Повествования о пленении.

«Повествование о пленении» - это история, рассказанная белым человеком о том, как он пережил плен у индейцев, и о том, как он или она вернулись назад в белое общество. Иногда эти записи рассказывались значимому лицу, например, священнику, курировавшему печатные издания. Множество таких историй опубликованы в конце семнадцатого и в начале восемнадцатого веков пленниками и их священниками, некоторые из них содержат скучные прохристианские тематики об испытании веры и искуплении грехов. Случаи, когда коренные американцы брали пленников, часто рассматривались как вид библейского наказания за то, что человек, будучи христианином, не оправдывал ожидания Бога.
Следовательно, способность перенести тяжелое испытание была обязательным элементом такого повествования. Жанр «повествования о пленении» был автобиографичным, или, зачастую, биографической хроникой встречи колониста Новой Англии с индейской культурой и случайного возврата к пуританской культуре. Как правило, для обывателей, которые читали или слушали рассказы с кафедр молитвенных домов в рамках проповедей, эти события виделись как увлекательный путь грешной души к прощению и возврату к Богу и христианскому обществу. Чтобы пленники вернулись в свое белое общество и были приняты им, писатели этого жанра повестей представляли народы коренных американцев чудовищными и ужасными, используя слова, которые унижали их и представляли как приспешников дьявола, подчеркивая или преувеличивая их поведение по отношению к белым пленникам. Демонизация индейцев не оставляла у читателей сомнений в том, кто именно обладает христианской добродетелью и кто ее удостоен.
Попытка приравнять плен к христианскому спасению омрачалась индивидуальным опытом пленников, проведших время среди коренных американцев. В таких хрониках отсутствовал и другой важный элемент – фактически, было гораздо больше пленников, которые не возвращались в белое сообщество, чем тех, кто вернулся. Не удивительно, что некоренные жители находили весьма тревожным то, что их соотечественники делали выбор остаться среди коренных народов, чем вернуться к своей белой культуре. Истории вернувшихся пленников были написаны так, чтобы подтвердить их верность белому сообществу.
Начиная с 1682 года, после публикации книги Мэри Роулендсон о ее похищении и возвращении под названием «Божья власть и доброта: рассказ о похищении и освобождении госпожи Мэри Роулендсон», рассказы о похищениях надолго заинтересовали читателей. Многие из этих рассказов стали бестселлерами в свой век и еще на долгое время.
Другие ранние записи «повествований о пленении»: «Освобожденный пленник» Джона Вильямса (1704г.), рассказы Коттона Матера о Ханне Свартон (1697г.), Ханне Дустан (1697г.), вновь о Джоне Вильямсе (1706г.), Мэри Френч (1706г.), Ханне Бредли (1707г.).

Как правило, с наступлением 18 века, изложение «повествований о пленении» изменились: темы искупления и возвращения стали больше напоминать метафорические басни. После Бостонской резни, к переизданным хроникам вроде книги Мэри Роулендсон, были добавлены новые предисловия, в которых истории пленников были искажены: к примеру, историей Мэри манипулировали, чтобы обернуть рассказ о женщине, захваченной коренными американцами, в метафору о борьбе американских колонистов (в образе персонажа Мэри Роулендсон) против ее родины, Великобритании (в лице индейских захватчиков). С этого времени военная сила индейцев угрожала свободе Мэри Роулендсон. Посредством этих выдуманных историях о стойкости, американские колонисты смогли свергнуть английского тирана короля Георга, и восстановить свою свободу.
Позже, в конце восемнадцатого века и начале девятнадцатого, «повествования о пленени» стали меньше фокусироваться на христианской морали и больше на качестве пересказывания истории с кульминационной концовкой. Некоторые из этих рассказов были настолько приукрашены соавторами (не обязательно реальными пленниками), что они стали напоминать больше художественное произведение, выдумку, нежели фактические хроники, основанные на личном опыте.  Как правило, акцент делался на белом человеке, захваченным в плен аборигенами, и этот акцент разжигался экспансионистской политикой правительства Соединенных Штатов. Когда уровень грамотности вырос, а территории Соединенных Штатов расширились, американцы стали все больше увлекаться идеей путешествия в индейские земли для установления контроля и даже разрушения индейских наций.

Жанр «повествований о пленении» может раскрыть важную этнографическую информацию для читателя. Множество этих хроник были записаны на бумаге, однако культура и манеры некоторых коренных племен были предвзято описаны в период раннего контакта с ними. Но некоторые хроники опровергают описания индейцев как жестоких людей, какими их изображали в других историях. Действительно, часто бывало так, что выжившие в плену принимались в семью племени, узнавая доброту и великодушие своих захватчиков. В других случаях, «повествования о пленении» раскрывали противоречивые реалии о  дружественных отношениях коренных народов. К примеру, в августе 1812 года Джеймс Ван Хорн, гражданское лицо, находился в пехоте, располагавшейся в форте Дирборн, современный Чикаго. Его гарнизону был отдан приказ наступать на форт Вейн, это примерно 250 миль на юго-восток, для того, чтобы помочь защитить Детройт от британцев. За песчаными холмами западного озера Мичиган, к миле на юг от форта, его гарнизон попал в засаду, устроенную 500 воинами потаватоми и виннебаго (хо-чанк). В течение пятнадцатиминутного боя, как говорится в рассказе Джеймса Ван Хорна, индейцы одержали победу и увели выживших назад в форт. Там, в течение следующих дня и ночи, плененные были поделены между различными племенами, и Ванн Хорн стал пленником одной семьи, возглавляемой старым человеком. Следующим утром, он отправился со своими пленителями на юго-восток в прерии Иллинойса в место, известное сейчас как округа Кейн и Кендалл штата Иллинойс.
Когда он вошел в поселение, его хозяин предотвратил попытки соплеменников убить Ван Хорна. В течение последующих недель он все еще опасался за свою жизнь, но с другой стороны имел достаточно свободы, чтобы передвигаться по деревне.
Его хозяина звали Шиссап ( Shessup), что означало «Утка», это имя было дано ему за его хромоногость. По-видимому, он немного знал английский и мог в какой-то степени общаться с пленником. Вскоре, Ванн Хорн лишился своей американской одежды, его кожа была натерта желтой глиной, борода выщипана, а голова обрита. И хотя порой он встречал белых торговцев и просил их выкупить его, они все отказывали. Тем временем, он взял на себя некоторые обязанности своего хозяина, делая все, что можно, чтобы быть послушным. В конце осени он помогал своему хозяину охотиться. В феврале по его словам они переехали из деревни в сахарные лагеря. В апреле, вместе с мешками меха, он был выкуплен торговцами французского происхождения; затем он был отправлен в Детройт и пленен британцами.
История Ванн Хорна интересна из-за информации о том, как жила конкретная деревня потаватоми до белых поселенцев, чем они занимались в разные времена года. Он рассказывает о печальных судьбах некоторых из его товарищей по несчастью, но при этом его речь не окрашена унизительными эпитетами и ненормативной лексикой по отношению к пленившим его, как это можно встретить в ранних рассказах. Ван Хорн был солдатом, взятым в плен его врагами, и затем был обменен. Такова его история «повествования о пленении».

 

Перевод для сайта "Коренные народы Черепашьего острова" - Лира Долгих. При использовании или копировании материала, ссылка на сайт обязательна.