Баффи Сент-Мари.

Помнишь ли  минуты,

Когда, гордо глаза подняв,

Ты говорил друзьям о своих индейских корнях:

«Уважаемая, дорогая леди и славный господин,

Такой-то мой прапрадед был индейской крови.

И вы чувствуете в сердцах своих сопричастность.

 

Да, описано это в книгах и в песнях,

Что с нами жестоко, несправедливо обошлись.

Что ж, снова и снова я слышу одни и те же слова

От вас, добрая леди, и от вас, добрый господин.

Теперь послушайте меня, если вам интересно,

что думаем мы.

И поймете, что вы к этому сопричастны.

 

Если война народом проиграна,

Проигравший, известно, платит цену.

Но даже когда Германия отдалась в руки вам –

Подумайте, дорогая леди, задумайтесь,

благородный господин, –

Вы оставили им их достоинство и оставили им

их землю –

А что вы сотворили с другими?

 

Случились ли перемены с вами, дорогие мои,

Или все так же прибираете наши земли?

Договор навечно сенаторы ваши подписывают –

Да, дорогая леди, подписывают, добропорядочный

мой господин, –

Но нарушаются договора снова и снова,

И что вы сделаете для этих людей?

 

«О, это все в прошлом», – можете вы сказать,

Но это все еще происходит здесь и сегодня:

Правительство теперь захотело земли Навахо,

Те, что у Инуит и Чейенне…

Здесь и сейчас в ваших силах помочь нам,

люди добрые, –

                           Прогнать буйвола прочь!»

                                     «Now That The Buffalo’s Gone»

 

 Баффи Сент-Мари – прекрасная сингер-сонграйтер. В свое время она была очень популярна и активна… Она, по-моему, живет сейчас на Гавайях, с мужем. Баффи написала великолепную песню   «Universal Soldier».  Пит Сигер.

 

Всё в ней было примечательно: необыкновенная внешность коренной индианки, знание музыкальной культуры своего народа, владение фортепиано и гитарой, высшее гуманитарное образование, гражданская позиция, но главное – у Баффи был сильный, выразительный, не встречающийся более ни у кого голос, и к тому же она сочиняла песни, была настоящим сингер-сонграйтером…  Главный продюсер Vanguard Мэйнард Соломон с поэтической образностью комментировал своё намерение издавать Баффи:
«Есть дороги видимые и невидимые. У нас есть певцы открытой дороги, наши хитчхайкеры с маршрута 66, балладиры товарняков, сингеры городских улиц, исследователи пыльных грунтовых дорог и раскалённых тротуаров американской жизни. Но есть  шоссе, не отмеченные на наших дорожных картах – хотя они могут кружиться и изворачиваться, подобно голубым и красным линиям, – в силу того что расположены они не в пространстве, а внутри нас, находятся в безмолвной глубине совести, зачастую в одиноком атласе души каждого индивидуума. Достижение Баффи Сент-Мари в том, что она без помощи компаса путешествовала именно этими дорогами – и возвратилась, чтобы поведать нам о том, что открыла…»

Витиевато, но как еще скажешь о таланте, который действительно развивался в стороне от шумных и известных американских дорог?

Баффи Сент-Мари родилась 20 февраля 1941 года в резервации  индейцев Пиапо (Piapot) в канадской провинции Саскэтчеван (Saskatchewan). В немногочисленных биографических очерках о Баффи встречаются разночтения относительно чистокровности её  происхождения и даже сообщается, будто она индианка лишь наполовину. Но даже в этом случае в ней все равно течёт кровь индейцев племени кри. Известно, что она была приёмной дочерью у семейной пары, происходившей из племени микмак ( Альберт и Уинифред Сент-Мари), которые затем переехали в город Нэйпл, штат Мэн, США, и перевезли туда Баффи. Очевидно, именно они привили ей и любовь к музыке, поскольку девочка начала петь и играть на фортепиано с четырех лет.
«На Восточном Побережье, где индейцы большей частью были истреблены, людям никогда не доводилось видеть настоящих индейцев. В школе мне не раз говорили, будто индейцев больше нет, что все они давно вымерли, существуют лишь в кино или в виде фигур во время празднования "хэллоуина". Но моя приёмная мама объясняла мне, что все эти фильмы в сущности – полное дерьмо...»

Поскольку детство Баффи протекало в «белом» городе, где по отношению к индейцам существовали разные предрассудки, девочка испытывала трудности в общении с одноклассниками. Она вообще избегала сверстников и большую часть свободного времени проводила на ферме своего дяди, любуясь природой, играя с домашними животными и самостоятельно обучаясь игре на пианино. Ей легко поддавался сложный инструмент, хотя Баффи не брала академических уроков, не собиралась становиться музыкантом, тем более сочинителем песен. Баффи мечтала изучать Восточную философию и искусство, чтобы в будущем преподавать их индейским детям в резервациях. Для этого по окончании школы она поступила в Массачусетский университет. С этого же времени Баффи стала учиться играть на гитаре, якобы только потому что этот инструмент, в отличие от фортепиано, можно носить с собой…
Учеба в высшем учебном заведении окунула Баффи Сент-Мари в демократическую обстановку студенческого кампуса, где царили дух просвещения и интернационализм. Она попала в среду франкоговорящих студентов, в числе которых были и выходцы из других стран. Баффи не только обрела друзей, но смогла изучать языки и культуры других народов, к чему особенно тянулась. Овладение гитарой также принимало всё более серьезные формы – Баффи придумывала настройки, подстраивая их под песни, которые сама же сочиняла. В статье, опубликованной в августе 1971 года в «Melody Maker», сообщается, будто к семнадцати годам Баффи Сент-Мари использовала тридцать две настройки! Если это правда только наполовину или даже на треть – все равно немало.

К сожалению, ни источники, ни сама фолк-певица не сообщают о её музыкальных пристрастиях – на кого она равнялась, у кого училась, чьи пластинки слушала – и слушала ли их вообще. В поздних интервью Баффи признавалась, что больше всего любила музыку пятидесятых, но что именно – остается неизвестным. Можно предположить, что на неё влияли музыкальные радиопередачи, а также музыка из кинофильмов, поскольку она любила кино. О влиянии рок-н-ролла не сообщается, но избежать его воздействия в пятидесятые мог только глухой.

Как бы то ни было, вскоре после поступления в университет Баффи выступала со своими песнями перед студентами, а также пела их в городских кофехаузах, зарабатывая по пять долларов за вечер. Среди песен, сочиненных ею в студенческую пору, – «Now That The Buffalos Gone», «Ananias» и «Mayoo Sto Noon» – последнюю Баффи исполняла на языке хинди… Оказалось, что её песни, наполненные североиндейским колоритом и исполняемые под аккомпанемент гитары с оригинальными настройками, совершенно отличны от всего того, что звучало в те годы в фолк-клубах, кинотеатрах или на радио. Баффи становилась самобытной, ни на кого не похожей исполнительницей, и сведущие слушатели уже тогда предрекали ей карьеру знаменитой фолк-исполнительницы… В это время она сдружилась с писательницей Терезой де Керпели (Theresa de Kerpely), работавшей в студенческом кампусе housemother (что-то наподобие воспитательницы). Именно она убедила будущую фолк-звезду всерьез заняться сочинением песен, хотя после окончания университета Баффи намеревалась отправиться в Индию – изучать философию, музыку и танцы в школе, основанной великим Махатмой Ганди… Но у Провидения свои планы, и нередко оно делится ими с нами лишь тогда, когда эти планы уже осуществляются…

Летом 1963 года, окончив учебу, Баффи на неделю выбралась в Нью-Йорк, чтобы наконец увидеть Гринвич Вилледж, о которой в студенческой среде было столько разговоров… На следующий день после приезда она оказалась в кафе Gerdes Folk City, хозяин которого,  Майк Порко, если помните, устраивал по понедельникам «ночи открытого микрофона». Получив шанс, Баффи записалась в очередь на выступление. Несколько спетых ею песен вызвали бурю оваций. Публика вообще не хотела её отпускать, так что юная индианка пела еще и еще, став героем вечера. Необыкновенную девушку наперебой приглашали в другие клубы, в том числе в Bitter End и Gaslight, причем в Gaslight её настойчиво рекомендовал Боб Дилан…

Только что она прибыла в чужой город, где не было ни одной знакомой души. Приехала посмотреть на то, что происходит в Гринвич Вилледж, послушать тамошних героев, о которых столько наслышана… Но приехала-то она с гитарой да еще с набором собственных песен. И вот спустя несколько дней уже говорили о ней самой как о будущей героине фолка… Конечно, поющая девушка из провинции, да еще индианка, вызывала интерес не только как музыкант, но и как экзотический персонаж – представитель коренной национальности, к тому же гонимой… Как бы то ни было, после нескольких вечеров-хутенанни в фолк-клубах Гринвич Вилледж, успешный менеджер Херб Гарт (Herb Gart) предложил юной певице отправиться вместе с другими музыкантами в тур по фолк-клубам Восточного Побережья. Она согласилась. Таким образом всего неделя, проведенная в Нью-Йорке, решила судьбу Баффи Сент-Мари: отныне она будет петь и сочинять, сочинять и петь…

Дальше все было, как у всех: выступления в кофехаузах и фолк-клубах; знакомство с коллегами по фолк-сцене и с менеджерами; отзывы в прессе, всё больше положительные и даже восхитительные; новые поездки и выступления; наконец, авторитетная статья «открывателя талантов» Роберта Шелтона в «New York Times», с завидным резюме о творчестве Баффи, «…горловое чувственное пение которой неизменно пронизывает  широкий диапазон фолк-песен, как традиционных, так и собственного сочинения. Её личные композиции и то, как она их исполняет вибрирующим голосом, – делают двадцатиоднолетнюю мисс Сент-Мари одним из наиболее обещающих талантов на фолк-сцене».

После таких выводов Баффи Сент-Мари тотчас попала в поле зрения главного продюсера Vanguard Records, который предоставил певице контракт на издание сразу нескольких её альбомов. Правда, гонорар Мэйнард Соломон предложил индейской певице мизерный. Отстаивать интересы Баффи было некому, а сама она не отличалась напористостью и вела себя совсем иначе, чем тот же Дилан во время известной встречи с Джоном Хэммондом…Недолго поразмыслив, Баффи согласилась, а вскоре для неё была организована звукозаписывающая сессия, наверное, одна из самых коротких (и дешевых!) в истории лейбла: Баффи Сент-Мари просто спела перед микрофоном два десятка собственных песен.
 По её более поздним признаниям, она в то время была совсем незнакома с процессом звукозаписи и даже не знала, что артист может делать дубли, чтобы затем выбрать лучший. Она даже не делала паузы между песнями… Ну а издателей, видимо, устраивало все, что пела Баффи… Единственное дополнение – участие в записи двух треков басиста Арта Дэвиса (Art Davis) и друга Баффи, фолксингера Патрика Ская (Patrick Sky), также выходца из индейского племени. Дэвис подыгрывал в песне «Now That The Buffalo’s Gone», а Скай – в «He Lived Alone In Town». Всё остальное – дело рук (и голосовых связок!) самой Баффи Сент-Мари, которая на одном дыхании записала свой первый и лучший альбом – «It’s My Way!» (VSD-79142). Заметим, что обложку пластинки украсил цветной портрет Баффи, выполненный знаменитым фотографом Дэвидом Гаром (David Gahr), работавшим много лет для Folkways и снявшим многих выдающихся музыкантов. Уверен, что портрет необыкновенной индейской девушки с древнейшим музыкальным инструментом mouth bow,
украшенным цветными перьями, уже сам по себе – профессиональная удача. А ведь девушка еще и пела. Да как!

Что поражает, когда слушаешь альбом «Its My Way!», – так это  абсолютная искренность и уверенность чувств и голоса Баффи Сент-Мари. Кажется, она знает всё о том, о чём поёт, хотя темы песен – сугубо непростые. «Now That The Buffalos Gone» – ироничный плач о жестокости к коренному населению Америки, об индейцах, которых вновь и вновь сгоняют со своих земель, теперь уже не с исконных, а с тех, куда однажды их уже согнали; сюжет для песни «Ananias» заимствован из Деяний Апостолов; «Codine» – баллада о наркомании… В примечаниях Мэйнард Соломон называет эту песню «мрачным вальсом на краю могилы». Судя по всему, баллада автобиографична: в 1963 году Баффи заболела бронхиальной пневмонией, и на её музыкальной карьере мог быть поставлен крест. Она лечилась какими-то знахарскими лекарствами, явно наркотическими, и впала от них в зависимость… Песня «The Universal  Soldier» написана после того, как Баффи увидела в аэропорту американских солдат. Они разговорились. Оказалось, ребята воевали во Вьетнаме! И это притом что официальная пропаганда отрицала участие американцев в боевых действиях в Индокитае! Увиденное потрясло Баффи, и спустя несколько дней она сочинила песню «Универсальный солдат»… «He Lived Alone In Town» – грустная, с философским поддекстом, песня об одиночестве человеческой души; «Mayoo Sto Hoon» – о печальной любви, исполнена на языке хинди; а в «Cripple Creek», что означает «Хромой ручей», Баффи подыгрывает себе на «поющем луке» – традиционном инструменте северных народов: пожалуй, это самая неожиданная вещь…

Несмотря на отсутствие академического образования, Баффи Сент-Мари, кажется, досконально знает все законы песнопения. Она умело использует ритм, темп и громкость голоса, который, в свою очередь, кажется всё еще детским, «непоставленным». Но у народного песнопения свои законы и свои правила, и часто  «неучёность» оказывается самым лучшим достоинством. Даже откровенно нервический вибрато Баффи не кажется чем-то искусственным и надуманным, но скорее исконно-природным… При этом мощь голоса – поразительна! Послушайте, как она немного «сердито» проявляется в «Ananias»… А в «The Old Mans Lament» Баффи оперирует звуком, используя одну из своих модальных настроек… Большинство песен, вошедших в первый альбом, Баффи Сент-Мари пела уже по несколько лет: оттого они и отточены, оттого и уверенность в голосе… С такой неподдельной страстью пели в то время разве что Боб Дилан и Дэйв Ван Ронк, но они, особенно Ван Ронк, копировали старых блюзменов или олд-таймеров, в то время как Баффи никого не копировала и никому не подражала… По темпу, мощи и энергии такая вещь как «Babe In Arms» вполне подходит под категорию рок-музыки… Пожалуй, только южный госпел «Youre Gonna Need Somebody On You Bond» выбивается из общего контекста альбома, и, на месте продюсера издания, я бы его исключил…

Звукозаписывающий дебют Баффи Сент-Мари прошел с таким же успехом, как и её появление в Гринвич Вилледж. Пластинку переиздали в Англии, а песня  «The Universal  Soldier» стала особенно популярной, после того как её записал Донован Литч (Donovan).

 

Он низок ростом или высок,

Его оружие – ракеты или копья,

Ему 31 год, а может – лишь только 17,

Но он воюет уже тысячу лет.

 

Он – католик, индуист, атеист иль джайнист,

Он – буддист, иль баптист, иль еврей,

И он знает, что нельзя убивать,

И знает, что в любое время

Он убьет тебя, мой друг, ради меня и меня – ради тебя.

 

Он воюет на стороне Канады,

Он воюет на стороне Франции,

Он воюет на стороне Штатов,

Он воюет за русских,

Он воюет за японцев,

И он уверен, что только так он сможет

положить войне конец.


Он сражается за демократию,

И он сражается за красных,

Он говорит, что это – ради мира на земле,

Он берет на себя заботу решать,

Кому из нас жить, а кому – умирать,

И не замечает надписей на стенах.


Но если бы его не было –

Как смог бы Гитлер приговорить его в Дахау?

Без него Цезарь был бы в поле не воин,

Это он несет свое тело как оружие в бою,

Без него этой бойне настал бы конец.


Это он – солдат Вселенной,

И вина за все – на нем.

Ныне приказы приходят к нему не свыше,

Командиры здесь – он сам, и ты, и я,

Братья, неужели Вы не понимаете –

                          Так мы никогда не положим войне конец.

 

 Успех альбома «It’s My Way!» закрепило выступление Баффи Сент-Мари на Ньюпортском фолк-фестивале 1964 года, где она была тепло принята, а две песни – «Melora» и «Cod’ine» – вошли в альбом «Newport Folk Festival 1964. Evening Concert, vol.1». Другое важное событие в карьере Баффи – тур по Великобритании, вместе с Реверендом Гэрри Дэвисом и Рэмблин Джеком Эллиотом, который увенчался концертом в лондонском Royal Festival Hall… Высоко оценивали певицу и музыкальные критики, и коллеги. Фолксингер Питер ЛаФарж, которому Баффи посвятила одну из своих песен, в статье в «Sing Out!» написал: «Пытаться запечатлеть Баффи на бумаге – всё равно что пытаться представить колибри, если вы никогда её не видели. Эта непростая девушка-индианка полна достоинства застенчивого человека (очень индейская черта), мягкости и глубокого сострадания к миру и людям…»
 Статью Питера поместили на оборотную сторону обложки второго альбома Баффи Сент-Мари «Many A Mile» (VSD-79171), который вышел в апреле 1965 года, но, к сожалению, этот лонгплей не дотягивает до уровня дебютного. Баффи ушла не вглубь, а вширь, записав традиционные английские и ирландские баллады, мексиканскую «Los Pescadores» и даже блюз «Fixin’ To Die»,  заимствованный у Букки Уайта. Кроме того, в альбом вошли сентиментальные песни «Until It’s Time For You To Go» и «The Piney Wood Hills», и не случайно на первую из них отреагировали звезды поп-сцены – Бобби Дарин (Bobby Darin) и даже Элвис. А я бы на их месте обратил внимание еще и на «The Piney Wood Hills» – так глубоко укоренен в этой песне дух пятидесятых. Очевидно, Баффи отразила в ней какие-то воспоминания… Вот только к североамериканскому фолку это никакого отношения не имеет, и, если бы не песня «Groundhoh», в которой Баффи подыгрывала на музыкальном луке, мы бы с трудом определили, кому именно принадлежит альбом…
 В какой-то степени пластинку спасли три вещи: «Lazarus», черный холлерс; известная баллада «Come All Ye Fair And Tender Girls», которой Баффи удалось придать самобытность за счет  медленного исполнения и аккомпанемента на mouth bow; наконец, последняя вещь – «Many A Mile», которую написал для Баффи её приятель Патрик Скай. Он же поддержал Баффи своей гитарой. «Many A Mile» написана и спета в традиционном для фолксингеров Гринвич Вилледж стиле и, возможно, ничем бы не выделилась, если бы не природный дар Баффи – её необыкновенный голос. Также очевидно, что над песней серьезно работали звукооператоры…
 «Мне нравится, когда альбомы отличаются друг от друга, и, когда я, в соответствии с текущим образом жизни, встречаю тех или иных людей, – это находит отражение в альбоме», – признавалась Баффи.
Действительно, её альбомы разные. И до конца шестидесятых их выйдет еще четыре, при этом самобытность Баффи Сент-Мари будет всё время растворяться, пока наконец не исчезнет вовсе, уступив место миражу, впечатлениям, легким намекам на то, что было прежде…

 

Источник: http://www.collectable-records.ru/pisigin/vol5/7.htm#_edn5