Сидящий Бык. Красное Облако.

                                Сидящий Бык.

                          НАЧАЛО ПУТИ.


"Бог сотворил меня индейцем". Сидящий Бык.


В 1831 году в бэнде хункпапа (тетон-лакота) родился мальчик. В ночь его рождения небеса были темными. Его первый крик был громким и сильным, сотрясающим воздух, как и подобало будущему лидеру. Полная луна выглядывала из-за туч, и ухали совы, поэтому было предсказано, что он станет великим человеком.

 

 В начале 1800-х годов жизнь на Великих Равнинах была благоприятной для лакота; земля давала им все. Бизоны снабжали лакота мясом и шкурами для жилья и одежд, костями для посуды, сухожилиями, которые служили не только для пошива одежд, но и для укрепления луков охотников. Были и уважаемые враги, с которыми воины мерились силами, проверяя свою храбрость и отвагу: абсароки (кроу), флэтхеды, ассинибойны, омаха, чиппева и пауни. Это была хорошая жизнь для народа лакота.

Татанка Йотанка (Tatanka-Iyotanka, Stubborn Buffalo Seated On His Haunches, Упрямый Бизон Сидящий На Своих Задних Ногах). Кто-то утверждает, что он родился у истока Элк-Крик, другие говорят - это место называлось «Много Добычи», лакота хранили там в ямах пищу (нынешняя долина региона Гранд-Ривер) - в любом случае оба эти места располагались в Блэк-Хиллс, нынешней Южной Дакоте. В 2007 году правнук Сидящего Быка указывал, что в устных традициях семьи место рождения его предка находится вдоль Йеллоустоун-Ривер, к югу от нынешнего Майлс-сити, Монтана. Отец, носивший имя Сидящий Бык (Tatanka-Iyotanka,SITTING BULL, так же известный как TATANKA PTAICA, Jumping Bull, Татанка Птаича, Прыгающий Бык, и JUMPING BADGER, Прыгающий Барсук (ок. 1799 – погиб в сражении с кроу в 1858)), назвал своего сына Прыгающий Барсук. Сидящий Бык владел большим стадом лошадей и считался богатым человеком.

Он был загадочным человеком, таким же стал и его сын. Сидящий Бык мог разговаривать с животными. Это имело особое значение, особенно в отношении связи с бизонами, священными животными для лакота, бывшими духовными существами, которые служили также и основным источником питания, одежды и других вещей, полезных для человека. Однажды ночью, находясь на охоте, Возвращается Вновь (известный тогда под этим именем) и три воина сидели у костра. Вдруг они услышали странные звуки - неясное бормотание, словно кто-то пытается говорить. Бормотание становилось все ближе и ближе, оно исходило от одинокого бизона, который подошел к их костру. После непродолжительного замешательства, Возвращается Вновь услышал, как бизон называл четыре имени: Сидящий Бык, Прыгающий Бык, Бык Стоящий с Коровой и Одинокий Бык. Как только воин осознал, что животное является божественным посланцем и передает ему имена, из которых он может выбрать для себя или для других, он взял себе первое - Сидящий Бык.

Мать мальчика, звали Ее Священная Дверь (HER HOLY DOOR, UMPAN WASTEWIN, Умпан Ваштевин (1800–1884) Good Female Elk Woman-Lost Woman), была из санс-арк.

Младенцем Прыгающий Барсук отличался привычкой действовать предельно осторожно и расчетливо, за что и получил новое имя Хункешни (Hunkeshnee) или Медлительный (Slow), и сохранял это имя в первые годы своей юности. Первые воспоминания Сидящего Быка были связаны с детством, когда мать цепляла его люльку за спину или приторачивала к лошади во время их перехода на новое место, и пела песни о храбрецах. Сиу перевозили свои вещи с помощью травуа, укрепляя жерди на холке пони или собаки таким образом, чтобы между ними можно было бы погрузить вещи и маленьких детей. Однажды во время таких переездов, когда Хункешни исполнилось всего лишь три года, собака вдруг рванула и побежала за кроликом, дико подпрыгивая и мча мальчика по прериям. Когда же, наконец, она остановилась, взволнованные люди услышали, как громко смеется маленький герой: "Весело! Весело! Хункешни хочет быстрее!".

Было много еды: в горшках тушеное мясо; вашна - сухое мясо, смешанное с ягодами и костным мозгом в сосудах из желудка бизона; раскаленными камнями варили свежее сочное мясо вперемежку с диким луком и кореньями. Чашами служили небольшие панцири черепахи, а ложки были сделаны из рогов бизона. Люди сидели, скрестив ноги у огня, и наслаждались пищей. Наконец, когда все насытились, молодые сиу, обхватив колени руками, приготовились слушать рассказы охотников и воинов о доблести, о героизме великих людей племени. Потом они передадут эти рассказы своим сыновьям, а те своим. Это не было хвастовством - так сохранялась история индейцев, передаваемая из уст в уста. Сыновья лакота росли на рассказах старших мужчин во время пира. Повествуя о сражениях и случаях на охоте, мужчины, таким образом, давали уроки мужества подрастающему поколению.

Каждый этап развития ребенка сопровождался пиром и речью: первое слово, первый шаг, первое убитое на охоте животное. Таким образом, достижения храбрецов становились достоянием общественности. Индейцы не лгали; ложь пришла с белым человеком. Самые храбрые, сообразительные и смелые становились лидерами или вождями.

Так же, как и игры, которые воспитывали у юношей отвагу и ловкость. Зимой из ребер бизона делали сани, связывая их вместе шнурами из шкуры; бросали костяные диски по льду и смотрели, кто бросит дальше; команды игроков в снежки состояли из равного количества человек, тот, в кого попадал снежок, считался убитым и выбывал из игры. Молодежь считала «ку» на тех, в кого попадал их снежок. «Чи-хо-хо» - борьба, в которой могли принять участие все. «Ху-та-на-чу-те»: один конец бизоньего ребра закруглялся, другой конец оставляли плоским, костный мозг вычищался, и в ребро вставлялись два пера. Цель игры состояла в том, чтобы метнуть эту палку как можно дальше по льду. Летом проводили состязания в беге или скачках. Перетягивание каната, сделанного из сырой шкуры, также было очень популярным. У мальчиков были свои пони, у Хункешни крапчатый, он сам добыл его, а у его друга, Парящего Ястреба, был белый пони. Хункешни часто цеплялся за спину лошади и соскальзывал на одну сторону, держась только пяткой за заплетенную петлю в гриве. Мальчики охотились на мелкую дичь в лесу, овладевая всеми навыками, необходимыми для охоты: читали следы, учились примечать каждую сломанную веточку и примятую траву. Все эти навыки так же необходимы были и для выслеживания противника. Отец Хункешни научил его делать хорошие луки из кедра; луки из ивы были достаточно хороши для мальчиков, но луки взрослых мужчин были сделаны из ясеня. Их выравнивали на круглом камне, а форма придавалась над небольшим пламенем. Затем тело лука полировалось, пока не становилось гладким и блестящим. Задняя часть лука покрывалась полосками сухожилий для придания луку дополнительной мощи. Когда сухожилия высыхали, Хункешни сам украшал их кисточками из разноцветной лошадиной шерсти и наносил краской волнистые красные и черные линии. Стрелы он делал из ветвей дикой смородины. Каждую из них венчало три пера.

Со временем Хункешни добился необыкновенных успехов в обращении с луком и стрелами, и был превосходным наездником. Он так часто ездил на лошади, что его ноги приобрели постоянную изогнутую форму. Сидящий Бык-старший периодически проверял готовность мальчиков к действиям в чрезвычайных ситуациях. Он мог издать боевой клич в ночи и наблюдать, насколько быстро поднимутся на ноги мальчики и возьмут в руки оружие. Однажды ночью, когда Хункешни исполнилось 8 зим, Сидящий Бык отправил его за водой к реке, и попросил Четыре Рога повыть волком и навести шорох в кустах. Мальчик не выказал и тени страха. Сидящий Бык устроил праздник в честь своего мальчика, и поблагодарил соплеменников за то, что они приняли в нем участие. Он проходил между хункпапа, готовившимся к танцу, которым он дарил по лошади. Для сиу было типичным дарить подарки по любому поводу. Хункешни он подарил мощный лук и колчан со стрелами. Своего же первого бизона мальчик убил, когда ему исполнилось 10 зим. Когда ему было двенадцать, в год многих бизонов, он отважно проехался верхом на молоденьком бизоне, ухватившись за его уши, и тянул до тех пор, пока теленок не рухнул на задние ноги. Потом он продолжил скачку, доказав, что он был прирожденным наездником. Когда Сидящий Бык узнал о подвиге своего сына, он тут же дал большой пир в его честь.

Хункешни начал рано проявлять лидерские качества, имитируя занятия старейшин, предлагая интересные дела и улаживая ссоры. Он говорил тихо и спокойно, но, благодаря своему чувству юмора, вместе с тем и очень занимательно. Ему была присуща уверенность в себе, а его суждения вызывали доверие у сверстников.

Церемониальная охота проводилась в месяце, когда бизоны-быки нагуливали жир. В это время волос на шкурах был тоньше и легко удалялся при обработке. Черная Луна, Отважный Медведь, Бегущий Бык и Много Лошадей были разведчиками. Громкое "Кууууу" призывало проснуться и перемещать лагерь ("хоппо" звучало, когда индейцы были уже на месте). Пологи типи привязывались к бокам лошадей. Одежды из бизоньей шкуры, мисы из рогов, ложки, каменные орудия и постели из ивовых прутьев - все это упаковывалось и укладывалось на травуа, или спины лошадей. Порядок выступления был такой: четверо пожилых мудрых мужчин выдвигались вперед. За ними следовали младшие вожди и несколько акичита, потом жители деревни с травуа, затем табуны лошадей. По бокам и сзади ехали другие акичита, помогая сохранять порядок, охраняя людей. Они ехали до тех пор, пока не слышался сигнал, что они приближаются на расстояние, где они не спугнули бы бизонов. Разбивался лагерь. Дети собирали камни, чтобы прижать покрывашку типи к земле. Женщины и более старшие мальчики воздвигали шесты типи. Палатки вождей располагались в центре вместе с палатками советников и их семей. Все они располагались по кругу, входом на восток. Череп бизона устанавливался так, чтобы он смотрел на восходящее солнце. В традициях сиу было приветствовать восходящее солнце - источник жизни - каждое утро, и застывать на минуту в молчании перед началом повседневных трудов. Женщины брались за палочки и терли их до тех пор, пока не появлялось маленькие язычки пламени, которые бережно раздувались и подкармливались сухой травой. Дети приносили парфлеши с сухими бизоньими лепешками, которые использовались в качестве топлива. Собак привязывали к деревьям, чтобы они не мешали охоте. В задачи акичита входила и защита охоты от безрассудной молодежи, ведь в ней могли принимать участие только опытные охотники. Хункешни ехал позади охотников, надеясь принять участие в охоте незамеченным. Он следовал за охотниками, следил за их действиями, и играл в бизонью охоту с телятами, пытаясь поразить их стрелами и ударяя по ним руками, считая «ку». Стрелять бизонов старались под лопатку. Когда охота заканчивалась, бизонов разделывали на большие части, чтобы женщины могли срезать мясо.

В 14 лет отец подарил ему жезл для «ку», и юноша присоединился к первому военному отряду из 20 человек, выступившему против абсарока (кроу). Абсарока были превосходными и прекрасными воинами. Когда враг был обнаружен, Хункешни поскакал вперед и ударил воина, готовившегося выпустить в него стрелу жезлом, посчитав свой первый «ку». По возвращению в лагерь гордый отец даровал сыну свое имя — Сидящий Бык. Сам же стал зваться Прыгающим Быком. Это имя будет с ним на протяжении всей его жизни.

В 1847 году, в возрасте 15 лет, он получил первое серьезное боевое ранение в битве с кроу. Он и другие воины угнали много лошадей из вражеского лагеря под покровом ночи, но разъяренные кроу нагнали их под утро. Когда началась схватка, Татанка Йотанка вырвался вперед, насмехаясь над врагом, не обращая внимания на стрелы и град пуль, нацеленных в него. Он стал преследовать кроу в красной рубашке, отороченной мехом горностая - одеянии вождя. Оба спешились, держа в руках ружья и щиты из бизоньей шкуры. Кроу выстрелил первым, его пуля пронзила щит, распорола левую ступню Сидящего Быка. Затем выстрелил Сидящий Бык. Кроу упал и был прикончен ножом. Сидящий Бык с тех пор прихрамывал всю жизнь.

Этот случай показал, что он был не только отважен, но и обладал сверхестественными способностями, и воинские общества считали его братом.

Молодой Сидящий Бык не был красив, но нравился женщинам, которые считали его учтивым и вежливым. Однажды ему пришлось убить женщину. Но он взял ее жизнь из милосердия. Она была кроу, пленницей, захваченной при набеге. Ее должны были принять в племя, но женщины из лагеря решили, что она шлюха. Отличаясь суровыми взглядами на нравственность, они привязали ее к сосне, навалили вокруг сушняк и подожгли. Но прежде, чем ее охватило пламя, Сидящий Бык, которому тогда было семнадцать, пустил в нее стрелу и убил .

В 1851 году Сидящий Бык женился на женщине по имени Светлый Волос (LIGHT HAIR). Она умерла во время родов сына в 1857 году. Хокшила, первенец Сидящего Быка умер в 1877 году. После смерти первой жены Сидящий Бык был женат на еще 4 женщинах:

1.Снег На Ней (SNOW ON HER (1829-1893), арикара, женились в 1861, развелись в 1869 году.

2.Красная Женщина (RED WOMAN/SCARLET WOMAN), янктон, женились в 1871 году, умерла в 1876.

3.Ойятеванйакепивин Видимая Ее Народом (SEEN BY HER NATION), родилась в 1837, умерла в 1897 году.

4.Ташинатопавин Четыре Платья (FOUR ROBES/FOUR TIMES WOMAN), родилась в 1844, умерла в 1929.


Дети Сидящего Быка:


1. Сын: Хокшила/Сидящий Бык (1857-1877).

2. Приемный сын: Татанка Ванжи (Один Бык), родился в 1853.

3. Дочь: Ташункаотавин Ее Много Лошадей (1864-1887).

4. Дочь: Ваняагманипивин Смотрит Шагая (1867-1887).

5. Приемный сын: Акичита Чигала Маленький Воин, родился в 1868.

6. Сын: умер при рождении.

7. Сын: Захвативший Ружье (1868-1877).

8. Пасынок: Хэто - Голубая Гора, родился в 1870.

9. Пасынок: Ванакикшин-Уильям/Джон Сидящий Бык (1876-1909).

10. Пасынок: Нурчан-Льюис/Луис Сидящий Бык, родился в 1867.

11. Сын: Накичипа Убегать От Него, родился в 1878.

12. Дочь: Титанинйаневин, родилась в 1876.

13. Сын: Кангисиха Воронья Лапа (1874-1890), был убит вместе с отцом.

14. Дочь: Ваканйаннажинвин (1877-1927).

15. Сын: Аванйустанпи.

16. Сын: Унйаннапапи, родился в 1879.

17. Сын: Сидящий Орел (1880-1884).

18. Сын: Чекпа (1880-1880).

19. Дочь: Виничилал, родилась в 1882.

20. Сын: Сидящий Бык (1886-1886).

21. Сын: 1888-1888.

22. Дочь: Винчичла (1888-1889).


Очень немногие могли общаться с крылатыми и четвероногими народами. Он научился этому, и его общению были подтверждения, еще когда он был ребенком. Подростком он узнал об особых узах, связывавших его с миром духов, и в более зрелом возрасте его талант расцвел. Он мог уйти в одиночестве и привести себя в гармонию, чувствуя родство с ними всеми. Его духовное развитие было ощущением гармонии и родства со всеми силами природы и ее созданиями; понимая песни птиц, он имитировал их пение. Во время отдыха на охоте в низовьях Гранд-Ривер птица предупредила его о необходимости сохранять неподвижность и притвориться мертвым перед медведем гризли, нависшим над ним. Открыв глаза и увидев, что это на самом деле так, он окаменел. Гризли, обнюхав его, ушел.

Однажды он спросил дятла, станет ли он вождем своего народа. Птица склонила голову, посмотрела на Сидящего Быка и побежала по стволу дерева, выстукивая сообщение: «Да, ты станешь великим вождем, потому что ты говоришь с народом птиц». Затем дятел начал быстро стучать клювом, предупреждая Сидящего Быка: «Позади тебя опасность!». Он схватил свои лук и стрелы, стремительно обернулся и увидел гризли, поднимающегося на задние лапы. Он не выказал страха, твердо стоял на ногах и ждал, пока медведь поднимется на задние лапы. Затем выстрелил прямо в сердце четвероногого. Крик медведя был почти человеческим. Гризли сделал несколько шагов, упал, подергивался несколько мгновений и затем замер. Тогда Сидящий Бык обернулся поблагодарить своего маленького друга – дятла. Затем он отрезал когти медведя. Это дало ему право носить орлиное перо за его ку и одно из самых драгоценных регалий: ожерелье из медвежьих когтей.

Позднее, на озере в Блэк-Хиллс, он услышал призыв с вершины скалистого утеса. Он взобрался на него и нашел сидящего орла. Сидящий Бык счел это предзнаменованием того, что однажды он станет вождем всего народа.

Как-то он встретил волка, раненного двумя стрелами. Волк сказал: «Если ты освободишь меня, твое имя станет великим». Он вытащил из волка стрелы, промыл и обработал его раны.

Отличаясь мужеством и отвагой, Сидящий Бык входил в такие сообщества как Сильные Сердца и Лисицы.

В 25 лет Сидящий Бык стал блотахунка (военным вождем) и проявлял незаурядную храбрость во время сражений. Он носил длинный красный пояс вокруг плеч, во время сражений один конец которого он пришпиливали к земле колышком, в знак своей решимости не отступать перед врагом. И освободить его имел право только член его же воинского сообщества. Говорили, что он был подобен бизону: упрямый, бесстрашный, уверенный в своих силах, а потому никогда не отступавший. Зимой бизон никогда не поджимает свой хвост, подобно домашнему скоту, он всегда идет навстречу буре. Позже Сидящий Бык стал уважаемым членом общества Едящие Безмолвно, избранной группой, заботящейся о племенном благосостоянии. Как вождь племени, он смог расширить охотничьи угодья лакота на запад, в земли шошони, кроу, ассинибойн и др. Как член общества Бизонов братства Хейока (Buffalo Society fraternity of Heyoka), он обрел силу предсказывать будущее. Это великая честь - быть избранным Громовой Птицей, но если не выполнить обещаний, данных ей, не исполнить церемонию хейока, молнии могли убить человека. Хейока должен был смешить людей своими одеждами, своим поведением, делая все наоборот, даже опускать руки в кипяток. Как сновидец Громовой Птицы, Сидящий Бык носил на своем лице раскраску в виде молний и сочинил песню в ее честь. Уважаемый знахарь в мирное время и великий воин в военное. Сидящий Бык любил и уважал детей, всегда был добр и щедр, скромен и мудр; его добродетели вызывали восхищение у всего племени. Он учил быть добрым даже к тем, кто ненавидит вас, разделять пищу с нуждающимися, любить свой народ и стремиться к миру, положив конец всем распрям, быть добрым не только друг к другу, но и к животным и птицам. Сидящий Бык обладал и дорожил чанунпой (Священной Трубкой), он чувствовал свою связь с ней и Вакан Танкой; предлагая Трубку четырем направлениям, Сидящий Бык призывал Вакан Танку помочь племени, обещая взамен шкуры бизона, табак и свою плоть на Танце Солнца. Считалось, что вичаша-вакан (святой человек) обладал великой силой, снами и видениями, хранил знания и мудрость для священных обрядов и церемоний; как знахарь, он знал о силе трав, чтобы исцелять и изгонять злых духов, а так же обладал священными камушками для поиска пропавших вещей.

                      РАСТУЩАЯ УГРОЗА С ВОСТОКА.


"Позвольте нам (индейцам) соединить наши умы вместе, и посмотрим, что мы можем сделать для наших детей". Сидящий Бык.


У Сидящего Быка были смешанные чувства относительно торговцев с Востока, но он не имел какого-либо чувства ненависти к евро-американцам. В целом, он просто хотел, чтобы его народ оставили в покое. Чтобы проявить себя в сражении хункпапа, как впрочем и другим общинам лакота, хватало других врагов, в частности тех же кроу. Только тогда, когда стало понятно, что наплыв белых угрожает традиционному образу жизни, ровно как и жизни самих индейцев, Сидящий Бык стал смотреть на них как на врагов. Эта растущая угроза стала понятна к 1850 годам, и не только ему, но и многим другим лидерам равнинных племен. Правительство США активно продвигалось на Запад на нескольких фронтах, намереваясь проложить дороги, а затем и железнодорожные пути. Для того, чтобы пересечение этой страны было менее опасно для евро-американцев, договорами, такими как договор форта Ларами от 1851 года, стремились оттеснить племена от определенных областей, чтобы предотвратить военные конфликты между индейцами и переселенцами. В тоже время правительство продолжало строительство военных фортов по всей индейской земле.

Сидящий Бык продолжал сражаться с исконными врагами, но уже иногда вступал и в бой с евро-американцами, подходившими слишком близко к границам земли хункпапа. 11 августа 1860 года, вероятно под руководством Сидящего Быка, около 250 хункпапа и сихасапа атаковали форт Юнион, на северо-востоке Монтаны. Солдаты укрылись внутри форта, в то время как индейцы убивали скот, жгли фургоны, дрова и сено. Они открыли огонь по индейцам лишь тогда, когда те попытались поджечь  форт, и лакота вынуждены были отступить.

В начале 1860-х, лакота стали разделяться на две фракции. Одна группа, ведомая Медвежьим Ребром, стремилась к мирному сосуществованию с правительством США, полагая, что это наиболее приемлемый путь сохранить мир, народ и хоть что-то из старого образа жизни. Другие же индейцы объединялись вокруг Сидящего Быка, который видел в пришлых людях смертельную угрозу для традиций и ценностей лакота. Он стремился к миру с правительством США, но к миру, который не ставил бы под угрозу культуру его народа. Сидящий Бык видел жизнь в резервации и прекрасно осознавал, что она несовместима с традиционным образом жизни лакота.

Хункпапа задавались вопросом, что же будет дальше? Ответ на этот вопрос пришел в 1862 году, когда белые, сломив сопротивление санти-сиу и проявив при этом незаурядную жестокость, изгнали их из Миннесоты. Преследуя беглецов генерал Генри Сибли, служивший первым губернатором Миннесоты, привел армию на территорию Дакоты. Она состояла из 2 056 человек: 1 436 пехотинцев, 520 кавалеристов и 100 скаутов. Генерал Альфред Салли вел другую армию вверх по Миссури. 26 июля 1863 года между хункпапа Сидящего Быка и Желчи, санти Инкпадуты и войсками генерала Сибли произошло сражение у Дэд Баффало Лейк. После сражения на Биг-Маунде 24 июля 1863 года, сиу остановились примерно в двух милях от нынешнего Доусона, Северная Дакота, ожидая преследовавших их солдат и прикрывая отступление женщин и детей. Санти Стоящего Быка, избегая дальнейшего сражения, ушли на северо-запад, а позже отправились в Канаду. К оставшимся санти, янктонам и янктонаи присоединились около 650 хункпапа Сидящего Быка и Желчи. Таким образом, число индейцев увеличилось до 1 600 человек.
К полудню Сибли достиг Дэд Баффало Лейк и стал лагерем у небольшого озера. Вскоре, на холмах, появились сиу, которые пытались окружить озеро, угрожая атаковать силы Сибли. Генерал выдвинул вперед артиллерию, две роты пехоты и его пионеров, открывших огонь по индейцам на дальние дистанции. Сиу отошли на безопасное расстояние и попытались захватить армейский обоз, лошадей и мулов, атаковав на левом фланге. Однако эта атака была отбита ротой конных рейнджеров и двумя ротами пехоты. Затем индейцы скрылись за холмами и появились на правом фланге. Их атака была остановлено в краткой рукопашной схватке двумя ротами кавалерии и 6-ой ротой пехотинцев. Сидящий Бык, вооруженный лишь хлыстом, посчитал "ку" на погонщике и захватил его мула. Индейцы ушли с поля боя. По армейским сообщениям значилось, что в ходе боя погиб 1 солдат и убито 15 сиу. Но, как правило, в официальных источниках число жертв со стороны индейцев всегда завышалось.

Сибли продолжил преследование индейцев, столкнувшись с ними еще раз 28 июля 1863 года. После битвы на Дэд Баффало Лейк он повел свои силы к Стони-Лейк, где и разбил лагерь на ночь. На следующее утро войска вновь отправились по следу индейцев. Спустя два часа, скауты доложили генералу, что большое количество сиу преследуют его колонну. Сибли быстро приготовился к отражению атаки, вскоре появились около 1 600 индейцев. Большинство из них были вооружены луками и стрелами, они кружили на лошадях в 5-6 милях вокруг солдат Сибли, пытаясь взять их в кольцо. Полковник Джеймс Х. Бейкер, 10-й миннесотский полк, приказал открыть огонь из двух горных гаубиц. 6-ой миннесотский и 7-ой миннесотский полки развернулись слева и справа от обоза Сибли. Пехотинцы вытеснили индейцев с нескольких холмов. Вскоре лакота ушли. Сибли не стал их преследовать, так как его лошади и люди очень устали. Потери индейцев в этом бою неизвестны, очевидцы лишь видели троих воинов попавших под огонь гаубиц и упавших с лошадей. Среди солдат Сибли потерь не было.
Почти год спустя Сидящий Бык столкнулся с войсками генерала Салли.
28 июля 1864 года Альфред Салли с 2 200 солдатами напал на деревню хункпапа насчитывавшую от 1 600 до 1 800 типи при Киллдир-Маунтин, Монтана. Это нападение было частью карательных операций, совершаемых американскими силами после восстания сиу в Миннесоте. Сидящий Бык и Желчь не принимали участие в конфликте, но они приняли в своем лагере Инкпадуту и его людей, спасавшихся от преследования солдат. Большинству кавалеристов, из-за особенностей местности, пришлось стать пехотинцами. Воины лакота заняли правый фланг, а санти и янктонаи во главе с Инкпадутой левый. Сражение началось с того, что молодой воин по имени Длинный Пес, которому было видение, что пули солдат не причинят ему вреда, направился в их сторону. Солдаты открыли огонь, но Длинный Пес не был даже ранен. Преимущество как в численности, так и в вооружении, все же было на стороне Салли, к тому же, его армия имела 8 пушек. Индейцы, несмотря на то, что большинство из них было вооружено луками и стрелами, яростно прикрывали отход женщин и детей. По мере продвижения солдат, сиу отступали в сторону своего лагеря. К вечеру кавалерия майора Брэкетта прорвала индейскую линию, что позволило пушкам открыть огонь прямо по лагерю. Войска окружали индейцев с трех сторон, постепенно затягивая кольцо. Человек, Который Никогда Не Ходил или Медвежье Сердце, инвалид с рождения, попросил дать ему лошадь, чтобы сражаться наравне с остальными воинами. Он погиб, пропев свою песнь смерти. Даже солдаты, когда обнаружили его тело, отдали дань мужеству этого человека. С наступлением темноты индейцы ушли, оставив свой лагерь, потеряв убитыми 31 воина, хотя сам Салли утверждал, что убил от 100 до 150 человек. Потери среди солдат составили 5 человек убитыми и 10 ранеными. На следующее утро Альфред Салли отдал распоряжение уничтожить лагерь. Все типи были сожжены, уничтожено 200 тонн вяленого мяса и сушеных ягод, домашняя утварь, инструменты, груды дубленой кожи. Штыками прокололи все котелки. Были расстреляны даже собаки. Прежде чем повернуть к Харт-Ривер, солдаты прошли еще миль 8, пытаясь догнать индейцев, потеряв при этом троих человек: двух рядовых и одного сержанта.

Несмотря на поражение, Сидящий Бык даже и не думал сдаваться. В течение следующей недели к нему присоединились минниконжу, санс-арк, брюле и шайены. 7 и 9 августа они пытались взять реванш на Бэдлэнде близ Харт-Ривер, преследуя армию и осыпая ее стрелами, однако артиллерия не подпускала индейцев слишком близко и наносила им существенный урон. Потеря людей и закончившаяся провизия заставили Сидящего Быка отступить. Сам же Салли потерял убитыми 9 солдат и еще 100 было ранено.
В конце августа 1864 года, хункпапа Сидящего Быка заметили обоз из почти 100 фургонов. Этот обоз из 200 переселенцев и золотоискателей под началом капитана Джеймса Фиска охраняли 47 кавалеристов роты А лейтенанта Смита. В течение нескольких дней Сидящий Бык выжидал момент для нападения. 2 сентября, близ нынешнего Боумана один из фургонов сломался и с десяток человек, преимущественно солдат, остались чтобы починить его, в то время как обоз двинулся дальше. Сидящий Бык с сотней воинов атаковал их. Во время боя вождь сцепился с одним из солдат, который вытащил пистолет и выстрелил Сидящему Быку в левое бедро. Прыгающий Бык, приемный брат Сидящего Быка, и Белый Бык поспешили к вождю на помощь и унесли его в безопасное место. Прыгающий Бык был врачевателем, он остановил кровотечение и перевязал рану Сидящего Быка. Все кто остался со сломанным фургоном были убиты или ранены. Индейцы отступили когда появилась помощь от капитана Фиска, но не ушли. Солдаты и поселенцы вынуждены были соорудить укрытие из фургонов, образовав круг и уложив земляные укрепления из дерна. Свой «форт» они назвали в честь погибшего Джефферсона Дилтса. После нескольких неудачных атак, лакота начали переговоры под флагом перемирия с помощью записок, написанных Фанни Келли, женщиной, которая находилась у индейцев в плену. Однако, эти переговоры ник чему не привели, а 18 сентября подоспела помощь от генерала Салли в 900 солдат, которые и сопроводили обоз до форта Райс.
Фанни Келли взяли в плен оглала, а затем спустя пять месяцев продали ее хункпапа. Она стала женой воина по имени Приносящий Изобилие. Фанни была с индейцами и во время боя на Киллдир-Маунтин. Именно благодаря Сидящему Быку Келли получила свободу. Он пытался выкупить ее у Приносящего Изобилие, но тот все время отказывал вождю. Наконец, Сидящий Бык, вместе со своим другом Кроулером пригласили упрямого воина в типи, где под дулом оружия заставил Приносящего Изобилие уступить ему женщину. Несмотря на то, что Фанни Келли получила свободу благодаря Сидящему Быку, в своих воспоминаниях «Narrative of My Captivity Among the Sioux Indians» опубликованных в 1871 году она умолчала об этом.

                             НАДЕЖДА НА МИР.

 

«Черная Сутана, мне тяжко от того, что я пролил много крови белых людей. Но это белые спровоцировали войну; своей несправедливостью, своим унижением наших семей, своей неслыханной жестокостью и ничем не обусловленной резней в форте Лайон (бойня, учиненная Чивингтоном) 600 или 700 женщин, детей и стариков, сотрясая все вены, которые связывают и поддерживают меня. Моя рука подняла томагавк и выместила всю боль на тех белых, до которых она смогла дотянуться. Сегодня ты среди нас, и пред лицом твоим мои руки тянутся к земле, словно мертвые. Я буду слушать твои добрые слова, и готов быть настолько хорошим по отношению к белым, насколько плохим я был к ним". Сидящий Бык.


Священник-иезуит Пьер Жан Де Смет, который  работал среди племен с 1838 года, был убежден, что война для сиу смерти подобна. Поэтому 21 апреля 1868 года он отправился к Сидящему Быку, чтобы постараться убедить его обсудить мирные условия сосуществования  с членами американской  комиссии, которая была сформирована Конгрессом США  20 июля 1867 года.
Когда Сидящий Бык узнал о прибытии Черной Сутаны (так индейцы звали Де Смета), он отправил 18 воинов сопровождать и охранять священника.
 19 июня Де Смет был уже у лагеря лакота. Сидящий Бык и около 400 воинов, в богато украшенных одеждах, встретили его. Среди встречавших были такие прославленные воины хункпапа как Четыре Рога и Желчь. Желчь был давним другом Сидящего Быка, повернувшийся затем  к своему другу спиной, во время резервационной жизни. Де Смет развернул стяг, на котором была изображена Дева Мария в окружении звезд, с одной стороны, и именем Иисуса - с другой. Надо отметить, что у хункпапа Дева Мария была очень популярным образом, так как считалось, что она похожа на Женщину Белую Бизониху, посланную  Вакан Танка и даровавшая лакота Священную Трубку и Священные Церемонии.
20 июня было установлено большое типи совета. Собралось около 5 000 человек, чтобы услышать, о чем будет говорить Черная Сутана. Де Смет в своих речах призывал к миру и убеждал лидеров встретиться с мирными уполномоченными США в форте Райс. Затем он установил свой стяг в типи, в знак признательности к сиу. Черная Луна, двоюродный брат Сидящего Быка, выразил свое уважение к стягу священника, а затем, в своей речи,  перечислил безобразия, чинимые евро-американцами, включая строительство фортов, вырубку деревьев, убийство бизонов и, конечно же, самих индейцев.
Сидящий Бык сказал Де Смету, что представители хункпапа отправятся с ним в форт Райс, чтобы встретиться с уполномоченными США. Сидящий Бык желал мира. Вождь и Де Смет пожали друг другу руки, а затем Сидящий Бык уточнил, что не продаст и пяди своей земли, и мир возможен  лишь при условии, если солдаты откажутся от своих фортов и перестанут вырубать деревья вдоль Миссури, чем вызвал всеобщее одобрение всех присутствовавших.

Утром 21 июля, после мессы, Де Смет, в сопровождении вождей, среди которых были Желчь и Совиный Бык, направились в форт Райс. Сидящий Бык с группой акичита сопровождали их вдоль Паудер-Ривер, чтобы защитить и выказать честь Черной Сутане. Пожав друг другу руки, вичаша-вакан и священник расстались де Смет продолжил путь в форт Райс, а Сидящий Бык повернул обратно в деревню. Желчи он посоветовал внимательно слушать уполномоченных, потребовать удаление солдат, остановки передвижения пароходов по рекам и при этом не принимать никаких подарков. 
У форта Райс тогда собралось около 50 000 индейцев. Желчь передал  условия Сидящего Быка уполномоченным — генералу Альфреду Терри, Уильям С. Харни и Джону Сэнборну, и 2 июля 1868 года подписал договор форта Ларами, доставленный в форт Райс,  под именем Человек, Который Идет В Середине (Co-dam-i-ya, Man That Goes in the Middle). Свои подписи тогда поставили  такие вожди как Бегущая Антилопа и Два Медведя. Желчь, не умевший читать, полагал, что условия Сидящего Быка будут учтены в договоре, он не знал, что это его конечный вариант.  Договор устанавливал  Великую резервацию сиу на территории Дакоты западнее Миссури-Ривер. Земли севернее Норт-Платт-Ривер и восточнее Бигхорн Маунтис (части нынешних штатов Северная Дакота, Южная Дакота, Вайоминг, Монтана и Небраска)  «считались беспрецедентной Индейской территорией»  и ни один белый не в праве был селиться там или же занимать какую-либо часть, ровно как и проникать на эти территории без разрешения самих сиу. Другими словами, этот регион должен был быть зарезервирован исключительно для индейцев, которые могли охотиться на этих земля до тех пор, пока там есть бизоны. Правительство США  согласилось оставить форты вдоль Бозменской тропы от Джулесбурга, Колорадо,  до золотых приисков в Монтане. Лакота, в свою очередь, обещали прекратить военные действия и поддерживать мир. Договор форта Ларами предоставлял Сидящему Быку три варианта: стать резервационным индейцем, попытаться найти компромисс с евро-американцами, сохраняя при этом некоторую часть старых путей, насколько это возможно, либо держаться за культуру и традиции лакота. Сидящий Бык выбрал третий вариант.

ВОЗОБНОВЛЕНИЕ ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ.


«Наша земля гораздо ценнее ваших денег. Она будет всегда — ее не уничтожат ни пламенем, ни огнем. Пока светит солнце и течет вода, эта земля будет давать жизнь людям и животным. Мы не можем продать жизнь людей и животных; поэтому мы не можем продать эту землю. Она была сотворена Великим Духом, и мы не можем продать ее, поскольку она не принадлежит нам». Сидящий Бык.


В феврале 1869 года, спустя несколько месяцев после провозглашения договора форта Ларами, военное министерство нарушило положение относительно охоты на уступленных индейцами землях, поскольку индейцы, очутившиеся за пределами резервации, попадали под военную юрисдикцию и считались «враждебными».
После сноса фортов вдоль Боземанской тропы Сидящий Бык сконцентрировался на области верховий Миссури. Большое количество пиктограмм этого периода свидетельствуют о его сосредоточении на возрастающей военной угрозе со стороны евро-американцев. Сидящий Бык возглавил нападение на форт Буфорд, северо-запад Северной Дакоты, построенный на территории хункпапа в середине 1860-х. Было убито 3 человека и еще 3 ранено, захвачено более 200 голов скота. Помимо этого, индейцы совершили нападения на форт Райс, Стивенсон и Тоттен. Следующая атака форта Буфорд состоялась в сентябре 1870 года. С отрядом из двухсот человек, куда входили хункпапа, миннеконжу и шайены, Сидящий Бык напал на стадо крупнорогатого скота, прикрепленного к лагерю лесорубов, работавших на «Дюрфи и Пек» – компанию, занимавшуюся заготовкой древесины для форта. Чарльз Тек, управлявший волами в 500 ярдах от лагеря, мужественно отстреливался, а когда закончились патроны, использовал ружье как дубинку.
После атаки на лесорубов Сидящий Бык выбрал оборонительную позицию, по выражению Роберта Атли «стал щитом своего народа вместо копья». Он продолжал сражаться с евро-американцами, но лишь тогда, когда они представляли непосредственную угрозу для лакота. К тому времени не резервационные лакота сместились на запад вслед за уходящими бизонами. Они рассматривали теперь своими земли к западу от Паудер-Ривер к Бигхорну, к северу до Миссури и северо-западу к Масселшелл. Однако эти земли недолго оставались под их контролем. Четыре Рога, дядя Сидящего Быка, один из мудрейших лидеров хункпапа, осознавал, что противостоять евро-американцам и выжить можно лишь объединившись. Поэтому он старался собрать всех лакота под началом Сидящего Быка как военного вождя. Сидящий Бык был признанным лидером, смелым воином, прославленным охотником и почитаемым вичаша-вакан, поэтому Четыре Рога возлагал на него большие надежды. Точная дата становления Сидящего Быка как верховного лидера точно не известна, но вероятно это произошло в 1869 году после совещания в форте Ларами.
Тихоокеанская железная дорога, проходя по охотничьим угодьям лакота. должна была соединить Сент-Пол, Миннесота, с Сиэтлом, Вашингтон. Поезда распугивали бизонов, подрывая тем самым основу выживания лакота. Правительство США и военные чиновники прекрасно осознавали, что индейцы будут сопротивляться. Официальные лица в Вашингтоне не возражали против строительства железной дороги на индейских землях, а армия отправляла своих солдат на защиту топографов. Осенью 1871 года кавалерия США и группа топографов появилась у реки Йеллоустоун (река Вапити, как ее называли лакота). Сидящий Бык выжидал. Летом 1872 года вернулись две дополнительных группы инженеров в сопровождении военных: 600 солдат полковника Дэвида Стэнли из форта Райс и 500 солдат майора Юджина Бейкера из форта Эллис. В августе воины из нескольких племен лакота собрались на Паудер-Ривер, юго-восток Монтаны, чтобы провести Танец Солнца и подготовиться к нападению на кроу. Большой отряд выдвинулся на запад с этой целью. Индейские разведчики заметили солдат на Эрроу-Крик. Это были солдаты Бейкера, охранявшие 20 железнодорожных рабочих. Пока вожди обсуждали как им поступить: напасть на кроу или же атаковать солдат, молодые воины, несмотря на контроль со стороны акичита, решили проявить храбрость. Появившись на берегу, они открыли с возвышенности огонь по белым, проносясь мимо укрывшихся солдат. Столкновение, известное как бой на Эрроу-Крик, не принесла победу ни одной, ни другой стороне. Тем не менее железнодорожные рабочие были настолько потрясены этим нападением, что повернули к Масселшелл-Ривер, стремясь вернуться как можно скорее в форт Эллис. В этом бою Сидящий Бык и молодой Бешеный Конь продемонстрировали незаурядную отвагу, запомнившуюся как одной, так и другой стороне. После нескольких часов безрезультатного боя Бешеный Конь направился к оборонительным позициям вдоль Эрроу-Крик. Он надеялся, что многочисленные залпы солдат сделают горячими их карабины, отчего те просто начнут клинить. Эту тактику он применил впоследствии и при Литтл-Бигхорн.
Американские солдаты "от души приветствовали" отважного воина огнем. Бешеный Конь медленно передвигался на лошади, словно прогуливаясь, с луком за спиной и ружьем на коленях, вперед, назад и снова вперед, и без единой царапины повернул обратно, к индейской линии.
Сидящий Бык отправился пешком к тому месту, где проезжал Бешеный Конь, и, подойдя к солдатам еще ближе, присел, достал свой кисет и жестом пригласил желающих присоединиться к нему и выкурить трубку. Два лакота Белый Бык и Забирает Лучшее У Них и два шайена подошли к нему.
«Мы, не теряя времени, курили настолько быстро, насколько это было возможно, -вспоминал впоследствии Белый Бык, - наши сердца готовы были выпрыгнуть из груди, пули поднимали вокруг пыль и свистели у нас над головой. Сидящий Бык не ведал страха, он спокойно сидел и смотрел вокруг так, словно он курил в своем типи».
Наконец, Сидящий Бык, очистив и уложив трубку, подал знак своим спутникам и неспешно отправился в укрытие. Забирает Лучшее У Них настолько спешил, что забыл даже свои стрелы, которые подобрал Белый Бык. Вдохновленный Бешеный Конь решил поближе подъехать к линии обороны, и один из солдат попал в его лошадь, когда тот повернул обратно.
В июле 1874 года полковник Джордж Армстронг Кастер по приказу генерала Филиппа Шеридана возглавил экспедицию, в которую входили старатели и журналисты, в Блэк-Хиллс, территория Дакоты, находившиеся в пределах Великой резервации сиу. Слухи о том, что в священных для лакота горах находят золото, давно будоражило умы евро-американцев, но официальная задача, стоявшая перед экспедицией, была найти подходящее место для строительства форта, чтобы помогать резервационным индейцам агентств Красного Облака и Пятнистого Хвоста и защищать железную дорогу.
30 июля, Горацио Нельсон Росс, член экспедиции Кастера, нашел золото в горах. Корреспонденты тут же поспешили явить миру сенсацию, а Кастер, стремившийся повысить свою популярность, рапортовал на восток, что данная местность изобилует золотом, «которое лежит там чуть ли не на поверхности, прямо у корней травы». В условиях все еще бушевавшей экономической депрессии 1873 года эти заявления о богатстве повлекли за собой нескончаемый поток старателей и горнодобывающих компаний, ринувшихся в Блэк-Хиллс, втаптывая в пыль дорог любую маломальскую надежду на мир с равнинными племенами. Черные Холмы (Паха Сапа на языке лакота) были полны дичи, защищали долины от ветров и давали индейцам древесину для костров. Из широкохвойной сосны, росшей в горах, делали прямые и твердые шесты для типи. Молодые воины лакота уходили искать свои первые видения в Черные Холмы и, конечно же, никто из них не желал видеть там солдат или старателей.
Когда старатели и поселенцы ринулись в Блэк-Хиллс, Сидящий Бык сражался с кроу на западе. Его воины неоднократно нападали на агентство Кроу в южной части Монтаны и активизировали нападения летом 1875 года, когда агентство было перенесено подальше от форта Эллис, близ Бозмана, Монтана, в место, находившееся в 14 милях к югу от Йеллоустоуна, близ Стилуотер-Ривер. Военные отряды Сидящего Быка регулярно нападали на обозы, перевозившие стройматериалы для нового агентства. Правительственные агенты и все те, кто помогал врагам лакота, сами становились таковыми.
В феврале 1874 года большая хорошо вооруженная геологоразведочная группа из Бозмана численностью 150 человек пересекла заледеневшую Йеллоустоун-Ривер ниже устья Бигхорн и вторглась в Монтану, на земли Сидящего Быка, разыскивая золото. 4 апреля несколько сотен воинов Сидящего Быка атаковали их лагерь. Экспедиция, состоявшая из опытных пограничников, смогла отразить атаку индейцев. Сидящий Бык трижды атаковал лагерь и всякий раз безуспешно. Жертв среди белых было мало, гораздо серьезнее пострадал скот. Помимо этого, разыгравшаяся плохая погода вынудила группу вернуться обратно в Бозман.
Вторая экспедиция под началом Феллоуза Пиза двинулась в земли лакота летом 1875 года с целью поставить торговый пост у слияния Йеллоустоун и Бигхорн-Ривер в 250 милях восточнее Бозмана. Группа Пиза поставила несколько домов, окруженных высоким деревянным частоколом для защиты. За зиму 1875-1876 года лакота, пытаясь избавиться от незваных гостей, убили 6 человек из этой экспедиции и 9 ранили. В феврале 1876 года несколько человек из форта Пиз добрались до Бозмана и сообщили, что форт осажден индейцами. По их словам, там еще оставались 41 человек. 22 февраля Джеймс С. Брисби, командующий фортом Эллис, по приказу генерала Терри, с силами из 192 солдат, 14 офицеров и 15 штатских выступил из форта. В агентстве Кроу к нему присоединились 25 штатских и 54 скаута из кроу.
Брисби добрался до форта Пиз 4 марта и спас 19 выживших, 8 из которых были ранены. Из остальных 6 погибли, другим же удалось выбраться из форта. «Индейцев видно не было, но обнаруженные нами боевые палатки выдали присутствие примерно шестидесяти сиу, которые скрылись в южном направлении», - отметил Терри.
Продолжая сражаться как со старыми индейскими врагами, так и с новыми в лице солдат, старателей и поселенцев, летом 1875 года Сидящий Бык предпринял еще одну попытку объединиться с другими племенами. В период Танца Солнца он надеялся установить более тесные связи хункпапа с санс-арками Пятнистого Орла, оглала Бешеного Коня и Черного Близнеца, минниконжу Делающего Жилье и Белого Быка, северными шайенами Маленького Волка и почитаемого святого по имени Лед. На Танце Солнца Сидящий Бык был и основной силой, и главным исполнителем. Лед подарил ему черного коня, и Сидящий Бык подъехал на нем к палатке Танца Солнца. Лошадь была украшена белыми полосками, на Сидящем Быке была лишь набедренная повязка, мокасины и головной убор из перьев. Его тело было раскрашено желтой глиной. Черными полосками был украшен лоб Сидящего Быка и часть его лица, в том числе и подбородок. Его запястья и лодыжки были очерчены черными полосами, на груди нарисован черный круг, на правом же плече красовался черный полумесяц — солнце и луна, указывавшие на то, что он получил видение и был связан с духовным миром. Черный цвет символизировал прошлые победы, а желтый говорил о том, что война не за горами. После Танца Солнца большой лагерь передвинулся к Тонг-Ривер, близ границы штата на юго-востоке Монтаны, северо-западнее нынешнего Шеридана, Вайоминг, где в августе 1875 года встретился с около 100 индейцами из агентства в сопровождении бывшего друга Фрэнка Гроуарда. Они пригласили Сидящего Быка и других сопротивляющихся лидеров на совет в агентство Красного Облака на северо-западе Небраски. Совет, на котором должна была решиться судьба Блэк-Хиллс – сдать ли их в долгосрочную аренду или продать, должен был состояться в сентябре. На следующее утро, на совете вождей, ряд лидеров выступили против участия в переговорах с евро-американцами. Бешеный Конь, прославленный лидер оглала, отказался даже вести речь об этом, оставив говорить за себя Маленького Ястреба. По словам Гроуарда, Сидящий Бык произнес длинную речь, в которой заявил, что он не индеец из агентства, никогда не станет продавать Черные Холмы и готов воевать.
«Он сказал мне вернуться и передать белым людям в агентстве Красного Облака, что объявляет им открытую войну и с этого времени будет сражаться с ними везде, где бы он ни встретились ему».

                         УЛЬТИМАТУМ.


"Есть хотя бы один заключенный с нами договор, который  не нарушил бы белый человек? Нет. Когда я был мальчиком, лакота владели миром; солнце всходило и сияло на их земле; они посылали 10 000 человек в сражение. Где эти воины сегодня? Кто убил их? Где наши земли? Кто владеет ими?...Какой закон я нарушил? Что плохого в том, что я люблю то, что принадлежит мне? Это грешно потому что кожа моя красного цвета? Потому что я лакота, потому что я родился здесь где умер мой отец, потому что я готов умереть за мой народ и мою страну?" Сидящий Бык.


После провальной попытки купить или арендовать Блэк-Хиллс президент США Улисс Грант 3 ноября провел встречу с рядом видных чиновников, среди которых были министр внутренних дел Захарий Чендлер, уполномоченный по делам индейцев Эдвард П. Смит, военный министр Уильям У. Белнэп и генералы Филипп Шеридан и Джордж Крук.  Грант пришел к двум основным решениям: во-первых, он сохранил запрет на проникновение старателей в Блэк-Хиллс, но не стал подкреплять этот запрет указом, во-вторых, он санкционировал использование силы против бэндов, охотившихся за пределами резервации, что являлось прямым нарушением одного из условий договора 1868 года. «Враждебные» бэнды переходили из ведомства по индейским делам к военным. Грант в тот же день или позднее распорядился, чтобы все индейцы в срок до 31 января 1876 года переселились в резервации, в противным случае против них будет применена военная сила. 6 декабря Смит поручил агентам сиу донести это распоряжение до индейских поселений. Зима в тот год выдалась суровой и, даже если бы племена подчинились, физически это было сделать невозможно. Некоторые гонцы донесли распоряжение до бэндов лишь 22 декабря, другие же и вовсе не были проинформированы. Выполнить это распоряжение означало совершить марш-бросок на сотни миль в метели и по глубокому снегу с женщинами, детьми и голодными истощенными лошадьми. И если бы Сидящий Бык и другие лакота в срок достигли агентств, там их ожидала бы неминуемая смерть от голода. Зимний лагерь Сидящего Быка находился в 240 милях от Стэндинг-Рок. «Если бы у нас были автомобили, может, мы и успели бы», — позже шутил Белый Бык, племянник Сидящего Быка.
Из своей штаб-квартиры в Чикаго генерал Шеридан командовал военными силами Миссури, включая все отряды, находящиеся на равнинах. Он телеграфировал 8 февраля генералам Круку и Альфреду Терри, что военное министерство отдало приказ начать боевые действия против «враждебных» индейцев. Шеридан представлял себе широкомасштабную акцию. Крук должен был выдвинуться из форта Феттерман в Вайоминге против Бешеного Коня, который, как полагали, находился поблизости от рек Бигхорн, Паудер, Роузбад и Танг на севере и в центре штата. Силы Терри должны были выступать в следующем порядке: колонна под руководством полковника Джона Гиббона из форта Эллис в Монтане на восток, вторая колонна под руководством подполковника Джорджа Армстронга Кастера из форта Абрахама Линкольна в Северной Дакоте на запад. Эти три силы должны были окружить непокорных лакота и шаейннов и раздавить их.
Суровые погодные условия, мешавшие исполнению директивы от 31 января, также препятствовали Терри осуществлять его план. Его войска были недостаточно подготовлены для длительного марша, поэтому было необходимо дожидаться весенней оттепели и получить припасы, отправленные по железной дороге и на пароходе.
С наступлением весны все больше и больше охотничьих групп присоединялись к Сидящему Быку, в то время как американские войска были готовы к тому, чтобы раз и навсегда покончить с непокорным лидером и всеми равнинными индейцами.
Тем временем между 21 и 24 мая, находясь на Роузбад, Сидящий Бык почувствовал, как непреодолимая сила влечет его на одну из возвышенностей.  Когда он достиг вершины холма, то долго молился, чтобы получить послание от Вакан-Танка. Уснувшему Сидящему Быку было видение: пыльная буря спешила к белому облаку. В облаке он узнал деревню лакота близ заснеженной горы, а позади бури двигались солдаты. Буря застлала облако, полил дождь и засверкала молния. Но облако осталось невредимым, и буря отступила. Вернувшись в деревню, Сидящий Бык вспоминал сны других вождей и интерпретировал их согласно мудрости, полученной от Вакан-Танка.

Облако, его деревню, атакуют солдаты, но солдаты будут побеждены. Разведчикам, известным также как волки, было поручено внимательно наблюдать за приходом солдат. Спустя неделю ближе к концу мая Сидящий Бык попросил Белого Быка, своего племянника, Прыгающего Быка, приемного брата, и сына своего друга вождя Черная Луна, сопроводить его на вершину холма. Там Сидящий Бык расплел свои косы, снял перья, стер красную каску с лица и стал молиться. Он просил Вакан-Танку дать его народу пищу для предстоящей зимы и вдохновить бэнды лакота установление мира между собой. В свою очередь он предложил Вакан-Танке бизона и Танец Солнца. Затем Сидящий Бык и его спутники церемониально выкурили трубку.
Сидящий Бык немедленно приступил к выполнению своих обещаний. Было убито три бизона, и лучшие куски мяса были принесены в дар Вакан-Танке, а сам Сидящий Бык занялся организацией Танца Солнца. Церемонию должен был провести Черная Луна, а Сидящий Бык стал главным танцором. В церемонии принимали участие только хункпапа, другие бэнды были приглашенными и наблюдали за ее проведением. Обычные подготовительные обряды начались около 4 июня. По их завершению Сидящий Бык был готов сделать специальное подношение в виде ста кусочков собственной плоти. Он сел спиной к священному шесту для Танца Солнца, и Прыгающий Бык встал на колени рядом с ним.
Начиная от запястий и поднимаясь к плечу, пятьдесят раз нож Прыгающего Быка делал надрезы под кожей, приподнимал ее и вырезал кусочек плоти. Тоже самое Прыгающий Бык проделал на другой руке Сидящего Быка. Боль была мучительной, руки, покрытые кровью, начали распухать. Остальную часть дня и ночи Сидящий Бык танцевал, глядя на солнце в дневные часы. Наконец, он остановился и, казалось, потерял сознание, стоя на ногах. Хункпапа осторожно опустили его на землю и принесли воды. Придя в себя Сидящий Бык поведал о своем видении Черной Луне. Черная Луна поделился им с остальными. Сидящий Бык видел большое количество солдат, жирных как саранча спускавшихся с неба в его лагерь, но они и их лошади падали, спустившись вниз. Голос, который Сидящий Бык слышал в своем видении сказал ему, что солдаты не имеют ушей и не могут услышать как Сидящий Бык просит оставить его людей в покое.
 Образ перевернутых в верх тормашками солдат свидетельствовал о том, что они будут разбиты, но в тоже время видение предупреждало, что победители не должны грабить побежденных. Некоторые индейцы также падали указывая на то, что и среди людей Сидящего Быка будут потери. Тем не менее, сражение станет великой победой для Сидящего Быка и его воинов. Это видение в скором времени окажется пророческим и проложит путь к победе.  Видение Сидящего Быка придало индейцам уверенности относительно надвигающейся битвы, а его самопожертвование во время Танца Солнца стерло все сомнения относительно его лидерства.

                 ПУТЬ К ЛИТТЛ-БИГХОРНУ.

 

"Если нам суждено погибнуть, мы погибнем защищая наши права". Сидящий Бык.

 

В то время как Сидящий Бык вдохновлял последователей своим историческим видением, генерал Джордж Крук был готов двинуться на север от Шеридана, Вайоминг, на поиск «враждебных» индейцев. 15 июня Крук получил сообщение, что большая деревня находилась примерно в 45 милях от его нынешнего местоположения. Полагая, что экспедиция закончится быстро, генерал решил взять всего лишь четырехдневный запас провизии и оставил позади свой обоз. Крук выдвинулся рано утром 16 июня со 100 солдатами, 85 добровольцами и 262 шошони, кроу и ри (арикара). На следующее утро генерал достиг главного ответвления Роузбад в Монтане. К 8 часам утра 17 июня Крук отдал приказ своим людям остановиться в большой низине. Солдаты расседлали своих лошадей и стали заваривать кофе, Крук же и несколько его офицеров предались игре в вист.
Вдруг за обрывом к северу раздались звуки стрельбы. Около 750 воинов Сидящего Быка и Бешеного Коня столкнулись со скаутами генерала, благодаря которым Джордж Крук избежал полного разгрома. Находившиеся в лагере скауты поспешили на помощь своим товарищам. Вскоре в бой вступили и солдаты. Когда Крук посылал своих кавалеристов в атаку, индейцы вместо того, чтобы бросаться вперед под огонь солдатских карабинов, рассеивались и наносили удары с фланга по слабым местам. Бешеный Конь не велел своим людям спешиваться, и они быстро перемещались с места на место. Устраивая молниеносные атаки на своих резвых лошадях, индейцы расстраивали ряды солдат и постоянно вынуждали их обороняться. Они отступали, дразня солдат и увлекая некоторых в преследование, с тем чтобы яростно их атаковать, удерживая их таким образом от продвижения к деревне и оттесняя на юг.
В начале второй половины дня люди Сидящего Быка ушли, оставив мертвыми 9 солдат и еще по крайней мере 23 ранеными. Скауты потеряли одного человека и семеро получили ранение.
Сидящий Бык, одержав победу, потерял около 20 своих воинов. Это было одно из крупнейших сражений в истории индейских войн. Крук объявил себя победителем, хотя этот бой вывел его солдат из строя на два месяца, уменьшив силы американской армии, сражавшейся с «враждебными» индейцами.  На следующий день генерал выдвинулся к своему лагерю в Вайоминге.
К 24 июня Сидящий Бык и большое количество его последователей двинулись в долину, которую называли Жирная Трава, известную так же как Литтл-Бигхорн. Из агентств постоянно прибывало все больше индейцев, и лагерь Сидящего Быка к 25 июня, по самым скромным оценкам, составлял около тысячи палаток, где жило приблизительно семь тысяч человек, из которых две тысячи были воинами, готовыми вступить в битву. Численность индейцев могла быть значительно выше. Белый Бык, например, позже говорил о двух тысячах палаток и двух с половиной тысячах воинов.
Сидящий Бык, памятуя о своем видении, знал, что солдаты нападут на его деревню. 24 июня, субботним вечером, Сидящий Бык снял с себя все одежды, оставшись лишь в набедренной повязке, расплел косы и раскрасил себя. Накинув плащ из бизоньей шкуры и взяв трубку, Сидящий Бык в сопровождении своего племянника Одного Быка отправился на хребет, расположенный напротив лагерного круга шайен.  Здесь, где вскоре полковник Кастер и его 7-ая кавалерия сложат свои головы, Сидящий Бык молился Вакан-Танке. Он предлагал трубку Великой Тайне и молил о защите его народа. В виде дополнительного дара Сидящий Бык оставил табак, привязав его к священной вишневой веточке, воткнутой в землю.
Несколькими днями ранее, 21 июня, на Йеллоустоун-Ривер в устье Паудер, генерал Альфред Терри встретился на борту парохода «Дальний Запад» с полковником Джоном Гиббоном и подполковником Джорджем Армстронгом Кастером.  Эта встреча должна была подвести итог военной стратегии против равнинных индейцев. В полдень 22 июня Гиббон и Кастер стали лагерем ниже устья Роузбад. Терри сопровождал Гиббона. 7-ая кавалерия Кастера состояла из 33 офицеров и 718 рядовых, но двое офицеров и 152 солдата отстали от них между 10 и 22 июня; большинство из них было приписано к пункту на Паудер-Ривер. Таким образом, силы регулярной армии составляли 31 офицер и 566 солдат, три дюжины скаутов арикара и кроу, а также 15 обозников. Седьмая кавалерия состояла из 12 рот, в каждой около пятидесяти солдат – намного ниже желаемого. Полк Кастера, в среднем, был укомплектован на 60% от полной силы.
К субботе 24 июня Кастер уже обнаружил следы пребывания индейцев по направлению к Литтл-Бигхорн. Он планировал дать денек на отдых своим людям и атаковать 26 июня, дождавшись с подкреплением Терри и Гиббона. На следующий день, 25 июня, с хребта, известного как Воронье Гнездо, скауты Кастера указали на следы нахождения большого индейского поселения где-то в 18 милях от лагеря. Дурными новостями для Кастера стал и доклады некоторых солдат о стычках с индейцами.
Кастер заключил, что его присутствие больше не было тайной и испугался, что сиу разбегутся прежде, чем он их атакует. Соответственно, он решил атаковать сразу же, невзирая на усталость солдат и лошадей.  К полудню 7-ая кавалерия пришла в движение. Вскоре после возобновления марша Кастер разделил колонну на три батальона, лично приняв командование над одним из них, в который вошли роты “C”, “E”, “F” и “I”. Рино командовал ротами “A”, “G” и “M”. Батальон капитана Фредерика Бентина состоял из рот “D”, “H” и “K”. Кастер отправил капитана Фредрика Бентина на юго-запад с расплывчатыми инструкциями «двигаться влево, нападать на все, что встретиться, и доложить ему». Позже Кастер направил ему дополнительные указания, велев продвигаться ко второй гряде, если капитан не найдет индейцев на первой. Роте “B” капитана Томаса МакДугала была поставлена задача охранять обоз.
Затем, Кастер направился к притоку Литтл-Бигхорн, который впоследствии получит название Рено-Крик. Далее он разделил свой отряд, отправив майора Рено атаковать деревню. Кастер уверил Рено, что поддержит его. Несмотря на это обещание, Кастер не двинулся через Литтл-Бигхорн, но остался к востоку от реки и повернул на север. С каменистой гряды на северо-западе Кастер впервые увидел всю деревню целиком. Вероятно, лишь тогда он осознал, с какими силами ему предстоит иметь дело. Он отправил сержанта Дэниэла Кэнипи разыскать МакДугалла и привести обоз, где находилась вся амуниция, за исключением того, что было у солдат на себе и в седельных мешках.

ВИДЕНИЕ СИДЯЩЕГО БЫКА КАК ТРИУМФ ПОБЕДЫ.

 

«Все мои воины были отважны и не знали страха. Погибшие солдаты тоже были храбрыми людьми, но у них не было никаких шансов сражаться или бежать. Мы не выходили из нашей страны, чтобы убивать их, это они пришли убивать нас и тем самым погубили себя».  Сидящий Бык.

 

Рено атаковал примерно в три часа дня.  Почти мгновенно он осознал, что у его людей не будет ни малейшего шанса выжить, если они сломя голову помчатся на такое огромное поселение. Поэтому Рено приказал спешиться и образовать стрелковую линию по направлению к лагерному кругу хункпапа.
Для индейцев атака была неожиданной, и первые мысли Сидящего Быка, вероятно, были о спасении своей семьи. Он усадил на лошадь позади себя мать и сестру и помчался прочь из лагеря. Тоже самое сделал и Один Бык, спасая свою мать. Когда остальные члены семьи были в безопасности, Сидящий Бык устремился к своему типи, чтобы взять свой заветный щит, лук со стрелами и палицу для Одного Быка. Племянник в знак признательности предложил своему дяде винчестер, и ринулся в бой. В тот момент Белый Бык вбежал в типи Сидящего Быка. У лидера хункпапа не было возможности подготовиться к сражению — украсить себя перьями и нанести раскраску. Вскочив на черную лошадь, он помчался к своим воинам, подбадривая их.
Сидящий Бык и Белый Бык, наряду с Четырьмя Рогами вступили в бой с Рено, солдаты которого из нападающих стали обороняющимися. Мощный огонь заставил индейцев попятиться назад, но они быстро обошли Рено слева и атаковали с тыла. Зная, что в скором времени он будет полностью окружен, Рено приказал отойти на несколько сотен ярдов влево к небольшой роще у реки. Уже через полчаса Рено, видя, какие потери несут его люди, а боеприпасы уже на исходе, в то время как индейцы отдельными группами уже просачивались в заросли, обходя солдат с флангов и тыла, отдал приказание отступать. Он вывел солдат из леса примерно в миле вверх по течению в то место, где они пересекали реку, спасая свои жизни.  Некоторые из солдат падали с лошадей, сраженные выстрелами или были убиты, достигнув воды.  Оставшиеся в живых переправились через реку и отступили на вершину холма, позже названного Рено-Хилл, восточнее Литтл-Бигхорн, где приготовились держать оборону. Потери Рено на тот момент составляли 40 человек. 17 человек, не слышавшие команды отступать, все еще оставались позади в роще, хотя многие из них позднее в спешке пытались добраться до холмов. Примерно в четыре двадцать дня на Рено-Хилл прибыл Бентин, а через час подтянулся обоз с боеприпасами.  К тому времени боевые действия у Рено-Хилл резко затихли. Майор и остальные кавалеристы недоумевали: где же Кастер? Они не знали, что к тому времени, как подошел обоз, Кастер и его люди были уже все мертвы.
Когда Рено пересек реку, чтобы укрыться на восточной стороне, Сидящий Бык остался позади, предоставив погоню молодым воинам. Восточнее Литтл-Бигхорн индейцы продолжали охотиться на беспорядочно бежавших солдат. Сидящий Бык призвал своих людей оставить в покое солдат на холме и вернуться в лагерь, чтобы поведать о великой победе лакота и шайен, но воины, в особенности молодые, все еще жаждали продолжения битвы. К этому времени Кастер и пять его рот приблизились к деревне с севера. Отвернувшись от Рено, индейцы повернули на солдат Кастера. Сидящий Бык, направив своих воинов в бой, вернулся в лагерь, где находилось большое количество женщин и детей, помогая организовать оборону в случае атаки со стороны солдат. Кастер разделил свои оставшиеся роты на две части. Правым крылом, в которое вошли роты C, I, и L, командовал капитан Майлс В. Кио. Левое крыло, возглавляемое капитаном Джорджем Йейтсом и сопровождаемое Кастером и его штабом, состояло из рот E и F.   Кастер и Йейтс вошли в глубокую сухую балку под названием Медисин Тейл Кули, лежавшую к западу по направлению к реке и поселению.
Видимо, в этот момент индейцы обнаружили силы Кастера и отвернулись от Рено, что и спасло его от неминуемой погибели.  Кастер не стал переходить реку, напротив, когда зазвучали выстрелы, он повернул и двинулся дальше на север. Кио со своими силами, по всей видимости, остался позади, ожидая Бентина и его обоз. Вполне возможно, что Кастер искал более удобное место, чтобы перейти реку и, если это так, то у него совсем не было на это времени. Рота L под командованием лейтенанта Джеймса Кэлхауна (зятя Кастера) образовала стрелковую линию в месте, позднее известном как Кэлхаун-Хилл, оставив позади в резерве роты С и I. Рота С пыталась атаковать южнее, но вынуждена была отступить к Кэлхаун-Хилл, и воины лакота вождя Желчи стали теснить силы Кио. Затем Бешеный Конь отважно проскакал между людьми Кио на холме и теми, что были в резерве. Стоявшие на холме нарушили строй и помчались к северу только для того, чтобы попасть под выстрелы. Оставшиеся и сражавшиеся быстро нашли свою смерть.
Кастер и Йейтс с ротами E и F направились к Похоронной гряде, где сегодня находится национальное кладбище Кастера. Затем они спустились к холму Кастера, и рота E спешилась. В тот момент индейские юноши-смертники атаковали и обратили в бегство армейских лошадей. Затем солдаты поднялись на холм, где к ним присоединились примерно два десятка из выживших солдат Кио. Около 45 солдат направились к реке, пытаясь спастись от полутора тысяч воинов.  Они или были убиты на месте, или нашли временное убежище в Глубокой лощине, идущей к югу и западу от нынешнего центра помощи туристам при национальном монументе Битве при Литтл-Бигхорн, где были обнаружены и также преданы смерти.
Остальные силы Кастера, примерно 41 человек, включая самого Кастера, расстреляли своих лошадей, используя их туши как брустверы. Скоро они были все мертвы, включая подполковника и его братьев — капитана Тома Кастера и младшего Бостона Кастера. Среди погибших был 19-летний племянник Кастера, Армстронг Рид, зять, лейтенант Кэлхаун, и Марк Келлог, репортер Bismarck Tribune, в карманах которого остались заметки для будущей статьи. Согласно свидетельствам индейцев, некоторые солдаты кончали жизнь самоубийством, стреляя в себя, чтобы не попасть в руки врагов живыми. Последний солдат пал мертвым примерно в 16:45, примерно через час после того, как началась перестрелка у реки. В общей сложности из рот Кастера- Йейтса-Кио в этом бою сложило головы 210 человек.
В то время как Кастер и его люди отчаянно сражались за свои жизни, Рено оставался на холме в четырех милях и даже не догадывался, какая участь постигла подполковника.  Капитан Томас Вейр с ротой D отправился на звуки выстрелов, когда пришел обоз с боеприпасами; за ним последовал капитан Бентин с ротами H, K и М. Было около 17:00 и помочь Кастеру было уже невозможно. Вейр прошел лишь полторы мили, достигнув вершины, позже названной Вейр-Пойнт. Отсюда солдаты видели, как индейцы кружили по полю, позже известному как поле боя Кастера, иногда стреляя, при этом опуская свои ружья вниз к земле. Никто из них не мог себе даже и представить, что произошло с подполковником, и никто не думал, что, стреляя в землю, индейцы добивают раненых. Около 18:00 индейцы стали возвращаться на место раннего сражения, поэтому Вейр и Бентин, после короткой перестрелки, вынуждены были вернуться на Рено-Хилл.
В ту ночь до возвращения в деревню Сидящий Бык присоединился к воинам, стрелявшим в солдат Рено и Бентина с гряды, идущей на северо-западе от их расположения. На следующее утро в понедельник 26 июня бой продолжался, но уже без Сидящего Быка, который находился в деревне и вернулся лишь после обеда. Как и в предыдущий день, он призывал воинов оставить укрывшихся солдат в покое. Его просьбы, вероятно, не были услышаны до тех пор, пока не заметили приближение с севера колонн Терри и Гиббона. До того как стемнело, индейская деревня снялась с места, оставив позади лишь два погребальных типи для воинов, павших в бою.  На Литтл-Бигхорн в общей сложности погибло от 30 до 100 индейцев, и это было на порядок ниже потерь 7-го кавалерийского полка — 263 солдата. Видение Сидящего Быка свершилось.

Сидящий Бык не выполнял функций главнокомандующего, руководившего своими силами. Оставаясь в лагере и защищая женщин и детей, он поступал так, как велели ему традиции, так, как советовала ему мать. Сидящий Бык, как святой человек, дал своему народу нечто большее. Военные лидеры – Бешеный Конь и Желчь были вдохновлены его видением и, ведя воинов в бой, знали, что они победят — они были полны решимости сохранить свою независимость и остаться свободными. Отказ Сидящего Быка сдаться правительству послужил моделью сопротивления. Он, как величайший и самый почитаемый из равнинных индейцев, перед сражением словно магнит притягивал тысячи человек в долину Литтл-Бигхорн, которые верили в его силу. Без Сидящего Быка, ставшего поистине творцом истории, не было бы никакой триумфальной победы в те июньские дни.

СИДЯЩИЙ БЫК УХОДИТ ОТ ПРЕСЛЕДОВАТЕЛЕЙ.

 

«Я хочу знать, что вы делаете на этой дороге. Вы распугали всех бизонов. Я хочу охотиться в этих местах. Я хочу, чтобы вы ушли отсюда. Если вы не уйдете, я вновь буду сражаться с вами». Сидящий Бык

Сидящий Бык прекрасно осознавал, что солдаты вернутся и попытаются убить или же взять его в плен. К тому же соплеменники ослушались его предостережения и кавалерийские седла, униформа, пистолеты, карабины и около 10 000 патронов стали их военной добычей. Он также знал, что такое большое скопление индейцев, как на Литтл-Бигхорн, требует много пищи и травы для лошадей.  Поэтому поселение передвинулось на восток в поисках бизонов, часть ушла к Тонг-Ривер, впадающей в Йеллоустон восточнее Литтл-Бигхорн, а остальные пошли вниз по течению. К 1 августа деревня собралась на Паудер-Ривер. Через несколько дней поселение раскололось и бэнды двинулись в разные стороны в поисках дичи. Сидящий Бык повел своих хункпапа, часть миниконжу и санс-арк вдоль Литтл-Миссури в Киллдир-Маунтин на север территории Дакоты, где он сражался с генералом Салли в 1864 году.
К началу сентября хункпапа, оглала, миниконжу и санс-арк собрались близ Слим-Бьюттс на территории Дакоты. Сидящий Бык находился в трауре, оплакивая своего сына, погибшего от удара в голову копытом лошади. 8 сентября разведчики Фрэнка Гроарда, сопровождавшие капитана Энсона Миллса из колонны генерала Крука, обнаружили небольшой индейский лагерь минниконжу из 37 палаток Вашичун Ташунко (Американского Коня старшего) – одного из значительных вождей лакота во время равнинных войн. В битве при Литтл-Бигхорн он являлся одним из главенствующих военных вождей, а сейчас двигался в агентство Пятнистого Хвоста. На рассвете 9 сентября около 150 солдат атаковали деревню. Кавалерия не смогла использовать эффект неожиданности, поэтому многие индейцы смогли укрыться в холмах и ответить огнем. Вскоре на помощь Миллсу подошли силы генерала Крука, а на помощь миниконжу подошли воины Сидящего Быка, который сам принимал участие в бою и подбадривал своих воинов. В ходе перестрелки Американский Конь получил ранение в живот. Когда его схватили, он отказался от услуг армейского хирурга и скончался.
Индейцы потеряли 14 человек убитыми, еще 23 было захвачено в плен. Среди убитых были женщины и дети. Солдаты, видимо мстя за гибель Кастера, оскальпировали некоторых мертвых. Деревня была полностью уничтожена. Армия передислоцировалась на следующий день. Крук увел свои силы в Дедвуд прежде чем закончить свою кампанию в октябре в Кэмп-Робинсон, Небраска. Сидящий Бык с миниконжу и санс-арк ушел со Слим-Бьютс к Йеллоустоун-Ривер.
10 октября 1876 года лагерь Сидящего Быка, в котором находились вожди Черная Луна, Четыре Рога, Желчь, Без Шеи, Бык Орел, Красивый Медведь и другие, а также бэнды миниконжу и санс-арк пересекли Йеллоустоун между Глендейв-Крик и Паудер-Ривер. 11 и 15-16 октября произошли столкновения с солдатами полковника Нельсона Майлза, охранявших продовольственные обозы между Глендейвом и Тонг-Ривер. 11 октября индейцы атаковали обоз капитана К.У. Майнера, двигавшийся в форт Кио. Воины захватили 47 мулов и вынудили Майнера вернуться в Глендейв. 15 октября этот же обоз охранял уже подполковник Элвел С. Отис. В 12 милях от Глендейва произошла первая перестрелка, когда обоз стал на ночлег. Когда Отис пересекал плато, его атаковали индейцы. Во время боя Белый Бык получил ранение. Попытки остановить обоз были безуспешны и индейцы, отступая, подожгли траву. 16 октября Элвел Отис получил послание от Сидящего Быка:
«Я хочу знать, что вы делаете на этой дороге. Вы распугали всех бизонов. Я хочу охотиться в этих местах. Я хочу, чтобы вы ушли отсюда. Если вы не уйдете, я вновь буду сражаться с вами. Я хочу, чтобы вы оставили все, что привезли сюда, и повернули обратно.
Я ваш друг, Сидящий Бык. Я имею в виду, что вы должны оставить все ваши пайки и какое-то количество пороха. Прошу ответить мне как можно быстрее».

Отис отправил гонца с ответом, что, если Сидящий Бык хочет драться, то он (Отис) «будет рад оказать ему такую услугу в любое время и на любых условиях». Пока индейские лидеры обсуждали ответ подполковника, воины снова открыли огонь по обозу, но были отбиты. Когда выстрелы затихли, Медвежье Лицо и Длинное Перо под белым флагом поскакали к обозу и запросили переговоров. Отис согласился встретиться с ними внутри линии войск. Вожди заявили, что не хотят войны и вновь потребовали оставить им пайки и боеприпасы.
Отис заявил, что не имеет полномочий что-либо выдавать индейцам, но если они отступят на юго-запад к Тонг-Ривер, то он гарантирует им безопасность. Подполковник приказал оставить индейцам 150 фунтов галет и два бока копченой свинины. Сидящий Бык стал лагерем на восточном притоке Сидр-Крик, Монтана, где его и обнаружил Нельсон Майлз. При помощи Длинного Пера и Медвежьего Лица Сидящий Бык договорился о встрече с Майлзом, которая состоялась 20 октября. Группа переговорщиков, возглавляемая Сидящим Быком, включала Белого Быка и Прыгающего Быка. Майлз носил меховую шапку и пальто с отделкой из меха медведя на манжетах и на воротнике, за что и получил прозвище «Медвежий мундир». Переговоры не задались, поскольку Майлз предложил Сидящему Быку сдаться, а Сидящий Бык желал мира на прежних условиях. Ночью Майлз подтянул к индейскому лагерю пехотинцев. Переговоры продолжились на следующий день и также не принесли никаких результатов. Сидящий Бык и Майлз вернулись к своим людям, готовясь к бою.
Битва на Сидр-Крик не заставила себя ждать. Около часу дня Майлз приказал своим солдатам двигаться вперед. После тяжелого боя индейцы стали отступать на восток, оставляя свои палатки и провиант, перестрелка продолжалась всю ночь. За время боя два солдата получили ранения и один лакота был убит. Сидящий Бык с 30 типи, уходя от Майлза, повернул к Йеллоустоуну, а затем отправился на север. 27 октября представители миниконжу и санс-арк под белым флагом встретились с Майлзом и заявили, что готовы сдаться вместе с 2 000 человек. Поскольку полковник не в состоянии был прокормить такое количество пленных, он взял в заложники 5 вождей как гарант того, что бэнды сами отправятся в агентство Шайен-Ривер. Среди сдавшихся был Белый Бык.
23 октября 1876 года Сидящий Бык со своим бэндом достиг Биг-Драй-Ривер, находясь в 25 милях к югу от форта Пек. Майлз, пытаясь захватить Сидящего Быка, повел своих солдат на север от Тонг-Ривер в начале ноября и достиг форта Пек к середине месяца. Разведчики Сидящего Быка, который имел на тот момент около 100 палаток, следили за расположением «Медвежьего мундира» и, как только тот подошел к Биг-Драй, Сидящий Бык перенес свой лагерь на восток к рукавам реки Ред-Уотер южнее слияния последней с Миссури.
Сидящий Бык не подозревал, что его друг, полукровка Джонни Бругайер, живший с хункпапа с осени 1876 года, шпионит в пользу армии. 3 декабря Бругайер покинул лагерь. Три дня спустя он встретился с лейтенантом Фрэнком Болдуином, командовавшим тремя ротами Майлза, и сообщил, что Сидящий Бык находится недалеко от устья Милк-Ривер. Бругайер присоединился к армии в качестве скаута. 7 декабря Болдуин выступил к лагерю Сидящего Быка. Хункпапа перешли Миссури по льду и укрылись в возвышенностях над рекой, откуда вели огонь по солдатам Болдуина. Свирепый шторм, разыгравшийся той ночью, вынудил солдат вернуться в форт Пек. 18 декабря 1876 года солдаты Фрэнка Болдуина достигли селения Сидящего Быка на Эш-Крик, юго-восточнее Биг-Драй-Ривер. Большинство воинов хункпапа в это время были на охоте. Остававшиеся в лагере из 120 палаток прикрывали отход женщин и детей. Несколько выстрелов из гаубицы заставили отступить и их. Потерь среди людей Сидящего Быка не было, но были потеряны все типи, запасы мяса, теплые одеяла, несколько сотен бизоньих накидок, большое количество мулов и лошадей.

СИДЯЩИЙ БЫК УХОДИТ В КАНАДУ. 


«Белый человек любит копаться в земле в поисках пищи. Мой народ предпочитает охотиться на бизонов… Белый человек предпочитает жить на одном месте. Мой народ желает ставить типи то здесь, то там на разных охотничьих угодьях. Жизнь белого человека — это рабство. Мой же народ желает жить свободно». Сидящий Бык.


Лакота из агентств подписали документы, согласно которым они отказывались от всех претензий на Блэк-Хиллс и земель на Паудер-Ривер, уступив треть территорий, гарантированных им ранее. У индейцев фактически не было выбора: Конгресс приказал приостановить выдачу продовольственных пайков до тех пор, пока они не уймут свою гордость и не выполнят требования евро-американцев. Даже Бешеный Конь, спасая свой народ от неминуемой голодной смерти, был вынужден сложить оружие. Лакота сражались как подобает воинам, одерживая победу за победой, но были слишком зависимы от бизонов, стада которых с приходом белых поселенцев таяли с каждым днем подобно снегу под солнцем. Голод вынуждал индейцев сложить оружие и жить в резервациях.  Сидящий Бык думал о Канаде как о запасном варианте, и вот в феврале 1877 года, когда жизнь на равнинах стала совсем невыносимой, он объявил, что собирается пересечь границу. Когда-то лакота сражались на стороне британцев во время франко-индейской войны, завершившейся подписанием Парижского договора в 1763 году, по которому Франция уступила свою Новую Францию (Канаду и земли между рекой Миссисипи и так называемыми восточными горами) Великобритании.

Эта лояльность сохранялась во время революции и войны 1812 года. Сидящий Бык хранил медаль, полученную его дедушкой от короля Георга III. К тому же несколько из близких соратников Сидящего Быка, включая Черную Луну, уже ушли на север. Небольшая деревня Сидящего Быка, насчитывавшая к тому времени всего лишь 15 типи, пересекла Миссури у форта Пек, едва не погибнув от внезапного наводнения, вызванного таянием льда. На совете вождей в 60 милях северо-западнее форта Сидящий Бык объявил о своем намерении продолжить путь в Канаду и оттуда уже посмотреть, что будет происходить с теми, кто решил идти в агентства. Он был полон решимости не сдавать оружие и лошадей, как это сделали другие индейцы. 

В начале мая 1877 года Сидящий Бык со значительно увеличившимся лагерем, насчитывавшим 135 палаток (приблизительно 1 000 человек), пересек чанку-вакан – священную дорогу (также известную как Магическая Черта или Большая Дорога) и добрался до Канады. Канадская конная полиция, сформированная тремя годами ранее, уже ожидала лакота. Майор Джеймс М. Уолш, прозванный канадскими индейцами «Белый Лоб», командующий фортом Уолш, особенно жаждал встречи с Сидящим Быком. Он прибыл к лакота со скаутом Луисом Лавали, выступавшим в качестве переводчика. Уолш заявил, что индейцы находятся на британской земле и должны подчиняться британским законам, и лишь в этом случае полиция окажет им защиту.  Майор заверил Сидящего Быка, что в Канаде ему не стоит опасаться американских солдат. Впервые за многие годы Сидящий Бык мог отдохнуть, не ожидая нападения на лагерь в любой момент. В то же время его людям запрещалось пересекать границу с США. В октябре 1878 года в Канаду прибыла специальная правительственная комиссия во главе с генералом Альфредом Терри – пригласить Сидящего Быка с его людьми вернуться, чтобы им «назначили агентство» и правительство США отнеслись к лакота «столь же дружественно, как и к другим индейцам, которые сдались». Сидящий Бык ответил отказом, заявив, что Канада — это то место, где лакота могут «чем-то торговать и зарабатывать на жизнь», и где у их женщин было «время, чтобы воспитывать детей». 

Уолш, считавший лакота жертвами правительственной политики США, был первым белым человеком, выступившим в качестве защитника Сидящего Быка. Канадское правительство, не желавшее портить отношения со Штатами, хоть и не выдворяло непрошенных гостей, но все же лелеяло надежду, что лакота вернутся в США и станут жить в резервациях. Чиновники пытались убедить правительство США отказаться от требований безоговорочной капитуляции и разрешить сохранить индейцам ружья и лошадей.  Соединенные Штаты, с одной стороны, желали заполучить Сидящего Быка обратно, а с другой стороны, надеялись, что Канада объявит его людей канадскими индейцами и, следовательно, возьмет на себя всю ответственность за них. К 1880 году Сидящий Бык с исчезновением бизонов и голодом столкнулся с усиливающимся давлением относительно капитуляции и возвращения в США. Он видел страдания своих людей и знал, что сдача обернется либо смертью для него, либо концом образа жизни для лакота и концом лакота как таковых. К тому же Джеймса Уолша, которого сочли чересчур симпатизирующим лакота, перевели в форт Куаппель; ранее майор перешел из форта Уолш на пост Вуд-Маунтин, чтобы быть ближе к Сидящему Быку. В Вуд-Маунтин его сменил инспектор Лиф Н.Ф. Крозье. Крозье и подполковник Ачесон Г. Ирвин, ставший осенью комиссаром Северо-Западной конной полиции, стали давить на Сидящего Быка, пытаясь заставить его вернуться в США. К концу 1800 года Сидящий Бык стал уже задумываться о возвращении. В январе 1881 года лакота обменяли все свои оставшиеся 150 одеял из бизоньих шкур на съестные припасы у торговцев Вуд-Маунтин. Ирвин напомнил людям Сидящего Быка, что в Канаде они не получат ни резервации, ни пищи. Многие индейцы стали покидать деревню, направляясь на юг.

Свой путь обратно Сидящий Бык начал 12 июля 1881 года. На тот момент с ним оставалось менее 200 человек. Из видных вождей с ним был лишь дядя Четыре Рога.  Из форта Бафорд на встречу индейцам отправился обоз с продовольствием из 6 фургонов. Встреча произошла 16 июля. Изможденные лакота наконец-то утолили голод. Кроме того, капитан Уолтер Клиффорд, выехавший встречать вождя, заверил Сидящего Быка, что его дочь Много Лошадей, ранее вернувшаяся в США, жива и здорова. Клиффорд, с неожиданной симпатией и сочувствием, писал о Сидящем Быке: «только страдания его голодных и раздетых людей вынудили этого человека сдаться, только любовь к детям, но не к себе, толкнула его на этот шаг». 

 Двигаясь на юг, индейцы проходили по местам, где некогда кочевали огромные стада бизонов. Сейчас они видели лишь кости и черепа. 19 июля 1881 года индейцы достигли форта Бафорд. Сидящий Бык спешился и пожал руку майору Дэвиду Бразертону, командующему фортом, который согласился отложить официальную капитуляцию до завтрашнего дня.  20 июля 1881 года в 11 часов дня Сидящий Бык сдался. Вместе с сыном Вороньей Лапой вождь сел напротив майора в его кабинете. Тот, благодаря кому индейцы нанесли сокрушительное поражение Кастеру, положил свой винчестер и сказал: «Я хочу, чтобы ты запомнил, я последний из представителей своего племени, сложивший оружие». Позже Бразертон передал этот винчестер в Смитсоновский институт. Сидящий Бык еще не знал, что ждет его впереди. Он сказал Бразертону, что хотел бы иметь возможность жить там, где он хочет, а именно у Литтл-Миссури близ Блэк-Хиллс, чтобы охотиться, как и прежде, и бывать в гостях у майора Уолша и капитана Александра Макдонелла (еще один канадский полицейский, к которому Сидящий Бык относился с уважением). Конечно, его просьба не была выполнена. Вскоре после пленения Сидящий Бык стал петь короткую и грустную песню:

«Воином

Я был когда-то

Сейчас 

Это все окончилось

Тяжелое время

Настало».

 ЖИЗНЬ В РЕЗЕРВАЦИИ.


«Я ненавижу всех белых людей. Вы воры и лжецы. Вы отняли нашу землю и сделали нас изгоями». Сидящий Бык.


Сидящий Бык был направлен в резервацию Стэндинг-Рок, но из опасения еще одного восстания 10 сентября 1881 года он с 45 воинами, жёнами и детьми были отправлены в форт Рэндалл. Группа из 168 человек достигла форта спустя семь дней. Там Сидящий Бык и его последователи в качестве военнопленных провели почти два года. 

10 мая 1883 года их наконец-то вновь доставили в резервацию Стэндинг-Рок, где Сидящий Бык продолжал использовать свое влияние для сохранения земель лакота, которые правительство пыталось отнять у них. Индейский агент майор Джеймс Маклафин пытался сломить непокорного вождя, лишая его всяческих привилегий и заставляя работать с мотыгой в руках. Сидящий Бык тщетно пытался противостоять продаже племенных земель, хотя и выступил с убедительной речью перед делегацией американских сенаторов, 8 сентября 1883 года прибывших обсудить планы по открытию части резервационной земли для белых поселенцев. 


«- Спросите Сидящего Быка, не хочет ли он что-нибудь сказать комиссии?

- Конечно же, я буду говорить, если вы этого желаете, — отозвался Сидящий Бык, — мне кажется, что только желательные вам люди должны что-то говорить.

- Нам кажется, что индейцы должны выбирать людей, которые будут говорить от их имени, — сказал Дауэс, — но всякого человека, желающего говорить, или всякого человека, который по желанию индейцев будет говорить от их имени, мы с удовольствием выслушаем, если ему будет что сказать.

- Вы знаете, кто я такой, говоря так?

- Я знаю, что ты — Сидящий Бык, и, если тебе есть что сказать, мы с удовольствием выслушаем тебя.

- Вы узнали меня?

- Я знаю, что ты — Сидящий Бык.

- Вы говорите, будто знаете, что я — Сидящий Бык, а знаете ли вы, какое положение я занимаю?

- Я не вижу никакой разницы между тобой и другими индейцами этого агентства.

- Я здесь по воле Великого Духа, и по его воле я вождь. У меня алое и

сладкое сердце, я знаю, что оно сладкое, кто бы ни шел мимо меня, всяк высовывает язык; и, однако, вы, мужчины, пришли сюда говорить с нами, а сами говорите, что не знаете, кто я такой. Я хочу сказать вам, что если Великий Дух и выбрал кого-то вождем этой страны, Он выбрал меня.

- В каком бы качестве ты ни был здесь сегодня, если ты желаешь сказать нам что-нибудь, говори, мы выслушаем тебя, в противном случае совет закрывается.

- Да, все верно, — сказал Сидящий Бык, — но вы вели себя как люди, которые попивали виски, а я пришел дать вам кой-какой совет.

Он сделал какое-то стремительное движение рукой, и все индейцы, находившиеся в помещении, где проходил совет, встали и последовали за ним.

Ничто не могло испугать членов комиссии больше, чем мысль об объединении индейцев сиу вокруг такого сильного предводителя, как Сидящий Бык. Такое развитие событий угрожало всей политике правительства по отношению к индейцам, которое ставило себе целью с корнем вырвать все индейское из жизни племен и переделать их в белых людей.


Меньше чем за две минуты прямо у них на глазах Сидящий Бык с их помощью продемонстрировал свою способность препятствовать этой политике.

Позднее в тот же день другие предводители хункпапа говорили с Сидящим Быком; они уверяли его в своей преданности, но сказали, что ему не следовало оскорблять членов комиссии. Эти люди не такие, как те, что приходили в прошлом году, чтобы украсть землю; эти присланы самим Великим Отцом и пришли не для того, чтобы отнять их землю, а для того, чтобы помочь им сохранить ее.

Сидящий Бык не был уверен, заслуживает ли доверия кто-нибудь из белых людей, но сказал, что, если он допустил ошибку, он охотно принесет за нее извинения. Он передал членам комиссии, что хотел бы снова собрать совет.


«Прошу у вас прощения за свое дурное поведение, — начал он, — и беру свои слова обратно. Я возьму их обратно потому, что, наверное, причинил боль вашим сердцам… Я беру обратно те слова, которые заставили народ покинуть совет, и хочу извиниться за то, что ушел сам… Теперь я выскажу вам, что у меня на уме, и все выскажу прямо. Я знаю, что Великий Дух смотрит сейчас на меня сверху и услышит то, что я скажу, потому я буду очень стараться говорить прямо; и я надеюсь, что кто-нибудь услышит мои пожелания и поможет мне в их исполнении».


Потом он напомнил историю индейцев сиу, те ее факты, которые произошли на его веку, перечислил обещания, нарушенные правительством, однако сказал, что обещал когда-то следовать путем белого человека и сдержит свое обещание. «Если человек что-то теряет, и возвращается, и старательно ищет, он находит потерянное — вот чем заняты теперь индейцы, когда они просят вас дать им обещанное в прошлом; и мне кажется, с ними не надо обращаться, как с дикими зверями… вот почему я тогда разволновался… Великий Отец передал мне, что все, что он ставил мне в вину, он простил и отбросил прочь, и он ничего не будет иметь против меня в будущем; и я принял на веру его обещания и согласился с ним, и он сказал мне, чтобы я не сходил с тропы белого человека, и я сказал, что не сойду, и я делаю все, что в моих силах, чтобы держаться этой тропы. Я чувствую, что мою страну опорочили, а я хотел, чтобы у нее было доброе имя; у нее всегда было доброе имя; порой я сижу и гадаю, кто же это опорочил мою страну?»


Сидящий Бык продолжил свою речь, чтобы описать условия, в которых жили индейцы. У них не было ничего из того, что имели белые. Если они и должны уподобиться белым людям, у них должны быть орудия труда, скот и фургоны, «потому что, только имея все это, белые зарабатывают на жизнь».

Вместо того чтобы вежливо принять извинения Сидящего Быка и выслушать то, что он считал своим долгом сказать, члены комиссии немедленно бросились в атаку.

Сенатор Джон Логан бранил его за то, что он прервал предыдущий совет, а потом за то, что обвинил членов комиссии, сказав, что они пьяны. «Более того, я хочу сказать, что ты никакой не великий вождь этой страны, — продолжал Логан. — У тебя вовсе нет сторонников, нет власти, нет средств для руководства и права на руководство. Ты находишься в индейской резервации всего лишь благодаря милости правительства.

Правительство кормило тебя, правительство одевало тебя, правительство давало образование твоим детям, и все, что ты имеешь, что представляешь собой сегодня, дано тебе правительством. Если бы не правительство, ты бы сейчас умирал с голоду и мерз в горах. Я говорю это только потому, чтобы заметить тебе, что ты не смеешь оскорблять народ Соединенных Штатов Америки и его представителей… Правительство кормит, одевает и дает образование вашим детям и хочет научить вас, как стать фермерами, превратить вас в цивилизованных людей, сделать вас белыми людьми».


Ди Браун, «Схороните мое сердце у Вундед-Ни».

                                ШОУ "ДИКИЙ ЗАПАД".


«Белые Волосы[майорДжеймсМаклафлин] хотел, чтобыяездилсшоуБаффалоБилла чтобыонполучилмногоденег. Одногоразабылодостаточно, ябольшенепоеду. И в церковь его не пойду, за что он имеет на меня зуб… Почему он пытается унизить меня еще больше, чем я уже унижен?»Сидящий Бык.


В 1885 году, чтобы на время избавиться себя от непокорного лидера, Сидящему Быку было разрешено покинуть резервацию и присоединиться к шоу «Дикий Запад» Баффало Билла, гастролировавшего по всей территории США, Канады и Европы, включая Англию. На «убийцу Кастера» собирались посмотреть огромные толпы зевак. Сидящий Бык зарабатывал по 50 долларов в неделю, включая дополнительные суммы за фотографии с автографом. Почти все деньги вождь раздавал голодным и оборванным детям. В шоу Баффало Билла Сидящий Бык участвовал всего лишь 4 месяца, изрядно устав изображать «кровожадного дикаря». Во время этого турне он даже обменялся рукопожатием с президентом Гровером Кливлендом. Вернувшись в Стэндинг-Рок, Сидящий Бык стал жить с двумя женами в хижине на Гранд-Ривер, близ тех мест, где он когда-то родился, и занялся выращиванием зерна, кукурузы и картофеля, разведением лошадей, крупнорогатого скота и кур. Он пытался сохранить живыми традиции лакота, хотя они оказались вне закона. Вскоре после возвращения в резервацию Сидящему Быку было еще одно видение, в котором ему было сказано, что его убьют представители его же народа. Это видение стало реальностью спустя пять лет, а пока Сидящий Бык пользовался огромным авторитетом у хункпапа и выступал против правительственной политики. Он прямо говорил как с соплеменниками, так и с индейским агентом и чиновниками, посещавшими Стэндинг-Рок.

Одним из инструментов Маклафлина и других агентов в стремлении преобразовать индейскую жизнь и навязать им желаемую модель поведения было создание индейской полиции и судов, наряду со школами и христианством. Несмотря на то, что вождь отвергал христианство, он послал своих детей в христианские школы, мечтая о том, что следующее поколение лакота будут уметь читать и писать. Маклафлин стравливал между собой наиболее видные фигуры среди хункпапа, пытаясь свести к минимуму авторитет Сидящего Быка, и выдвинуть вперед «прогрессивных» лидеров, которые, в отличие от традиционалистов, следовали наставлениям агента. Так, благодаря этой политике, Желчь отделился от Сидящего Быка и с помощью Маклафлина улучшил свое положение в резервации. Желчь и Маклафлин выставили трусом лидера хункпапа в своих мемуарах «Мой друг-индеец» («My Friend the Indian»), опорочив его роль в сражении при Литтл-Бигхорн. Жизнь в резервации с каждым днем становилась все труднее и труднее. В 1888 году скот индейцев поразила копытная гниль, годом спустя поставки мяса в резервацию были сокращены из-за сокращения бюджета Конгрессом. В 1889 году урожай был очень скудным. В последовавшем году он был еще меньше из-за сильной засухи. Эпидемии кори, коклюша и гриппа унесли жизни многих индейцев в 1889 и 1890 годах, а необычайно суровая зима лишь усугубила и без того нелегкую жизнь. 

Танец Призраков.


«Возьмите лучшее, что есть у белых и усвойте это. То, что дурно, - оставьте им, отбросьте. Возьмите лучшее из индейских традиций – и вечно храните.  Они доказали свою истинность за многие тысячелетия. Не дайте им умереть». Сидящий Бык

 

Надежду лакота принес Танец Призраков, основанный на видении пайюта по имени Вовока. Танец распространялся от резервации к резервации и весной 1890 года достиг Пайн-Ридж. Вовока обещал возвращение к жизни умерших индейцев, бизоньих стад и другой дичи — возрождение того мира, существовавшего до прихода евро-американцев. Насколько верил этому видению Сидящий Бык сказать трудно, но он поддержал Танец Призраков в Стэндинг-Рок, хотя сам никогда не принимал в нем участия. Даже если он и не верил в воскрешение мертвых, то прекрасно осознавал, что этот танец поможет его людям обрести надежду и, возможно, они смогут найти путь к достижению баланса между прошлым и настоящим.

ПОСЛЕДНЕЕ ВИДЕНИЕ СИДЯЩЕГО БЫКА.


«Почему индейская полиция должна идти против меня? У нас одна кровь. Мы все сиу… Если белые хотят моей смерти, зачем они подсылают ко мне индейцев?.. Пусть присылают солдат и убивают меня, где хотят. Я не боюсь смерти». Сидящий Бык


Отказ Сидящего Быка следовать политике Джеймса Маклафлина, его сопротивление правительственной политике и поддержание традиционных путей заложили основу для его ареста и убийства. Танец Призраков стал удобным поводом для агента, чтобы раз и навсегда покончить с непокорным лидером. Он обвинил старого вождя в том, что тот всячески способствует распространению танца и как лидер хункпапа должен понести наказание. Маклафлин планировал арестовать Сидящего Быка 20 декабря 1890 года, но перенес эту дату, когда услышал, что Сидящий Бык планирует оставить Гранд-Ривер и встретиться с лидерами Танца Призраков в агентстве Пайн-Ридж.


В субботу, 13 декабря, Один Вапити узнал от своего брата-полицейского Железного Грома о готовящемся аресте и поведал об этом Прыгающему Быку. Прыгающий Бык поспешил в хижину Сидящего Быка и организовал для него охрану на ночь. Главным среди охранников стал Захвативший Медведя, злейший недруг Бычьей Головы, племенного полицейского, который и должен был арестовать Сидящего Быка.  Всю ночь охранявшие Сидящего Быка не смыкали глаз, вспоминая о прежней жизни: военных походах и охоте на бизонов. Воскресным утром 14 декабря Сидящий Бык велел им идти отдыхать. Ночью он остался в хижине с одной из жен, Видимой Ее Народом, и 14-летним сыном Вороньей Лапой; там также находились один из его маленьких детей, жена Одного Быка, Красный Вихрь и двое, гостивших в хижине стариков. Другие родственники, включая вторую жену, Четыре Платья, спали в соседней хижине.  Сидящий Бык проснулся от стука в дверь, топота ног по полу и вспыхнувшей спички, которая погасла до того, как зажгли другую, чтобы засветить свечку. Сержант Бритая Голова заявил, что Сидящий Бык арестован. Старикам позволили уйти, а Видимая Ее Народом поспешила в другую хижину за одеждой мужа. Сидящий Бык отказался от помощи, чтобы одеться побыстрее, и, когда его толкнули к двери, остановился возле выхода. 


Когда он вышел из хижины, Бычья Голова и Бритая Голова были по обе его стороны, сержант Красный Томагавк – за его спиной. Они не испытывали страха, пока не появились хункпапа, окружившие полицейских. Захвативший Медведя встал напротив Бычьей Головы и призвал своих сторонников защитить Сидящего Быка. Прыгающий Бык, пытаясь предотвратить кровопролитие, призвал брата не оказывать сопротивление. Попытка тайно увезти Сидящего Быка не удавалась: полицейским пришлось привести коня – подарок Баффало Билла, на котором Сидящий Бык ездил в его шоу.  

Захвативший Медведя вскинул свой винчестер и выстрелил в голову Бычьей Головы. Раненый Бычья Голова, падая, выстрелил в грудь Сидящего Быка. В этот же момент в голову вождя выстрелил Красный Томагавк. 

Хотя обычно убийство лидера хункпапа приписывается Красному Томагавку, другой выстрел, по мнению армейского хирурга, исследовавшего тело Сидящего Быка, также был смертельным. 

Тело Сидящего Быка погрузили в фургон вместе с убитыми полицейскими и отправили в форт Йейтс. Лидера хункпапа похоронили среди солдат, некогда бывших его врагами. Когда форт Йейтс прекратил свое существование в 1903 году, останки солдат были перезахоронены, и могила Сидящего Быка осталась в одиночестве. Кларенс Серый Орел, сын Серого Орла, зятя Сидящего Быка, присоединившегося к полицейским, чтобы помочь арестовать вождя, в течение многих лет добивался перезахоронения Сидящего Быка. В апреле 1953 года, после безуспешного обивания чиновничьих порогов, Серый Орел с друзьями разрыли могилу Сидящего Быка и перезахоронили его останки  на высоком пике с видом на Миссури-Ривер, близ Мобриджа, Южная Дакота. Для нового места захоронения скульптор Корчак Циолковский изваял 12-футовый монумент вождю хункпапа, навсегда вошедшего в историю.


Восстаньте, мертвые! 

Город, построенный на лжи и крови, 

Будь погребен навечно! 

Сердце земли 

Рыдает о своих сыновьях. 

Они сражались; они умерли; 

Они сдавались в плен, 

Чтобы защитить жизнь. 

Татанка-Йотанка, Красное Облако, Бешеный Конь, 

Встаньте на вершине Черных Холмов; 

Станцуйте Танец Духов и прекратите мучения своей матери! 


~ Уайтсмен ~


Перевод: Александр Caksi* Два Волка*. При использовании материала ссылка на сайт обязательна.

                                 Красное Облако.

Красное Облако проявил себя как военный и политический лидер в драматическое и трагическое время в истории лакота. Жизнь некогда сильнейшего кочевого народа изменилась навсегда. Неослабевающее продвижение белых на запад отняло у индейцев земли и бизонов, от которых зависела жизнь племен, что привело их к обнищанию. Попытки правительства уничтожить традиционные пути лакота серьезно подорвали основы их культуры. В течение некоторого времени Красное Облако проявлял себя как талантливый военный лидер. Когда же американское доминирование стало более отчетливым, он попытался сбалансировать два мира - мир индейцев и мир белых, надеясь добиться лучшего положения для своего народа. Это было трудной задачей, его действия не смогли удовлетворить всех, и ему приходилось преодолевать нападки с обоих сторон. Но обе стороны признавали его авторитет. В 1960-е и 1970-е гг с подъемом движения «Красной Силы» и возрождением индейской культуры Красное Облако вновь стал символом у политических активистов индейской молодежи, которые находили вдохновение в его неповиновении перед лицом несправедливой власти.

 

Макпийя Лута (Makhpiya Luta, Mahpiua-Luta, Red Cloud, Красное Облако или Алое Облако)- оглала-лакота -  родился зимой 1822 года на Платт-Ривер, близ нынешнего Норт-Платт, Небраска. Говорят, в день его рождения небо было красным, поэтому его и назвали этим именем. В своей автобиографии Красное Облако отмечал, что это имя он получил в 16 лет, когда впервые присоединился к военному отряду. Но это также было и второе имя его отца и деда. Его мать Идущая Как Думает (Walks as She Thinks), вероятно, была саоне (северные лакота), отец - Одинокий Человек (Lone Man), итанчан (вождь) тиошпайе (бэнда) кухи ( Kuhee, Standoffish, Необщительные), сичангу, которые объединились с оглала несколькими годами ранее . Одинокий Человек скончался, когда Красному Облаку исполнилось пять лет. В 1817 году американские пушные компании начали активно снабжать лакота спиртным. Одинокий Человек быстро пристрастился к выпивке, отчего, собственно говоря, и умер, принеся тем самым позор своей семье. Поэтому Красное Облако, памятуя о судьбе своего отца, всегда был противником распространения виски среди своего народа. После смерти мужа Идущая Как Думает забрала детей - маленького Красное Облако, его брата Большого Паука и сестру (имя не известно, Красное Облако только отмечал, что она стала женой Маленького Плохого Волка) - и вернулась к своему народу, в тиошпайе , которую возглавлял ее брат Старый Дым. Бэнд Старого Дыма стал известен как итешича (Плохие Лица). Пес рассказывал, что община получила свое название потому, что сын Старого Дыма был женат на очень ревнивой женщине, которая постоянно ругала его за неверность, постоянно указывая на плохое лицо, которое отражало его недобросовестность. Подкаблучник Молодой Дым, в конце концов, получил прозвище Итешича, и скоро весь бэнд стали называть Плохие Лица.

Воспитанием Красного Облака занялся Белый Ястреб, дядя по материнской линии, которому удавалось обуздать горячий нрав юноши. Белый Ястреб имел высокий статус в тиошпайе, и в конце концов передал свой ранг племяннику, отмечая его навыки как лидера.

В начале 1840-х годов большое количество бэндов оглала расположились вокруг форта Ларами, на Норт-Платт, где они могли заполучить разнообразные товары у торговцев.  Один из военных отрядов вернулся тогда из похода против пауни. Он был отмечен смертью 26-летнего Красного Облака, двоюродного брата Красного Облака, который присоединился к отряду, отправившемуся отомстить за смерть воина лакота. Тогда-то за ним и закрепилось имя Красное Облако. В своем первом походе юный Красное Облако снял  скальп с пауни и захватил лошадь. Группа вернулась тогда с 50 лошадьми и 4 скальпами, потеряв двух человек.

Помимо доблести, Красное Облако демонстрировал и небывалую находчивость.
В одном из походов за лошадьми к кроу , например, он проявил нетерпение и в тоже время презрение к опасности. Тот поход возглавляли два видных лидера лакота: Старый Человек Боящийся Своих Лошадей и Храбрый Медведь. Воины направлялись к Йеллоустоун-Ривер близ устья Роузбад-Крик, где они натолкнулись на большой лагерь кроу, в котором было много лошадей. Отряд осторожно двигался, укрываясь под защитой впадин и крутых ущелий, чтобы не быть обнаруженным. Красное Облако раздражала эта медленная процессия. Желая действовать, он выбрал юного мниконжу, который был впечатлен его уверенностью, и они направились вперед группы к травянистому плато, где пасся табун в 50 лошадей. Животные мирно щипали травку, а охранявший их кроу ничего не подозревал. В результате он был атакован Красным Облаком, убит и быстро оскальпирован. Когда остальные сиу нагнали Красное Облако и его напарника, то оба уже были готовы к тому, что их либо изобьют, либо выразят «солидарность» их поступку. Но Старый-Человек-Боящийся-Своих-Лошадей и Отважный Медведь думали иначе; два молодых воина захватили большой табун лошадей, не привлекая внимания основного лагеря кроу, который был успешно атакован на следующий день.
Результаты этого похода были впечатляющими; кроу потеряли около трех сотен лошадей. Красное Облако не только посчитал очередной «ку», но и на пару с товарищем завладел 50-ю лошадьми. Это было весьма уважаемым делом среди равнинных индейцев, поскольку лошади занимали центральное место в их образе жизни.
Убийство Бычьего Медведя в ноябре 1841 было связано с гибелью в драке брата (вероятно, двоюродного брата) Красного Облака, по имени Желтая Палатка. Соперничество между Старым Дымом и Бычьим Медведем, лидером тиошпайе кийюшка ( Ломает Свое), вылилось в междоусобицу. Старый Дым завидовал Бычьему Медведю, который был властной натурой. Бычий Медведь был крупным лидером среди лакота, и ите-шича были вынуждены следовать за Ломает Свое. Трагедия между двумя тиошпайе произошла, когда юноша из Плохих Лиц, которого не любил Бычий Медведь, находясь в подпитии, украл женщину у Ломает Свое. Бычий Медведь, настроенный отомстить, с воинами ворвался в лагерь Плохих Лиц. Они убили отца молодого человека, похитившего девушку, и жаждали разгромить всю деревню. В это время юноши из Плохих Лиц атаковали нападавших. Среди них был Красное Облако. Они открыли огонь по Ломает Свое. Бычий Медведь, раненый в ногу, упал на землю. Красное Облако спешился, подбежал и выстрелил ему в голову. Ломает Свое отступили, Плохие Лица направились за ними. Когда они достигли лагеря Ломает Свое, большинство мужчин уже покинуло деревню -остались лишь старики и дети.
Убийство Бычьего Медведя привело к расколу среди оглала на долгие годы. Авторитет Красного Облака среди ите-шича значительно возрос, и вскоре юноша организовал свой первый военный отряд против пауни, став блотахунка - военным вождем. Тогда на Луп-Ривер, нынешняя Небраска, он был тяжело ранен стрелой и 2 месяца находился между жизнью и смертью. Его выздоровление придало Красному Облаку еще большей значимости, так как оглала стали считать, что он обладает сильной магией. Эта рана будет беспокоить Красное Облако на протяжении всей его жизни.
Вскоре после этого трагического события, едва не стоившего ему жизни, он женился. Его избранницей стала Красивая Сова, она была единственной женой Красного Облака. Сосновая Хвоя, молодая девушка, которая безумно любила Красное Облако, повесилась в ночь перед его свадьбой на суку с видом на типи для молодоженов. Для Красного Облака это было ударом, и он поклялся никогда не брать себе другую жену.

Красивая Сова родила пять девочек (Военный Головной Убор, Лидирующая Девушка, Много Лошадей, Стреляет В Него, Говорит Ему; War Bonnet, Leading Woman, Plenty Horses, Charges at Him, Tells Him) и мальчика (Джек). Но, несмотря на все усилия отца, Джек Красное Облако так и не смог стать уважаемым лидером.
Таким образом, Красное Облако в молодые годы проявил себя как отважный, но в то же время жестокий воин. В бою он забывал об опасности и не щадил своих врагов. Другие оглала часто пересказывали его впечатляющие подвиги. Так, в одном походе против пауни Красное Облако убил четырех врагов - это было довольно много для индейских войн, в которых обычно погибало небольшое количество людей. Красное Облако проявлял доблесть в сражениях с кроу, юте, шошони, пауни, посчитав более 80 «ку». Он рос в славе, как великий воин, а затем - как вичаша-итанчан своего народа.

К середине 1860-х Красное Облако был красивым харизматичным мужчиной среднего роста с проницательным взглядом и волевым голосом. Он был главой и лидирующим воином, имевшим ряд сторонников среди ите-шича. Социальная и политическая структура сиу была очень децентрализованной - не было ни одного человека, который оказывал бы влияние на всю группу. Некоторые лидеры признавались как вожди на основе их способностей и достижений. Красное Облако был важным членом своего бэнда, но в то же время он не был вождем всего бэнда.
До Гражданской войны торговцы уже проникли на территорию сиу; за ними потянулись фургоны и телеграфные столбы. Сиу приветствовали большинство торговцев и, по крайне мере, были терпимы к большинству обозов, хотя белые и убивали без разбору всех животных и отпугивали их от индейских охотничьих угодий. Поток переселенцев через северные равнины возрастал по мере завершения Гражданской войны и значительно увеличился, когда в горах Монтаны в конце 1862 года было найдено золото. Таким образом начали возникать трения, а иногда и столкновения. Для защиты так называемой Бозменской тропы (Bozeman Trail), которая протянулась через самое сердце территории лакота от форта Ларами (нынешний Вайоминг) к золотым приискам, связывая Монтану с Орегонской тропой, солдаты стали возводить ряд фортов. Это было последней каплей, переполнившей индейскую чашу терпения.
В 1865 году многие сиу, включая Красное Облако, взяли в руки оружие, чтобы защитить свои земли.
В июне 1866 года Уильям Т. Шерман провел мирную встречу с такими вождями, как Тупой Нож, Пятнистый Хвост и Красное Облако, пытаясь убедить их подписать договор. Красное Облако ответил категорическим отказом. Он и его многочисленные сторонники тянули время, настаивая на том, чтобы солдаты были выдворены с их земли. Правительство пыталось игнорировать Красное Облако до той поры, пока лакота не перекрыли путь переселенцам, препятствуя строительству новых фортов. Эти действия раскрыли талант Красного Облака как военного стратега. Так, 21 февраля 1866 года он заманил в ловушку отряд капитана Уильяма Феттермана из 82 человек (белые назвали эту победу индейцев «резней Феттермана», индейцы же запомнили ее как Битва Ста Убитых), направленный из форта Фил Кирни для защиты заготовителей дров. Десяток воинов, в том числе Бешеный Конь, послужили приманкой для солдат, атаковав дровосеков. Феттерман устремился за индейцами, а затем более 1 000 воинов атаковали его фланг. Полк был полностью уничтожен, ни одному из солдат не удалось спастись. Поражение Феттермана дало новый импульс к призывам о мирных переговорах  с сиу - особенно с Красным Облаком. Однако, Красное Облако не был настроен на мир, пока солдаты находились на индейских землях. Стратегия Красного Облака была настолько успешной, что к 1868 году правительство США согласилось подготовить договор форта Ларами. По условиям положения нового договора, армия отказывалась от фортов вдоль Бозменской тропы и гарантировала лакота земли в западной части нынешней Южной Дакоты, в том числе и Блэк-Хиллс, вместе с большей частью Монтаны и Вайоминга. Армия покинула форты в августе 1868 года, но Красное Облако тянул время - он не явился на подписание договора и подписал его лишь 6 ноября. Договор 1868 года был большим и сложным для понимания документом.По условиям этого договора  Красное Облако согласился прекратить военные действия и перебраться вместе со своим народом в большую резервацию севернее Небраски и западнее Миссури.
Эта победа подняла авторитет Красного Облака, однако он все еще не был единственным лидером сиу, и так называемая «война Красного Облака» не была войной лишь одного Красного Облака, ряд других лидеров принимал в ней участие. Хотя правительство США полагало, что имеет дело с Красным Облаком, как с главенствующим вождем.
В конце 1860-х шли разговоры о создании резервации для лакота, и Красное Облако удивил всех, когда заявил, что поедет в Вашингтон и поговорит насчет этой идеи. В 1870 году он вместе с двадцатью другими лидерами сиу направился в столицу. На востоке его встречали с почестями, так как там многие симпатизировали индейцам. Участники делегации встретились с президентом США Улиссом Грантом. В мае 1872 года Красное Облако вновь побывал в Вашингтоне. В 1873 году в Небраске были основаны два агентства, названные именами вождей — Красного Облака и Пятнистого Хвоста.
В 1874 году экспедиция Кастера снова принесла войну на северные равнины - войну, которая положит конец независимости индейских народов. В горах Блэк-Хиллс было найдено золото - в тех местах, которые были закреплены за индейцами по условиям договора. Блэк-Хиллс являлись священным местом для лакота, и, хотя договор обязывал армию предотвращать проникновение старателей на индейские земли, армия предпочитала бездействовать. Правительственные чиновники стали убеждать лакота продать эти земли. В 1875 году состоялось большое собрание вождей, на котором обсуждалось решение по этому вопросу. Красное Облако осознавал, что американцев уже не остановить, поэтому он выступал за продажу Блэк-Хиллс, но требовал более высокую цену, а не ту, которую предлагал им Конгресс. Другие индейцы, включая Маленького Большого Человека, выступали против продажи. Совет закончился, решение так и не было принято. Красное Облако не присоединился к Бешеному Коню, Сидящему Быку и другим лидерам во время так называемой «войны лакота» 1876-77 гг. В сентябре 1876 года резервационные вожди, в том числе и Красное Облако, под угрозами лишить их людей пайков и применить силу, были вынуждены подписать договор об уступке Черных Холмов.

Тем не менее, Красное Облако продолжал борьбу с правительством в мирных рамках, отстаивая независимость своего народа. И хотя, поглядывая одним глазом на правительство США, он публично выступал против вооруженного сопротивления, тайно он поощрял подобные движения, и его сын Джек участвовал в битве на Литтл-Бигхорн. За что его и упрекали в «двойных стандартах», в частности - генерал Крук. В результате чего Пятнистый Хвост был назначен верховным вождем обоих агентств. В том же году оба агентства были перенесены в Южную Дакоту и переименованы в агентства Пайн-Ридж и Роузбад. В 1877 году Красное Облако поспособствовал сдаче Бешеного Коня. В качестве награды генерал Крук вернул Красному Облаку его руководство оглалами. Это был печальный успех Красного Облака. В 1878 году он согласился перебраться со своими людьми в Пайн-Ридж.
Красное Облако часто оказывался втянутым в политические баталии с федеральными агентами в резервации. Он пытался всеми силами облегчить страдания своего народа, выбивая провизию и добиваясь определенных уступок, сопротивлялся усилиям правительства разрушить традиционную, культурную и политическую жизнь. В 1880 году Красное Облако вел политическую борьбу с Валентайном Макгилликадди, индейским агентом в Пайн-Ридж, добиваясь более правильного распределения правительственных пайков и продовольствия, часть из которых не доходили до индейцев. В конце концов, Макгилликадди был уволен с занимаемой им должности.
Когда началось движение Танца Духов, Красное Облако старался держаться от него в стороне, опасаясь присутствия солдат в его резервации, избежав тем самым участи Сидящего Быка и Пятнистого Оленя (Большая Нога).

"Когда мы заключили первые договоры с правительством, наша старая жизнь и наши старые обычаи близились к концу; дичь, которой мы жили, исчезла; белые окружали нас повсюду, и нам ничего не оставалось, как принять их пути - правительство обещало обеспечить нас всем необходимым, чтобы мы могли трудиться на земле, и научить нас, как это делать; и до тех пор, пока мы не сможем заботиться о себе сами, правительство обещало обеспечить нас обильной едой. Мы смотрели в будущее с надеждой, что со временем сможем быть независимыми, как белые, и иметь право голоса в правительстве. Армейские офицеры, возможно, помогли нам больше, чем кто-либо еще, но мы не отошли к ним. Индейский департамент был создан с большим количеством агентов и других должностных лиц, выманивающих большие зарплаты для себя - с их приходом начались неприятности; эти люди заботились о себе, но не о нас. Через них было тяжело достучаться до правительства - они делали больше для себя, оставляя нас позади, чем помогая нам, идя навстречу.
Мы так и не получили инструменты для работы на земле; несколько вещей, которые они дали нам, принесло мало пользы.
Наши пайки стали меньше; они сказали, что мы ленивы. Это обман. Как любой здравомыслящий человек мог предположить, что такое большое количество людей сможет получить работу сразу, не имея в своем распоряжении достаточное количество средств для работы и инструкторов, чтобы научиться этому? Наших пони забрали у нас, обещав, что взамен дадут волов и больших лошадей; это было уже давно, но с тех пор мы получили очень мало. Мы пытались справиться с тем, что имели, но под тем или иным предлогом нас перемещали с одного места на другое. Большие усилия были приложены для того, чтобы сломать наши обычаи, но ничего не было сделано, чтобы познакомить нас с обычаями белых. Все было сделано, чтобы сломать мощь реальных вождей. Старики реально желали блага своему народу, но мелкие людишки, так называемые вожди, были назначены белым человеком, чтобы действовать, как нарушители порядка и агитаторы. Пятнистый Хвост хотел пойти путем белого человека, но нашелся убийца, который устранил его. В этом обвинили индейцев, но разве кто-то поймал индейцев с поличным? Я был оскорблен и оклеветан для того, чтобы ослабить мое влияние во благо. Это было сделано людьми, которых оплачивало правительство, чтобы научить нас путям белых. Я побывал во многих других племенах и обнаружил, что то же самое было сделано и среди них; все делалось для того, чтобы помешать нам, и ничего, чтобы поддержать нас. Я видел людей, которых нанимало правительство, чтобы помогать нам, они все были очень заняты, зарабатывая деньги для себя, вместо того, чтобы помогать нам.
Люди, которые подсчитывали (перепись), всем вокруг говорили, что мы пируем и съедаем всю пищу. Где они это видели? Как мы могли бездумно тратить то, чего у нас не было?
Мы чувствовали, что  были осмеяны в нашей нищете; у нас не было газет, и никто не говорил в нашу поддержку. Наши рационы вновь урезали. Вы, кто кушаете три раза в день и видите ваших детей сытыми и счастливыми, не поймете, что чувствует голодающий индеец! Мы были слабыми от голода и обезумевшими от отчаяния. Мы держали наших плачущих от голода детей и чувствовали, как дрожат маленькие тела, когда души покидали их, оставляя на наших руках лишь мертвый груз. Они были не тяжелы, но мы были слабы и смертельно угнетены. Не было никакой надежды на земле. Бог, казалось, забыл о нас. Некоторые разговаривали с Сыном Божьим и говорили - он пришел. Люди не знали; им было все равно; они держались за эту надежду; они кричали, как сумасшедшие, прося пощады, которую, как они слышали, Он обещал.

Белые люди испугались и призвали солдат. Мы молили о жизни, а белые люди думали, что мы жаждали их жизни; мы слышали, что придут солдаты. Мы не боялись. Мы надеялись, что сможем рассказать им о наших страданиях и получим помощь. Белые люди сказали нам, что солдаты хотят нас убить; мы не поверили этому, но некоторые испугались и бежали в Бэд-Лэнд. Солдаты пришли. Они сказали: «Не бойтесь, мы пришли с миром,
не с войной». Это было правдой; они принесли нам пищу. Но обезумевшие от голода и испугавшиеся прибытия солдат укрылись в Бэд-Лэнде, и их нельзя было принудить вернуться к ужасной жизни в резервации. Их называли «враждебными», и правительство направило армию, чтобы заставить их вернуться обратно в резервационную тюрьму"-Красное Облако.

 

Красное Облако безуспешно пытался бороться против закона Дауэса 1887 года, разрезавшего резервации на отдельные участки. В 1897 году старый, почти ослепший вождь в последний раз побывал в Вашингтоне, выступив перед Сенатом. Вплоть до своей смерти Красное Облако продолжал отстаивать интересы резервации Пайн-Ридж, стараясь сохранить племенной контроль над индейскими землями и значимость роли вождей. Хотя некоторые из соплеменников подозревали его в сотрудничестве с правительственными агентами, и, как следствие, его авторитет неуклонно падал.

 

Красное Облако умер в резервации Пайн-Ридж 10 декабря 1909 года.

Из  обращения  Красного Облака к своему народу от 4 июля 1903 года.

Моё солнце закатилось. Мой день завершен. Тьма сгущается надо мной. Прежде чем я прилягу, чтобы уже  никогда не встать, я буду говорить моему народу.
Услышьте меня, друзья мои, сейчас для меня не то время, чтобы говорить вам ложь. Великий Дух создал нас, индейцев, и дал нам эту землю, на которой мы живём. Он даровал нам бизонов, антилоп, и оленей для пищи и  одежд. Мы перемещались по нашим охотничьим угодьям от Миннесоты до  Платт, и от Миссисипи до великих гор. Никто не устанавливал нам границы. Мы были свободны, как ветра, и подобны орлу, никто не командовал нами. Мы сражались с врагами и пировали с нашими друзьями. Наши храбрецы прогоняли прочь всех, кто покушался на нашу дичь. Они захватывали женщин и лошадей у наших врагов. У нас было много детей, и наши табуны были большие. Наши старики говорили с духами, и были хорошими лекарями. Наши юноши пасли лошадей и любили девушек. Типи были там, где мы их ставили, и ни один дом не был для нас тюрьмой. Никто не говорил: «За этой линией моя земля, а за той твоя».
Таким образом  жили наши отцы  и были счастливы. Затем белый человек пришел на на нашу охотничью землю, чужак. Мы дали ему мясо и подарки, и сказали ему-ступай с миром. Он увидел наших женщин и остался, чтобы жить в наших типи. Его товарищи пришли,  чтобы проложить  свои пути  через  наши охотничьей земли. Своими безделушками  и бусами  он купил себе девушку, которую я любил. Он принёс маза вакан, таинственное железо, которое стреляет. Он принёс мни вакан, таинственную воду, которая делает людей глупцами.
Я сказал: «Белый человек – нам не друг, давайте убьём его». Наш вождь, Медвежий Бык, пристыдил меня перед нашим народом. Для белого человека он имел сердце как женщина.
Я был рождён лакота, и я жил как лакота, и я умру лакота.  До того, как белый человек пришёл в нашу страну, лакота были свободным народом. Они создавали свои собственные законы и управляли собой так, как им казалось лучшим для них. Тогда они были независимы и счастливы. Тогда они могли выбирать своих друзей, и сражаться с их врагами. Тогда мужчины были отважны и доверчивы.
 Белый человек пришел и забрал у нас нашу землю. Они оградили нас границами и создали законы  для нас . И никто не  спросил , устраивают ли нас эти законы. Но белые люди придумали собственные законы, чтобы удовлетворить самих себя, и они заставили нас повиноваться им. 
Это не хорошо для индейца.
Белые люди пытаются сделать из индейцев таких же белых. Самый лучший способ сделать из нас людей с белой кожей, это заставить нас действовать и думать как белый человек. Но белый человек забрал нашу территорию и уничтожил нашу дичь, и теперь мы должны есть пищу белого человека либо умереть.
Президент обещал нам. Специальные уполномоченные, которых он послал к нам, обещали одевать и кормить нас, если мы позволим белым людям владеть нашими землями, и они обещали кормить и одевать нас до тех пор, пока мы не сможем прокормить себя сами. Мы, старые индейцы, сказали  уполномоченным, что мы будем бороться за наших лошадей и женщин, и мы можем охотиться, чтобы прокормить и одеть себя , но мы не можем рыть землю, чтобы добыть пищу и получить одежду, выращивая это.
Мы сказали им, что сверхъестественные силы, Таку Вакан, даровал лакота бизонов для пищи и  одежды. Мы сказали им, что там, где бизоны пасутся  это была  наша земля. Мы сказали им, что земля бизонов была землёй лакота. Мы сказали им, что бизоны должны иметь свою  землю, а лакота должны иметь  бизонов.
Сейчас, там где паслись бизоны, появились провода на столбах, которые помечают землю, где белые люди работают в поте лица, чтобы получить еду из земли; а вместо бизонов они едят рогатый скот, о котором нужно заботиться, чтобы он не умер; и , где лакота мог передвигаться так, как он желал от восхода до захода солнца в течение многих дней на своих землях, теперь он должен передвигаться по дорогам, созданными белым человеком; и когда он переходит границу, которую  белый человек установил между нами, белый  говорит нам , индейцам: «Вы не должны быть на земле, которая за пределами дороги».
Они говорят нам, что мы индейцы, а они – белые люди, и поэтому с нами надо обходиться не так, как с белым человеком. Это правда. Но белый человек должен объяснить, как с ним нужно обращаться, и индеец должен объяснить, как следует обращаться с ним. Но этого нет. Белый человек сказал, как нужно обращаться с ним, и он же говорит, как необходимо обращаться с лакота, а лакота не имеют ничего, чтобы  сказать в этом вопросе.
Уполномоченные и белые люди, посланные к нам президентом, сказали , что белые люди знают, что будет лучше для нас. Как это может быть? Ни один белый человек не был рождён индейцем, тогда как же он может думать так, как  индеец думает ? Уполномоченные обещали, что нашим детям дадут образование, такое, что они будут мудры, и будут думать так, как думают белые люди. Многие из наших детей были в школах, но они были рождены индейскими родителями, и они думают так, как думают их родители.
Наши дети не могут забыть свой собственный народ, и когда старики рассказывают им о временах, когда лакота передвигались по земле также свободно как ветры, и ни кто не мог сказать им, «иди сюда или останься там»; о временах, когда люди не трудились в поте лица на одном месте, а когда охота на бизонов и сохранение типи, являлись единственной заботой; о временах, когда храбрые мужчины могли заслужить уважение и славу в военном походе – тогда они поют индейские песни, и поступали бы так, как поступали лакота, а не как белые люди.
Священники и министры говорят нам, что мы жили нечестиво до прихода к нам белого человека. Чья вина была в том? Мы жили прямо, так, как были научены, и это было правильно. Должны ли мы быть наказан за это?
Я не уверен , что то, о чем мне  говорят  эти люди, правда. Ребенком, меня учили, что Сверхъестественные Силы (Таку Вакан) были могущественные и могли делать странные вещи; что я должен умиротворять их и завоевать их благосклонность; что они могли помочь мне или навредить; что они могли стать для меня хорошими друзьями или злейшими врагами. Меня учили, что Солнце (Ви) это Великая Тайна (Вакан Танка), что он был Верховной Тайной (Ийотан Ваканту),  и что он был нашим отцом (дедушкой) (Тхункашила), и мой народ обращался к нему как Отец (Атэ). Этому научили меня мудрые люди (вичхаша ксапа) и святые люди (вичаша вакан). Они говорили мне, что я могу получить их покровительство, если буду добр к своему народу и отважен перед врагами; говоря правду и живя прямо; сражаясь за свой народ и их охотничьи угодья.. Они учили меня, что Таку Шканшкан (сверхъестественный покровитель движимых вещей) был  Вакан Танка; что Инйан (сверхъестественный покровитель  неподвижных вещей) был Вакан Танка; что Вакинйан – был Вакан Танка; что Татанка был вакан; что Аног Итэ была вакан для зла; что Хейока был вакан для зла; что Иктоми был вакан для зла. Эти вещи объясняли перед Танцем Солнца. Лакота верили в них, и они жили, чтобы добиться покровительства Сверхъестественных Сил (Таку Вакан). Знахари могли вылечить больных с помощью Хороших Тайн (Вакан Ваште), и отогнать Злые Тайны (Вакан Шича). Две Ноги (мифический медведь) научил лакота  какие лекарства являются хорошими.
Когда лакота верили этим вещам, они жили счастливо, и они умирали довольными. Что лучше чем это может предложить нам в дар белый человек?
Таку Шканшкан знаком с моим духом (наги), и когда я умру, я буду идти  с ним. Тогда я буду с моими предкам. Если это будет не на небесах белого человека, я буду доволен. Ви – мой отец. Вакан Танка белого человека превзошёл его. Но я останусь верен ему.
Тени длинны и тьма передо мной. Я скоро прилягу, чтобы уже  никогда не встать
 Пока мой дух с моим телом, дым моего дыхания должен быть направлен к Солнцу, ибо он знает все вещи, и знает, что я до сих пор верен ему.

Перевод: Александр Caksi *Два Волка*. Редакция текста: WR. При копировании и использовании материалов ссылка на сайт обязательна.