 г. представители организации обратились к мэру г. Чикаго Уильяму Томпсону с просьбой о содействии в пересмотре существовавшего в то время подхода к преподаванию американской истории, носившего уничижительный характер по отношению к истории и культурам индейцев. «Белый человек говорит: Свобода и справедливость для всех. У нас были «свобода и справедливость», и поэтому мы были почти истреблены. Мы этого не забудем», — сказали индейцы в тот день. 

 

1 декабря 1927 года 

Мэру г. Чикаго: 

 

Вы называете всех белых людей «Первой Америкой». Мы же убеждены, что только нас по праву можно считать стопроцентными американцами. Поэтому мы просим вас: рассказывая школьникам о первых людях в Америке, говорите правду о Первых Американцах. 

Мы не знаем, насколько силён пробританский дух школьных учебников истории, но мы знаем, что они несправедливы в освещении жизни нашего народа — американских индейцев. Любая победа белых в них именуется сражением, а победа индейцев — резнёй. Так сражение с Кастером подаётся школьникам как ужасная резня, учинённая нами. Мы просим объективной оценки этого и других эпизодов нашей истории. Если сражение с Кастером было резнёй, что же тогда сказать о Вундед-Ни? 

В учебниках истории индейцев называют убийцами. Но разве это убийство — сражаться с целью самозащиты? Индейцы убивали белых людей за то, что те отнимали их земли, разоряли их охотничьи угодья, сжигали леса, истребляли бизонов. Белые люди загоняли наш народ в резервации, а потом отнимали их. Белых людей, которые встают на защиту своей собственности, называют патриотами, тогда как индейцев, которые поступают подобным же образом, называют убийцами. 

Белые люди называют индейцев вероломными, но нигде не говорится о нарушенных белыми договорах. Белые люди говорят, что индейцы всегда воевали. Только наша неопытность в военных навыках белого человека привела к нашему поражению. Индейская мать молилась, чтобы её мальчик стал скорее великим шаманом, нежели великим воином. Это правда — у нас бывали свои маленькие сражения, но в основном мы были людьми миролюбивыми и домашними. 

Белые люди называли индейцев ворами, однако мы жили в хрупких кожаных палатках и не нуждались ни в замка́х, ни в железных засовах. Белые люди называют индейцев дикарями. Что же такое цивилизация? Её отличают благородная религия и философия, самобытные искусства, трогательная музыка, богатая мифология. Всё это у нас было. Значит, мы были не дикарями, а цивилизованной расой. 

Мы ткали одеяла — они были неповторимы по своей красоте, — которые белый человек со всей своей техникой так и не сумел воспроизвести. Мы плели прекрасные корзины. Бисером и окрашенными иглами дикобраза мы вышивали узоры, которые были не только декоративными мотивами, но являлись внешним выражением самих наших мыслей. Мы производили гончарные изделия — посуду, которая не только была полезна, но и радовала глаз. Почему бы не познакомить школьников с прекрасными изделиями ручной работы, в которых мы были искусны? Поместите в каждой школе индейские одеяла, корзины и гончарные изделия. 

Мы пели песни, которые несли в своих мелодиях все звуки природы — журчание вод, вздохи ветра и кличи животных. Научите этим песням детей своих, чтобы они полюбили природу так же, как любим её мы. 

А наши ораторы? Их искусство слова ни с чем не сравнимо. Научите детей некоторым из речей великих мужей наших, замечательных своим блестящим красноречием. 

Мы любили игры — те, что укрепляют здоровье и закаляют тело. Почему бы вам не использовать этот опыт в ваших школах? Мы рассказывали истории. Почему бы вам не научить школьников многим полезным притчам и легендам нашего народа? Расскажите им о том, как мы любили всё, что прекрасно. Расскажите о том, что мы убивали диких зверей лишь для пропитания, но не ради забавы. Белых людей, которые убивают ради забавы, индейцы считают убийцами. 

Расскажите детям своим о дружеском отношении индейцев к белым людям, впервые поселившимся здесь. Расскажите им о наших вождях и героях и их подвигах. Расскажите им об индейцах, таких как Чёрная Куропатка, Шаббона и других, которые много раз спасали жителей Чикаго, подвергая себя великим опасностям. Отведите в ваших учебниках истории место участию индейца в Мировой войне. Расскажите о том, как индеец сражался за страну, которая отказала ему в гражданстве, за флаг, которым он не смел гордиться, и за народ, который так несправедливо с ним обошёлся. 

Индеец давно страдает от этих несправедливых книжек. Мы просим лишь, чтобы наша история подавалась честно. Мы не просим вас смотреть сквозь пальцы на то, что сделали мы, но просим понять это. Настоящая программа Первой Америки отведёт достойное место культуре и истории американских индейцев. 

Итак, мы просим, Вождь, свято чтить память о нашем народе.  

Перевод В. Беляева (г. Псков)

"История Америки началась с нас"

Вождь Большой Белый Филин (справа) и эколог Шарль Сориоль. Маунт-Алберт, Канада, 18 мая 1952 года.

 

Нижеприведённая речь была произнесена вождём Большим Белым Филином (Джаспером Хиллом), историком индейского племени ленни-ленапе Моравиантауна перед публикой, собравшейся в Храме Детей Мира в Шэроне, Онтарио, Канада, 23 июня 1956 года. 

 

******* 

 

У моего народа много отличительных особенностей, которые я мог бы огласить, но я ограничусь лишь одной, а именно: история Америки началась с нас. Наше наследие – наследие величия и красоты. Мы принадлежим этому континенту, как ему принадлежат горы и холмы, бизоны и бобры, реки и озёра, лебеди и орлы. Наши тела были сформированы из праха костей наших предков. Но, увы! – ныне мы – народ убогий и сломленный. Мы лишены гордости и культуры. Мы постепенно утрачиваем свою индейскую самобытность. Мы медленно ассимилируемся иноземной расой. Ныне – в лучшем случае – мы лишь жалкие подобия наших славных предков. 

Воистину, мы утратили почти всё, что было нам близко и дорого. 

Во времена, когда Красный Человек властвовал безраздельно, когда он был владыкой всего этого чудесного Нового Света, он был поистине счастливым, беззаботным и довольным человеком. Мир и вселенная были для него библиотекой, а его книгами были камни, скалы, ручьи, реки, озёра, деревья, цветы, травы, солнце, луна и звёзды. 

Из этого множества вещей он создавал свою материальную культуру, из них он черпал прекрасные вдохновения, слагая затем песни и создавая церемонии. Рыбы смеющихся вод, звери живой чащи, птицы поднебесья учили его быть храбрым, мужественным и верным. 

Ныне же вся эта свобода и счастливая жизнь – лишь далёкие воспоминания, и костёр Красного Человека догорает. Мы обязаны заново возжечь этот костёр. 

Мы не должны дать ему угаснуть! Вы, возможно, спросите себя: Зачем? А затем, дамы и господа, что, когда мой народ забудет музыку, под которую танцевали и пели наши предки, когда ритмичный бой барабана из шкуры оленя утихнет, когда нелепые ритмы чуждой музыки заглушат нежные мелодии наших песнопений и флейты, тогда он действительно станет забытым народом. 

Когда о доблестных делах наших великих сахемов, военных вождей, провидцев, пророков и воинов больше не станут рассказывать малышам, когда индейская мать перестанет убаюкивать своё дитя, нежно прижимая его к груди, тогда Белый Человек затянет петлю и мы больше не будем достойны называться Североамериканскими Индейцами. 

Когда мы разучимся выращивать белую кукурузу, бобы, тыквы, картофель, помидоры и табак, когда перестанем устраивать ежегодные праздники любви, тогда тела наши умрут, а души будут блуждать в потёмках. 

Когда мой народ забудет своё прекрасное декоративно-прикладное искусство, свои тотемы, пиктографию и язык жестов, тогда он заслуженно удостоится презрительного прозвища «народа лентяев». 

Когда мы утратим способность общаться с животными, деревьями, цветами и травами, тогда мы действительно станем выродившейся и нездоровой расой, а славные дела и достижения наших предков едва ли будут что-то значить для нас. 

Когда мы окончательно откажемся от своего родного языка ради языка чужеземцев, когда распродадим все свои земли, когда утратим веру в Кичи Маниту (Великого Духа), мы станем позорно-подлой расой. 

Когда мои индейские собратья отказываются содействовать в развитии благородного братства и лучшего взаимопонимания между собой и другими расами, им недостаёт благоразумия и дальновидности. Да, они достойны упрёка. 

Когда мои собратья станут с пренебрежением взирать на роскошный головной убор из перьев орла, когда больше не наденут наряда из замши, отороченного бахромой, и искусно расшитых бисером мокасин для церемонии, тогда они уподобятся изменникам, которые бесчестят свою страну и свою расу. 

Когда мои собратья утратят всё своё уважение к Священной Трубке Мира, когда забудут, как успокоить встревоженное сердце и разум очищающим дымом священного кедра, тогда они воистину станут сборищем имбецилов. 

Когда мы откажемся от всего, что принадлежит нам по праву, когда перестанем общаться с Природой, когда утратим всё, что Великий Дух даровал нам, тогда мы действительно станем мёртвыми индейцами. Сердца наши будут пусты, и даже если мы будем ходить по людным улицам больших городов с золотом и серебром, звенящим в наших карманах, мы будем, по сути говоря, ничем не лучше ходячих мумий! 

Но это ужасное видение в действительности никогда не должно сбыться, ибо мы не выполнили ещё свою миссию на этой земле. 

Нужно что-то делать, чтобы ободрить моих индейских собратьев в их одиночестве и утолить их печали. Действовать нужно уже сейчас! 

И тогда из мрака, из праха прошлого, из мглистого тумана безграмотности восстанет новый народ – мудрее, сильнее, храбрее, чем прежде, народ, гордый своим великим наследием, и это будет Красная Индейская Раса! 

Я сказал. 

 

Источник: “Native Voice”, August, 1956 

 

© В. Беляев (перевод)