Охотники за головами. Резня на Кипарисовом холме. Преступление быть индейцем.

 

В 1722 году Самуэль Шатл, губернатор Массачусетса, объявляет тотальную войну индейцам абенаки. Одна из причин этой войны-присутствие иезуитов среди индейцев. Колонисты пуритане не желали терпеть католиков и в особенности иезуитов, которые сеяли «смуту» среди абенаки. Так, Себастьян Раслес призывал индейцев защищать себя и свои земли от англичан. Англичане же рассматривали Северную Америку как незаселенные дикие края игнорируя тот факт, что в этих краях живут люди. Индейцев они рассматривали как диких кочевников и это несмотря на тот факт, что индейские агро-культуры служили им пищей, а сами индейцы постоянно жили в деревнях и занимались земледелием. Англичане чувствовали «свою обязанность перед Богом» покорить эти дикие края, истребив всех животных, которые им не нравятся, как то волков и койотов, к чему они и призывали, и, конечно же, индейцев. Поощряя убийство этих «диких» и «опасных» животных, колониальное правительство учредило систему вознаграждений за это. Чтобы получить деньги, охотник должен был представить доказательство: шкуру койота, волка и «краснокожего» (скальп или голову убитого индейца). Были колонисты, которые лишь этим и зарабатывали себе на жизнь.

 

В январе 1725 года капитан Джон Лавуэлл организовал группу ополченцев для охоты на индейцев. 100 фунтов стерлингов за «краснокожего» был неплохой способ разбогатеть. В своей книге «Забытая америка» Кормак Обрейн пишет: «Чтобы как-то избавиться от зимней скуки фермер (Джон Лавуэлл) решил собрать роту добровольцев, уйти в лес и поживиться за счет правительственного вознаграждения, которое было обещано за скальпы». Группа планировала напасть на деревню абенаков Пигуокет (близ нынешнего Фрибурга, Мэн) однако наткнулась на индейские следы, ведущие в южном направлении, а затем и на лагерь самих индейцев. Около двух ночи 20 февраля 62 охотника за головами окружили спящий лагерь. Первым выстрелил Лавуэлл, его примеру последовали остальные англичане. Один выживший абенаки бросился бежать и по его следу пустили собак. Все, кто находились в лагере, были убиты и оскальпированы. В качестве трофеев англичане взяли ружья (которые были французского производства и считались весьма ценными) и другие сувениры.

 

Вернувшись в Бостон, отряд Лавуэлла с гордостью шествовал по улицам города с десятью скальпами на шестах. Их приветствовали, как героев. 1000 фунтов они получили от Генерального суда и еще 70 они получили за свою добычу. По тем временам это были большие деньги. К весне Лавуэлл сколотил еще одну группу из 46 человек, чтобы пополнить свое состояние и поразвлечься. Среди добровольцев был Джонатан Фрай, двадцатилетний выпускник Гарвардской богословской школы. Фрай стал капелланом группы, взывающим за помощью к Богу в уничтожении индейцев. И вновь деревня Пигуокет была выбрана в качестве объекта для атаки. В воскресенье 9 мая, когда отряд был уже у деревни, Джонатан Фрай призвал добровольцев к общей молитве. Однако прозвучавший выстрел прервал молебен. Англичане бросились к берегу пруда, где увидели индейца, охотившегося на уток. Лавуэлл приказал бросить все одеяла и снаряжение и настигнуть охотника. Абенаки с утками и двумя мушкетами в руках был удивлен, когда увидел англичан, однако он не растерялся и выстрелил, ранив двоих. Джонатан Фрай и еще один доброволец из отряда Лавуэлла выстрелили в ответ. Пуля Фрайя сразила индейца наповал, он же и снял с бедняги скальп. Выстрелы услышал отряд вождя Паугуса, мохока, ставшего военным лидером абенаки. Индейцы направили каноэ к берегу и наткнулись на лагерь англичан. Укрывшись в засаде, они стали ждать врага. Англичане вскоре вернулись и абенаки открыли по ним огонь. Те из них кто выжил, укрылись на полуостровке. Оттуда их ружейный огонь мог сдерживать индейцев. Среди погибших в этом бою был Джон Лавуэлл, вождь Паугус и духовный лидер абенаки, Вахвах. В живых из охотников за головами остались 20 человек.

 

Битва на пруду Сако, как она стала называться позднее, вошла в аналлы американской истории и литературы. Так, в 1820 году Генри Уодсворт Лонгфелло, написал "Битву на Лавуэллском пруду", а преподобный Томас Когсвелл в 1824 году написал "Песнь о Лавуэллской битве". Однако, как в истории, так и в литературе умалчивается о том, кем же на самом деле были люди Лавуэлла.

 

Перевод: Александр Caksi*Два Волка*. Редакция текста: Кристина Махова.

 

Резня на Кипарисовом холме

В 1860-70 г.г. по северным равнинам Монтаны и Альберты бродили толпы вульферов, так называемых охотников на волков. Они убивали бизонов, пичкали туши ядом, и ждали, когда насытившиеся волки, сожравшие отравленное мясо, начинали умирать. А затем сдирали с уже мертвых волков шкуры. Стоимость одной шкуры в то время составляло 2,50 $. Нередко отравленное мясо съедали индейские собаки. В то время, как это создавало трудности для индейцев, вульферы не делали различия между истреблением индейцев, бизонов и волков, ведь и первые, и вторые, и третьи, должны были исчезнуть.

В 1873 году группа вульферов, известная как грин-риверские ренегаты, во главе с Джоном Эвансом, остановилась в форте Бентон, штат Монтана, чтобы попьянствовать. Спустя несколько дней они вернулись в свой лагерь, обнаружив пропажу сорока лошадей. По всей видимости, их увел один из военных отрядов кри (или как сказали бы сами индейцы «освободили»), но для вульферов не было никакой разницы между одним племенем и другим. Грин-риверские ренегаты посчитали, что угнанных лошадей, скорее всего, погонят в Канаду через Медисин-Лайн и постараются обменять на выпивку в форте Вуп-Ап, самой известной нелегальной торговой точки по продаже виски. Около 25 таких подпольных магазинов появилось в Альберте с 1869 по 1874 год. В них велась торговля виски, ружьями, амуницией, бизоньей кожей и мехом, полученными от индейцев. В Альберте грин-риверские ренегаты остановились в форте Феруэлл, где им и поведали, что в округе видели мирных ассинибойнов Маленького Солдата, у которых было всего лишь несколько лошадей. В тот день группа вульферов здорово надралась виски. Эбэ Феруэлл, владелец форта, предчувствуя беду, попытался предупредить ассинибойнов, но не успел. Вульферы атаковали лагерь Маленького Солдата, убив тридцать человек, изуродовав при этом трупы своих жертв. Грин-риверские ренегаты были хорошо вооружены, в то время как у ассинибойнов были лишь луки и несколько мушкетов. Выживших женщин пьяные вульферы насиловали всю ночь. Старика по имени Ванканту избили до смерти, а затем обезглавили, выставив его голову на обозрение у близ лежащего форта Соломон.

Несмотря на то, что негодующие индейцы обратились в агентство, также как и канадские власти, никто из группы грин-риверских ренегатов к ответственности не был привлечен. Хотя все прекрасно знали и Джона Эванса, и Томаса Хардвика, и Джорджа Хэммонда. Американцы, кажется, были мало заинтересованы в справедливости. С другой стороны, жестокость этого нападения оказала стимул к созданию Северо-Западной конной полиции и прекращению незаконной торговли виски в регионе. Первые конные полицейские прибыли в форт Маклеод в 1874 году.

 

Перевод: Александр Caksi*Два Волка*. Редакция текста: Кристина Махова.

Преступление быть индейцем

Конфликты с индейскими народами происходили с момента образования Соединенных Штатов Америки. Соединенные Штаты в целом расценивали действия индейцев по отстаиванию своих традиционных земель не только как военные акты, но и как преступления. Несмотря на это, в отличие от других преступлений, в которых акцент делался на справедливость, требовавшей тщательного соблюдения правовых процедур (суда) и наказания виновных, американские отношения к индейскими «преступлениям» были направлены на возмездие без каких-либо юридических действий или поиска виновных. Для расистского воззрения США все индейцы были на одно лицо, поэтому, когда решали вздернуть предполагаемого индейца-преступника, было уже не важно – виновен он или нет. Никого не заботила даже племенная принадлежность: все индейцы были виновны уже потому, что они индейцы.

 

В 1865 году, когда против равнинных народов была развязана «война», в первую очередь против шайеннов и сиу, евро-американцы начали практиковать публичное повешение, оставляя мертвых висеть до тех пор, пока они окончательно не сгнивали. Таким образом США демонстрировали свою мощь и величие, а также свои «мирные» намерения.

 

В Колорадо шайенны и сиу под руководством Большого Ворона, лидера воинского сообщества Кривые Копья, напали на поселенцев Джулсберга в надежде заманить войска из форта Ранкин в ловушку. Воины разбивали окна, выламывали двери в домах, реквизировав при этом на кузнице и на складе инструменты, припасы провизии и упряжь. Таким образом пятерым шайеннам и двум сиу удалось заманить в ловушку 37 кавалеристов. Некоторые из молодых воинов проявили невыдержанность, благодаря которой большей части кавалерии удалось выскользнуть из ловушки.

 

В окрестностях Джулсберга воинами Маленького Медведя и Касающегося Облаков также был атакован фургон с двумя солдатами, у которых потом в сумках нашли скальпы Белого Листа и Маленького Волка (Койота), снятых на Сэнд-Крик.

 

После рейда на Джулсберг большинство шайеннских лидеров благополучно продолжало свои набеги на поселенцев. Черный Котел, который высказывался за мир с белыми и выступал против набегов, с 80 типи отделился от своих воинствующих соплеменников и вернулся на реку Арканзас. Он планировал присоединиться к кайова, команчи и южным арапахо Маленького Ворона.

 

Вскоре солдатам удалось захватить вождя шайеннов Большого Ворона. Они получили приказ возвести высокие виселицы на месте убийства двух американских солдат, вздернуть вождя и оставить его тело висеть. Историк Джон МакДермотт в своей книге «Круга Огня: индейская война 1865 года» пишет: «Большой Ворон был повешен с цепью и ядром, все еще прикованными к его ноге, и когда тело достаточно разложилось, нога оторвалась под их тяжестью. Ужасные останки так и не были сняты с виселицы – в назидание остальным».

 

Не было никакого суда, виновен ли Большой Ворон или нет никого не интересовало – он был индейским лидером и этого было достаточно.

 

В Вайоминге солдаты обнаружили лагерь сиу примерно в 10 милях от форта Лэрэми. С сиу были Люсинда Юбэнк и ее маленькая дочь, захваченные шайеннами и проданные вождю сиу Два Лица. Люсинду заставляли работать и принуждали к сексуальным связям. За это были повешены Два Лица и Черная Нога, как назидание другим индейцам. Как гласил особый приказ N 11, «Казнь должна быть произведена в назидание для них; тела должны оставаться висящими. Гражданам и солдатам запрещается посещать это место и касаться мертвых тел без разрешения штаба или этого поста». И вновь никаких судебных разбирательств – лишь желание оказать устрашающее воздействие на индейцев и в очередной раз продемонстрировать мощь США. Джон МакДермотт сообщает: «Смерть вождей не оказала того эффекта, на который все было рассчитано; сиу и шайенны продолжили свои набеги. Скорее, эта казнь возымела обратный эффект: рейды индейцев только участились».

 

Таким образом своими действиями США лишь демонстрировали грубую силу, но отнюдь не справедливость, а преступление индейца было лишь в том, что он индеец.

 

Перевод: Александр Caksi *Два Волка*