Читто Харджо. Энеа Эматла. София Элис Каллахан. Мали Фрэнсис. Большой Воин. Джером Тайгер. Джозайя Фрэнсис. Хопотле Мико.

Читто Харджо

«Мои предки и мой народ жили здесь с 1492 года. Я имею ввиду, с того момента, когда белые впервые появились в этой стране. С незапамятных времен и по сей день, я считаю, это был мой дом и дом моего народа. Человек по имени Колумб пересек великий океан (Атлантику) в 1492 году и открыл эту страну для белых людей — эту страну, которая была домом моего народа. Кого он увидел здесь впервые? Белого человека, живущего на этом континенте или же черного человека? Я первым жил на этой земле и Колумб первым открыл меня».  Читто Харджо. 1906 год.

Чистокровный лидер маскоги (крик), который ценил общинные земельные владения и традиции выше  правительства США, Читто Харджо препятствовал разделению племен криков путем их переселения, которое диктовалось Комиссией Дауэса и законом Кёртиса 1898 года. Он противопоставлял себя и своих союзников увеличивающемуся числу полукровок племен крик и земельным спекулянтам.

Читто Харджо (Chitto Harjo, Crazy Snake, Wilson Jones, Bill Jones, Bill Snake, Bill Harjo) родился в 1846 году рядом с современным Боли, Оклахома, среди чистокровных маскоги (криков), уже после переселения его родителей и людей племени из родных земель Джорджии и Алабамы, которое началось в 1832 году. Имя «Читто» происходит от слова маскоги, означающего "змея" (произносится как «chit-toe»), указывающее на принадлежность к клану, и слова, часто использующееся как титул для военных лидеров крик, которое можно перевести как «безрассудный храбрец» или «бесстрашный» (произносимое как «hah-joe»). Его последователей стали называть «Безумные змеи», или члены движения «Безумной змеи» (МакИнтош, 1993).

Читто Харджо был лидером Сообщества Четырех Матерей, межплеменного религиозного движения. Эта группа старалась возродить традиции и солидарность между родственными племенами переселенными на юго-восток США.

Помимо его службы на стороне правительства в ходе Гражданской войны, нам очень мало известно о жизни Харджо до 1899 года, когда он был выбран представителем традиционного племенного городка Хикори Граунд – церемониального центра криков, который до сих пор активен в 21 веке. Традиция маскоги предписывала, что городской вождь (или мико) не может говорить за себя, и должен назначить кого-то с хорошими ораторскими способностями, чтобы этот человек озвучивал мысли и чувства вождя. Статус оратора подтверждал и укреплял его положение лидера среди традиционалистов, от чьего лица он и говорил.

После прохождения в 1898 году закона Кёртиса, который значительно усиливал власть федерального правительства над делами  индейцев, Харджо выразил возмущение многих традиционных представителей маскоги, встревоженных тем, то правительство США нарушает договор с криками, подтверждавший их суверенитет. Встревоженный мятежными группировками,  главенствующий вождь нации крик Плезант Портер предупредил правительство о движении «Безумной змеи» и возможных анархических последствиях. В 1900 году последователи Читто Харджо заявили, что Плезант Портер нарушает конституцию криков 1867 года, а следовательно должен сложить с себя все полномочия вождя. Новым главенствующим вождем был объявлен Читто Харджо. Помимо этого была основана полиция, известная как «Лайтхорз».  С 1900 по 1909 год Читто Харджо возглавлял криков, препятствуя их ассимиляции.В январе 1901 года, Харджо и около ста его последователей были арестованы федеральным военным отрядом и заключены в Маскоги, но были освобождены судьей, который сделал предупреждение «змеям» приостановить их деятельность. Но Харджо продолжил проявлять оппозицию новому закону, и был арестован снова в 1902 году с девятью другими лидерами «змей». Вся группа немедленно была выслана в федеральную тюрьму Форта Ливенворт в Канзасе.

После завершения его 2-х годичного заключения, Харджо вернулся на Индейскую территорию (территория, образованная на землях, формально не входивших в состав США в середине XIX века, и предназначенная для заселения только индейцами – прим.пер.), где он повторно заявил в 1904г: «Мы не хотим, чтобы наши земли были поделены на отрезки по 600 акров. Это единая земля, принадлежащая индейцам, и однажды данная нам, эта плодородная земля не может быть более отнята». В 1905 Харджо поехал в Вашингтон на встречу с президентом Теодором Рузвельтом, но не добился успеха в убеждении Рузвельта остановить переселение и разделение земель. В 1906 году специальный комитет сената США  прибыл в Талсу (Оклахома), чтобы выслушать мнения крик и чероки о переселении. Харджо произнес красноречивую, но в последствие оставленную без внимания, речь к сенаторам, убеждающую в том, что федеральное правительство не должно проводить делёж земель, за которые уже было заплачено отказом криков от права на территории Джорджии и Алабамы (Манн 2001, 228).

Придание Оклахоме статуса штата в 1907 году положило конец всякой надежде, что движение «Безумных змей» будет хоть как-то влиять на политику криков, так как правительство криков было официально упразднено в результате создания сорок шестого штата. Продолжая противостоять процессу разделения в целом, в 1909 году Харджо и «Безумные змеи» добились такой «славы» для нации «нижних» криков (племена, проживающие в бассейне реки Чаттахучи, называемые так британцами и американцами – прим.пер.), что им приписывались всевозможные совершаемые преступления. В 1909 году группа афро-американцев, сталкивающаяся с дискриминацией и изгнанием, попыталась найти убежище среди сторонников Читто Харджо. Опасаясь союза афро-американцев с криками местные евро-американцы, обвинив чернокожих в краже копченого мяса, сформировали свой отряд. Во время боя один чернокожий был убит и один белый получил ранение. 42 афро-американца были арестованы и брошены в тюрьму. 

В марте этого года Харджо был ранен в перестрелке с полицейскими, которые пришли к нему домой, чтобы его арестовать. Однако Харджо удалось уйти, и это исчезновение породило различные слухи о месте его смерти. В нескольких отчетах существовало мнение, что ему удалось укрыться в округе Мак-Кертен, Оклахома, вместе с Даниэлем Бобом, консервативным лидером,  где он вскоре скончался из-за ранения, или прожил более двух лет, и затем был погребен в горах на юго-востоке Оклахомы.


Перевод для сайта "Коренные народы Черепашьего острова": Лира Долгих. При использовании материала ссылка на сайт обязательна.

Энеа Эматла

“В лице вождя Неаматла, вы, пожалуй, найдете величайшего человека, которого когда-либо встречали среди индейцев: он может управлять своими воинами с такой же легкость как полковник, способный управлять полком солдат регулярной армии». Уильям Дюваль, губернатор Флориды, из депеши в Вашингтон, 1824.

 

Энеа Эматла, также известный как Неаматла (Eneah Emаthla, Neamathla), крик, родился приблизительно в 1750-гг.

 

Когда подписали закон о переселении  Энеа Эматла был уже в преклонном возрасте. На тот момент ему исполнилось ок. 80 лет. Он был известен как активный противник американцев в течение 20 лет, сражавшийся с ними в войне «красных палок».

В первой половине 19 века Энеа Эматла стал заметным человеком у индейцев Флориды, среди которых он нашел пристанище после войны. Когда началась первая семинольская война он возглавлял бэнд хитчити на Хитчити Фауэн Таунс близ форта Скотт и сыграл важную роль в предотвращении попытки американцев пересечь Флинт-Ривер.

В 1836 году снова находясь в состоянии войны с США он невольно поспособствовал решению Эндрю Джексона о переселении криков с помощью силы.

Аннексия Флориды произошла в 1821 году и она не сулила ничего хорошего коренным жителям этой страны. После Первой семинольской войны Энеа Эматла поселился на Таллахасси, где он, по-видимому, занялся торговлей. В 1823 году он был вождем миккосуки. По договору заключенному на Моултри-Крик семинолы согласились переселиться в центральную Флориду уступив большинство северных областей. По замыслу США концентрация племен в небольших регионах непригодных для земледелия была первым шагом к их окончательному переселению. Исключение было сделано для шести бэндов, включая группу Энеа Эматла, которым было разрешено поселиться в резервациях на Апалачикола-Ривер. Однако, белые не оставили их в покое, они вторгались на индейские земли Таллахасси воровали рабов и другое имущество. Энео Эматла не оставалась ничего как взяться за оружие.

В 1824 году Энеа Эматла уводит свой бэнд из Флориды. Агент Гэд Хамфрис считал, что наделение Эматла отдельной резервацией было большой ошибкой, так как он являлся единственным лидером, способным контролировать все бэнды. Семинолы небыли готовы к переселению из северной Флориды на юг. Считая что Энеа Эматла является тому причиной 26 июля 1824 года губернатор Флориды Ульям Дюваль низложил его с должности вождя семинолов и заменил на миккосуки по имени Тукозе Эматла ( Джон Хикс). По этой причине, либо из-за невыносимых условий жизни, Эматла увел свой бэнд в южную Алабаму, где обосновался на Хатчечабби-Крик северо-западнее Коламбуса, Джорджия.

Тем не менее в 1826 году он сопровождал Тукозе Эматла и других делегатов в Вашингтоне просивших пересмотреть условия договора на Моултри-Крик протестуя против переселения.

Надо сказать, что крики радушно приняли Энеа Эматла и когда полковник МакКенни, как представитель США, собрал криков на Такхабатчи в 1827 году, чтобы урегулировать споры между США, Джорджией и криками, Эматла занимал место среди вождей в совете и оказывал на них значительное влияние. На Хатчечабби хитчити опять столкнулись с посягательством со стороны белых, стремившихся выселить оттуда криков. По условиям печально известного договора от 1825 года, подписанного Уильямом Макинтошем, крики потеряли 7 000 акров своей земли на западной границе с Джорджией в 1826 году. Договор 1832 года, заключенный в Вашингтоне и подписанный верхними криками, привел к тому, что из-за мошенничества и спекуляций индейцы потеряли большое количество земли и своего имущества, в результате чего многие остались без крова.
Алабама расширила свои законы относительно криков и поставило их правительство вне закона. Белые негодяи пришедшие на земли индейцев разрушали их культуру, воровали имущество, спаивали и совершали другие преступления, поставив многих криков на грань голодной смерти.

Растущая напряженность между криками и белыми разразилась войной в 1836 году. Так называемую войну криков 1836 года возглавили хитчити, к которым присоединились ючи, юфала, чиаха и касита. Основными лидерами войны стали Энеа Микко, вождь хитчити, Джим Генри и Энеа Эматла, последние два вождя были главными стратегами. Эта война стала очередной попыткой сохранить родные земли хитчити. Индейцы совершали рейды на фермы и города, убивая белых и сжигая их дома в Алабаме и Джорджии. К середине июля 1836 года армейские силы под командованием генерала Томаса Джесупа и почти 2 000  криков "белые палки" таких вождей как Опотлейохола, Тастенагги Эматла (Джим Бой) и ряда других, смогли подвести под войной ее финальную черту. Города хитчити на Хатчечабби были разрушены, три лидера и их последователи пленены и подготовлены к незамедлительному выселению на запад. К сентябрю лидеры хитчити и большинство их последователей уже были на Индейской территории.

Из лагерей близ форта Митчелл и Таскджи 300 мужчин, включая 84-летнего Энео Эматла и Энео Микко, и еще совсем юных мальчишек, считавшиеся самыми «враждебными», в кандалах, скованных вместе, погнали по дороге в 90 миль в Монтгомери. Они вынуждены были влачиться за повозками с маленькими детьми, старыми женщинами и больными. Джим Генри был заключен в тюрьме Монтгомери, где он отбывал свой срок за убийства. Перед погрузкой на судно 15 криков попытались поднять бунт. Одного застрелили солдаты, второго они закололи штыками, еще один сам покончил с собой, некоторым удалось вырваться и бежать. Из Монтгомери 2 498 человек отправили на судне в Мобил, где 2 300 человек погрузили на пароход, направлявшийся в Новый Орлеан под надзором J. W. A. Sanford Emigrating Company. Оттуда пароходом их направили к Рок-Роу на Уайт-Ривер. Во время пути провалилась гнилая палуба, в результате чего один индеец погиб, а несколько других получило ранение. В ночь на 29 июля, в день их прибытия, в качестве последнего акта неповиновения ючи выскользнули из лагеря и скатили бочки их цепями в Уайт-Ривер в Арканзасе. Уже из Рок-Роу индейцам пришлось пешком добираться до Индейской территории. Им предоставили всего лишь 20 фургонов, большинству детей, старикам и немощным пришлось идти своим ходом. Колонна двигалась по ночам из-за невыносимой дневной жары. Они достигли форта Гибсон 3 сентября. Остальные «враждебные» индейцы находились еще в Алабаме, ожидая своей очереди. Люди были обессилены. Как «военнопленным» у них не было времени подготовиться к дороге. Те у кого были хоть какие-то пожитки вынуждены были тащить их на себе из Рок-Роу. У ючи не было с собой абсолютно ничего. Продукты которыми их кормили вызывали у индейцев дизентерию и диарею. Холера и понос унесли жизни 50 детей, также как и жизни других старых и больных людей. Энеа Эматла, несмотря на свой преклонный возраст пережил этот путь. В резервации он поставил своих людей под законы нижних криков. Никто не знает, как долго еще жил Энеа Эматла, по приблизительным подсчетам он умер в 1830-е гг.

Из речей Энеа Эматла на Моултри-Крик:

 

«Мой отец, мы выслушали послание нашего Великого Отца в Вашингтоне, который сжалился над его красными детьми, ох хочет научить нас говорить на бумаге так, как это делают дети белых людей. Что ж, очень хорошо знать все те вещи, которые знают белые люди, и правильно с их стороны, что они учат этому своих детей. Мы также учим наших детей по своему: мы учим их добывать пищу охотой и убивать врагов.
Но нет, мы не желаем тех школы, которые вы предлагаете нам. Мы хотим, чтобы наши дети оставались такими, какими их создал Великий Дух и их отцы-индейцами. Великий Дух создал разные виды людей и дал им отдельные страны для жизни и каждому он дал знания, которые подходят для его условий обитания. Это не наш путь изменять замысел Великой Тайны Жизни. Если вы создадите школы и научите наших детей знаниям белого человека, они перестанут быть индейцами. Великий Дух не желает никаких изменений в его красных детях. Они хороши такие, какими он сотворил их; если белый человек попытается сделать их лучше-он испортит их».


“Отец, мы думаем над твоим предложением; но мы не желаем чтобы наши дети постигали пути вашего народа.”

 

“Послушай, отец, я расскажу тебе о том, как Великий Дух создал людей и как он даровал людям разных цветов разные занятия, в которые мы все вовлечены. После того, как был создан мир в нем не было людей. Он был очень прекрасен; леса изобиловали дичью и фруктами: великие равнины были покрыты оленями, лосями и бизонами, а реки были полны рыбы; здесь было много медведей, бобров и других жирных животных, но не было существа, который мог бы наслаждаться всем этим. И тогда Владыка Жизни сказал, мы сделаем человека. Так был сотворен человек; но когда он предстал перед своим Творцом, он был белым! Великий Дух был опечален: он лицезрел существо, созданное им, больное и слабое; тем не менее он сжалился над ним, он не стал его уничтожать и позволил белому человеку жить. Великий Дух попробовал еще раз, он был полон решимости сделать идеального человека; но в своем стремлении не повторить ошибки с белым человеком он ударился в другую крайность и когда второе существо предстало пред ним оно было черным! Великому Духу черный человек понравился еще меньше, чем белый и он отодвинул его в сторону, чтобы освободить место для третей попытки. Вот тогда-то Великий Дух и создал красного человека и красный человек доставил ему радость».

 

“Мой отец, послушай, я не все еще сказал тебе. Таким образом Великий Дух создал белого, черного и красного человека и опустил их на землю. Но здесь они были очень бедны. У них не было палаток, лошадей , не было инструментов для работы, не было капканов, ничего такого, чем можно было бы убить дичь. И вот однажды они увидели три ящика опускающиеся с неба. Ящики спускались очень медленно, но в конце концов достигли земли, а эти три бедных человека все стояли и смотрели на них, не зная, что же им делать. Тогда заговорил Великий Дух, он сказал: «Белый человек, ты бледен и слаб, но я сделал тебя первым, и дам тебе первому право на выбор; иди к ящикам, открой их и посмотри, что там, возьми себе тот, который тебе необходим для твоей доли». Белый человек открыл ящики, посмотрел в них и сказал: «Я возьму вот этот» . Ящик был полон перьями, чернилами, бумагой, компасами и всеми теми вещами, которые вы используете сейчас. Великий Дух вновь заговорил, он сказал: «Черный человек, хотя я и сделал тебя вторым, но ты мне не нравишься. Ты можешь отойти в сторону. Красный человек мой любимец, он должен выйти вперед и сделать следующий выбор; красный человек, выбери себе те вещи, которые тебе нужны в этом мире». Красный человек смело ступил вперед и выбрал ящик который был полон томагавками, ножами, палицами, ловушками и прочими вещами, которые используются для войны и для охоты. Великий Дух рассмеялся, когда увидел то, какой достойный выбор сделал его любимец. Затем он сказал негру: «Ты можешь взять то, что осталось, ступай и забери свой ящик». Ящик был наполнен топорами и мотыгами, ведрами, чтобы носить воду, длинными кнутами, чтобы управлять волами, в целом, это означало, что черный человек должен работать и на белого и на красного человека. И это было так до сих пор».

 

“Отец, мы не хотим изменений; нам не нужны школы и учения белого человека. Владыка Жизни знает, что лучше для его детей. Мы всем довольны. Оставь нас в покое».

 

Перевод: Александр *Два Волка*. Редакция текста: Erica Schwarz. При использовании материала ссылка на сайт обязательна.

София Элис Каллахан

 "Давайте помолимся, братья и сестры, что Господь откроет Конгрессу и гражданам США глаза, чтобы они изменили свое отношение к презираемой красной расе и отвратили зло, которое неминуемо придет, если они будут по-прежнему плохо обращаться с индейцами".

Книга Софии Элис Каллахан «Винема: дитя леса» (Wynema: A Child of the Forest (1891)) стала первым романом, вышедшим из-под пера индейской женщины.

 

София Элис Каллахан (Sophia Alice Callahan) родилась 1 января 1868 года в Техасе, и ее детство прошло в Сульфур-Спрингс. Отец Элис, Самюэль Бентон, был на одну восьмую маскоги-крик, мать звали Сара Элизабет Торнберг Каллахан. Дедушка по отцовской линии умер на печально-известной «Тропе слез» в 1830 году, Самюэлю исполнилось тогда три года, и он был принят в качестве члена нации криков. Когда началась Гражданская война, их торговый пост и дом на Индейской территории были разрушены. Как и большинство видных криков, отец Каллахан был убежденным сторонником Конфедерации и служил в армии в чине капитана, а затем вынужден был бежать в Техас. До того, как семья Каллахан вновь вернулась на Индейскую территорию в 1885 году, Самюэль работал редактором газеты в Сульфур-Спрингс. Вернувшись, Самюэль Бентон построил ранчо в Окмулги, стал видным политиком, редактором «Indian Journal», и служил в качестве суперинтенданта в школе-интернате Веалака. Несмотря на то, что он терпел время от времени финансовые неудачи, его семья оставалась в числе довольно обеспеченных криков. В 1887 году Самюэль отправил свою дочь учиться в Уэслианский женский институт в Стонтоне, Вирджиния. Спустя 10 месяцев она вернулась и стала преподавать в Харрельском международном институте (средняя методистская школа) и в школе-интернате Веалака. Помимо этого, Каллахан работала редактором газеты «Our Brother in Red», издаваемой в Маскоги. Во время работы она закончила свой роман о Винеме, который был опубликован в 1891 году. Роман повествует о любви Винемы Харжо, индейской девушки из племени крик, и ее методистского учителя Женевьева Вейра. Вейр при помощи девушки узнает о традициях ее народа, таких, как Праздник зеленой кукурузы, обряде захоронения и так далее. Помимо романтических отношений, в романе прослеживается четкая линия трансформации Винемы от традиций криков к хорошо говорящей, образованной девушке, способной занять свое место в белом обществе. Тем самым Каллахан хотела показать, как индейцы могут быть «цивилизованы» под воздействием мейнстрима. Как и многие писательницы своего времени, Каллахан использовала образ своей героини, чтобы обсудить политические и социальные вопросы. В частности, Винема изучает права женщин и движения за трезвость, оба из которых поддерживает. Роман не обошел стороной положение криков, включая нецелевое использование племенных фондов и кампании правительства США по разделению земель на отдельные участки. Финалом книги стали размышления о трагических событиях на Вундед-Ни в 1891 году. При написании книги Каллхан надеялась привлечь внимание к бедственному положению всех американских индейцев.
Однако ее произведение не привлекло к себе внимания литературной прессы. Не известно, как отреагировала на это сама писательница, но она поставила перед собой цель продолжить дальнейшее обучение. Каллахан планировала вернуться в Уэслианский женский институт, закончить его и открыть собственную школу для индейцев криков. Однако этим планам не суждено было сбыться. Она заболела и умерла от плеврита 7 января 1894 года в возрасте двадцати шести лет. Некролог в методистском журнале отметил ее, как прекрасного педагога с «литературным складом ума».
Роман Софии Элис Каллахан «Винема: дитя леса» был переиздан в 1997 году.

 

Перевод: Александр *Два Волка*. Редакция текста: W.R. При использовании материала ссылка на сайт обязательна.

Мали Фрэнсис

В марте 1818 года на берегах Уакулла-Ривер, нынешний округ Уакулла, Флорида, произошел интересный случай. Юная индеанка по имени Мали Фрэнсис, дочь пророка-крика, в разгар Первой семинольской войны спасла жизнь джорджскому ополченцу Дункану Маккриммону.

 

 Мали «Милли» Фрэнсис (Malee "Milly" Francis) родилась ок. 1802 года в деревне верхних криков на территории нынешней Алабамы. Ее отец Джозайя Фрэнсис, или Хиллис Хаджо, был преуспевающим фермером и лидером среди «красных палок». Опасаясь, что белые поселенцы отнимут его родные земли, Джозайя поддержал Текумсе и Тенскватаву, которые пытались объединить племена, чтобы вместе противостоять вторжению евро-американцев на индейские земли. Из-за подобных политических взглядов и его учений американцы стали называть Джозайя Фрэнсиса пророком.
Во время крикской войны 1813-1814 года Джозайя Фрэнсис трижды водил воинов в сражения. 27 марта 1814 года восточнее современного Александер-Сити, Алабама, произошла битва на реке Таллапуса, у излучины Хорсшу-Бэнд. Эндрю Джексон с силами в 2 000 человек, состоявшими из белых добровольцев, чероки, чокто и криков "вождистов", обнаружил укрепление криков "красные палки" вождя Менева, численностью от 800 до 1 000 человек. Джексон атаковал деревню Топека, которая вместе с оборонительными сооружениями занимала площадь в 100 акров. Деревянные укрепления "красных палок" были подожжены. В результате сражения от «красных палок» осталось лишь 50 человек, в плен взято 300 женщин и детей. Потери Джексона составили: 49 солдат убитыми и 157 было ранено, 23 воина убито и 47 ранено. Поражение у излучины Хорсшу-Бэнд привело к подписанию договора от 9 августа 1814 года, по условиям которого крики передали США 23 мл. акра своей земли.
Позже, во время переселения чероки, Тсунулахунска, спасший жизнь президенту Джексону у Хорсшу-Бэнд, со слезами на глазах скажет: "Господи, если бы в сражении у Лошадиной Подковы я знал то, что знаю теперь, история Америки пошла бы другим путем".
Джозайя, вместе дочерьми Мали и Эрл и женой Ханной Мониак, после Хорсшу-Бэнд удалось уйти во Флориду, которая тогда считалась территорией Испании. Вооружаемые британцами, крики продолжали сражаться с Джексоном и его солдатами. Сторонники Фрэнсиса поселились на реке Уакулла, построив здесь новые дома и посадив кукурузу. Сам Джозайя Фрэнсис отправился в Англию, чтобы просить помочь его людям. Когда он вернулся в 1817, война все еще продолжалась и была далека от своего завершения. Серия инцидентов привела к Первой семинольской войне, когда армия США атаковала деревню криков на Фоултаун, близ нынешнего Бейнбриджа, Джорджия. Фрэнсис и его сторонники приняли участие в нескольких сражениях, по-прежнему надеясь на помощь британцев. В 1818 году Эндрю Джексон, преследуя семинолов на территории испанской Флориды, атаковал и захватил испанские форты, которые, по его мнению, поддерживали рейды индейцев на американскую территорию. Испанцы попросили вмешаться британцев, но Англия ответила отказом. На Апалачикола-Ривер, на месте разрушенного форта Нигро, американцы возвели форт Гадсден, где крики и захватили в плен капитана Дункана Маккриммона, осматривавшего новые места.
Дункан Маккриммон (Макриммон), выходец из шотландской семьи, некогда обосновавшейся в Джорджии, проживал в Миллиджвилле. Его доставили в лагерь криков на Уакулла, где допросили, выясняя силы Джексона и его планы, а после решили казнить. Казнь Маккриммона решили предоставить одному воину, принимавшему участие в его пленении, который потерял в ходе войны двух своих сестер. По обычаю, он должен был отомстить за их смерть. Мали, совсем еще юная девушка, когда осознала, что происходит, стала просить отца сохранить жизнь капитану, однако Фрэнсис ответил ей, что он не может стать над обычаем, но посоветовал поговорить об этом с воином, который собирался убить Дункана.
Она так и поступила, обратившись к тому с мольбами, убеждая его, что смерть американца не вернет к жизни его сестер. Воин согласился с доводами девушки, и Маккриммона приняли в племя.
Многие историки и антропологи считают, что жизни капитана на самом деле ничего не угрожало, он всего лишь проходил обряд, в котором символическое «спасение» давало понять, что он принят как член племени.
Маккриммона передали испанцам в флот Сан-Маркос, откуда спустя несколько дней он был вызволен американскими силами.
6 апреля 1818 Джозайя схватили моряки военного судна «Томас Шилдс», появившегося у Сент-Маркос. Эндрю Джексон захватил форт вместе с его испанским гарнизоном. Без суда и следствия Джозайя Фрэнсиса вместе с другим вождем «красных палок» Хоматлемико повесили. Мали видела, как был повешен ее отец. Отчаявшаяся группа голодных женщин и детей сдалась американцам. Их разместили в форте Гадсден. Маккриммон разыскал Мали; он принес крикам еду и попросил солдат учтиво относится к пленным. Легенда гласит, что он даже просил выйти девушку за него замуж, но, подозревая, что предложение было сделано только из чувства долга, Мали отказала ему. В других легендах они все же поженились и жили на Суонни-Ривер. Однако это все - легенды.
Вместе с матерью и сестрой Мали пришлось пешком возвращаться в Алабаму к крикам. К этому времени газеты США в ярких красках уже описывали историю «новой Покахонтас», и люди начали присылать деньги, чтобы помочь выжить ей и ее семье. Мали вышла замуж за воина-крика, который умер от лихорадки в 1836 году. Вместе с остальными тукабатчи женщине пришлось пройти «Тропой слез» на Индейскую территорию, где она поселилась вместе с детьми в форте Гибсон в 1838 году в жалкой лачуге на южной стороне Арканзас-Ривер, в двух-трех милях от Гранд-Ривер. Там Мали влачила жалкое существование. Чиновники безжалостно обворовывали индейцев. Подполковник Этан Аллен Хичкок, когда услышал из ее уст историю спасения капитана Маккриммона, написал в Вашингтон в 1842 году, пытаясь хоть как-то облегчить ее положение. В 1844 году Конгресс США одобрил выделение пенсии для «Милли, женщины-крик» в 96 долларов в год, а также постановил наградить ее «Медалью Чести» за спасение жизни американского военнослужащего. Но Мали, «благочестивая христианка, прихожанка баптистской церкви», проживавшая с двумя сыновьями и дочерью, так и не дождалась ни пенсии, ни награды. Она умерла от туберкулеза 19 мая 1848 года.

 

Перевод: Александр *Два Волка*. Редакция текста: W.R. При перепечатке и публикации ссылка на сайт обязательна.

Большой Воин

 Большой Воин (Big Warrior), или Тустанаги Тлукко (Tustanagee Thlucco; на языке маскоги Тустанаги Ракке (Tvstanagi Rakkē), где ракке - «воин»), был главенствующим вождем криков. Имя Тустанаги Тлукко - это воинский титул, «великий воин», даваемый возглавлявшему воинов города. Других имен Большого Воина не записано. Он был из города Тукабатчи, Алабама, где родился примерно в 1760 году. Отцом Большого Воина был пианкашо, а мать - тукабатчи. О ранних годах Большого Воина ничего не известно. Примерно в 1785 году он женился на брошенной жене Эфы Хаджо (Efa Hadjo),  поскольку Тукенеа (Tuckenea), его старший сын, был человеком дела в 1810 году. Первая запись о нем относится к 29 июню 1796 года, когда было заключен договор Колерана, Джорджия; его следующее появление отмечено при заключении договора форта Уилкинсон, Джорджия, 16 июня 1802 года. Спустя тринадцать дней после заключения этого договора, на договорной основе, Эфа Хаджо, оратор и первый вождь, отказался от своего положения в пользу Микко Хопое (Micco Hopoie), и место национального совета было перенесено из Тукабатчи в Хикори-Граунд. Из-за отсутствия записей невозможно определить, в каком году Большой Воин стал оратором верхних криков. Вероятно, это было в 1812 году, после смерти Эфы Хаджо. По его занятию этой должности, Тукабатчи, кажется, вновь стал национальной столицей. 

В 1810 году или около того шотландец из Пенсаколы прибыл в Тукабатчи и провел некоторое время с Большим Воином, ведя с ним беседы при помощи чернокожего переводчика, принадлежавшего вождю Тукабатчи. О чем они говорили - неизвестно, за исключением того, что во время этого визита шотландец спросил Уильяма Уэзерфорда, который был тогда в Тукабатчи, о численности воинов, которых могут выставить крики. Вскоре после того, как шотландец оставил криков, Тукенеа, сын Большого Воина, отправился с группой на север и посетил шауни и некоторые другие племена. Он вернулся летом 1811 года. Осенью того же года в Тукабатчи с группой шауни прибыл Текумсе. 

В начале 19 века мистик шауни Тенскватава пророчил новый день для красного человека. Утверждая, что говорит голосом Великого Отца, он заявил, что тот создал индейцев как своих собственных детей. Американцы же «не мои дети, они дети злого духа. Они появились из пены великой воды, когда та была взбудоражена злым духом и гонима  в леса сильным восточным ветром. Их много, но я их ненавижу. Они несправедливы, они забрали ваши земли, которые были созданы не для них».  Но индейцы отбросили свою чистоту жизни и приняли пути этих презренных белых людей. Великий Отец, будучи недоволен этим, наказал своих детей, спрятав дичь из леса  в земле, заставляя племена голодать. Чтобы восстановить благосклонность Великого Отца и вернуть дичь в охотничьи угодья, индейцы должны выбросить оружие, одежду, огненную воду и манеры белых. Они должны вернуться к старому образу жизни и принять новые песни и танцы, которые дал им пророк шауни. Иначе те индейцы, кто не верит ему, будут уничтожены вместе с белыми. Религиозная политика Тенскватавы послужила основой для политической программы его брата, Текумсе.

 

Возможно, что визит шотландца, посещение Тукенеа шауни и прибытие Текумсе в Тукабатчи были связаны друг с другом. Вскоре после того, как шауни прибыли в Тукабатчи, состоялся совет, на котором Текумсе призвал криков выступить против американцев. Он обещал, что его друзья-англичане в Канаде помогут индейцам. Во время своего пребывания среди криков Текумсе неоднократно пытался отвратить Большого Воина от американцев, к коим тот проявлял дружеские отношения. Он не любил американцев и не доверял им, однако считал, что союз с ними выгоден для криков. Даже Уильям Уэзерфорд, позже ставший лидером антиамериканской фракции, как говорят, выступил против шауни. С другой стороны, многие из тех, кто выступал против нововведений Бенджамина Хокинса, а также многие из молодого поколения с интересом смотрели на Текумсе. Появившаяся группа криков «пророков» выступила против плана цивилизации, отстаивая прежний образ жизни и обещая людям, что скоро придет то время, когда «вместо говядины и бекона у них будет оленина, а вместо цыплят они будут  есть индейку». Они начали практиковать новую религию от Тенскватавы и танцевать «танцы индейцев озер». Поскольку главы криков не одобряли это, все проходило втайне. Культ пророков медленно, исподтишка разрастался в течение примерно полутора года.  К тому времени, когда была объявлена война между Соединенными Штатами и Великобританией,  преданные пророкам были готовы продемонстрировать свою силу через серию убийств.  Так, весной 1812 года было убито двое белых, путешествоваших по землям криков. Возвращаясь из Канады, где крики беседовали с англичанами и Текумсе, Маленький Воин и его люди напали на небольшое поселение в устье Дак-Ривер, убив несколько человек и взяв в плен миссис Марту Кроули. Это событие всколыхнуло весь фронтир. Вилли Блаунт, губернатор Теннеси, потребовал, чтобы федеральное правительство провело карательную экспедицию против маскоги. Эндрю Джексон с нетерпением смотрел в сторону кампании, в то время как пресса Теннесси также жаждала крови красных. По настоянию Хокинса, Маленький Воин и его группа была казнена. США не стали посылать армию против криков, однако штат Теннеси остался недоволен. Желание мести и защита границы не были единственными мотивами заговора штата.  Люди из Теннесси мечтали дополнить маршрут Миссисипи к побережью Мексиканского залива более прямым, через верховья Теннесси, Куса-Ривер, Алахама-Ривер и залив Мобил. Некоторые из лучших сельскохозяйственных угодий верхних криков лежали вдоль этого маршрута. На востоке Джорджия также становилась неспокойной из-за пограничных грабежей. Все это предрекало страшные дни для нации криков и их агента. Большой Воин, который в это время был, безусловно, оратором верхних криков, сделал все возможное, чтобы побудить вражеских вождей перейти на сторону федерального правительства. Он отправил своего человека к алабама, которые были самыми непримиримыми врагами верхних криков.  Но все усилия Большого Воина по отношению к умиротворению «враждебных» элементов были бесполезны с их точки зрения, поскольку он, в основном, сыграл важную роль в казни Маленького Воина. За это Большой Воин и шесть других вождей были приговорены к смерти на совете про-военной фракции. 

Изначально волею судеб земли криков оказались между соперничающими силами белых. Эти «оспариваемые земли» находились в нынешней южной и западной Джорджии и на востоке Алабамы. Вначале испанская Флорида была на юге, а английская Каролина на севере. Каждая колония стремилась перетянуть криков на свою сторону. Испанцы построили миссии и предложили индейцам христианство, в то время как англичане построили торговые посты и предложили им товары по низким ценам. Большая часть криков приняла более житейское из двух благословений, то есть подружились с англичанами. Затем вмешались французы, пытаясь отвадить криков от англичан, но их усилия не увенчались особым успехом.  Благодаря этому альянсу с индейцами английские колонисты смогли получить преимущество над двумя другими державами.

 

Тем не менее, крики всегда были готовы обратиться к Испании или Франции, если британцы станут злоупотреблять их дружбой. По этой причине индейцы, как правило, могли заключать довольно хорошие сделки. С другой стороны, крики принимали участие в конфликтах этих белых народов, жертвуя своими людьми. Кульминация британского успеха была достигнута в 1763 году, в конце французско-индейской войны, когда Великобритания получила всю Северную Америку к востоку от Миссисипи, включая Флориду. В течение приблизительно двадцати лет у криков были соседями только англичане. Во многом благодаря усилиям шотландско-французского крика «метиса» Александра Макгилливрея, крики оставались верными Англии во время войны за независимость. И сохраняли эту верность только для того, чтобы в конце войны понять, что англичане бросили их. Испания снова овладела южными границами, а на севере и востоке появились Соединенные Штаты. Крики под руководством Макгилливрея максимально использовали соперничество между Испанией и Соединенными Штатами. Метис, мастер интриг, добивался и получил защиту Испании, обеспечив торговлю всем крикам для шотландской компании по испанской лицензии. Поскольку крики стали почти полностью полагаться на товары белых, Макгилливрей установил свою диктатуру над ними на основе торговли. Он сплотил крикскую конфедерацию городов в объединенную нацию. Война шла с торговцами и поселенцами Джорджии, но Соединенные Штаты, наконец, убедили Макгиллеврея подписать договор. Этот договор Нью-Йорка (1790) не положил конец союзу с Испанией. Его польза для индейцев заключалась в сдерживании враждебности со стороны США. Английские торговцы с Багамских островов, представленные Уильямом Августом Боулесом, теперь начали «пытаться сохранить земли, которые английские дипломаты оставили в 1783 году». Боулес почти преуспел в том, чтобы узурпировать место Макгилливрея, прежде чем его предали в руки Испании и отправили в Гавану. Он умер, отказавшись от еды, в испанской тюрьме Морро-Кастл. Боулес показал, что крики не совсем забыли о своей прежней дружбе с Великобританией. Несмотря на все усилия Боулеса, Макгилливрей сохранил свое лидерство под защитой Испании до 1793 года. Его смерть в том же году открыла путь для первого эффективного участия США в делах криков.

Восстание «красных палок» было  лишь пенистой поверхностью, вызванной гораздо более глубокими волнениями в водах недовольства криков. Поводом для этих волнений стало постепенное увеличение доминирования Соединенных Штатов над нацией криков. Отношения криков с англо-американцами складывались двойственно. С одной стороны, это давало им те же инструменты, оружие и знания, которыми обладали белые люди, что позволяло крикам лучше конкурировать с ними. С другой стороны - способствовало росту белых сообществ со всех сторон, угрожавших вытеснением индейцев с их земель и концом самого существования.

 

Договор Нью-Йорка и последующие договоры между криками и Соединенными Штатами предусматривали, что последний должен распространить домашних животных и орудия цивилизации среди индейцев с целью превращения их в фермеров вместо охотников. В 1796 году Бенджамин Хокинс из Северной Каролины был отправлен в качестве агента к южным индейцам, и одной из его основных задач являлось выполнение этого положения договора. Длительные взаимоотношения криков с белыми людьми уже дали им больше, чем просто вкус европейской культуры. Индейцы привыкли использовать ткань, оружие, боеприпасы и другие предметы цивилизованного производства. Макгилливрей и другие полукровки, а также белые торговцы, жившие среди криков, владели плантациями, на которых работали чернокожие рабы. Хокинс дополнил эти достижения еще многими нововведениями. Он поощрял разведения скота среди криков. Много рогатого скота было распространено во время Революции; индейцы быстро оценили перспективы разведения крупнорогатого скота. Страна была хорошим пастбищем как летом, так и зимой, и торговля скотом приносила хорошую прибыль. Агенты получили возможность покупать скот в стране криков, чтобы индейцы могли продать свои излишки. К тому же исчезновение дичи стало еще одной причиной, по которой индейцы обратились к животноводству. В каждом городе стали разводить крупнорогатый скот. Сельское хозяйство не продвигалось так быстро, как животноводство. Кукуруза и овощи являлись, пожалуй, наиболее важными культурами; и было еще несколько садов персиковых деревьев и небольшие плантации хлопка. Индейские города располагались поблизости друг к другу, и земля вокруг них была истощена, поэтому  Хокинс поощрял криков поселиться в деревнях на новых землях. Если заявление Хокинса - не преувеличение, то к 1812 году девять десятых нижних криков покинули старые города и поселились на новых землях. Хокинс также поощрял использование плуга. Производство тканей поощрялось предоставлением прядильных колес, ткацких станков и т.д., и женщины-крики могли учиться у белых женщин плетению и ткачеству. 

Были также созданы два кузнечных магазина: один - для верхних, а другой - для нижних криков. Они занимались ремонтом и производством товаров для индейцев. Чтобы укрепить дружбу с индейцами, правительство США стало заниматься с ними торговлей. «Фактории» для криков были созданы в форте Хокинс на реке Оукмульге и в Сент-Стивенсе, недалеко от Мобил. Таким образом, была осуществлена попытка разрушить бывшую шотландско-испанскую монополию. То, что удалось сделать США, было связано со смертью Макгилливрея. Из-за транспортных трудностей правительственные фактории среди южных индейцев обычно несли затраты. Со смертью Макгилливрея Конфедерация криков лишилась сильной централизованной власти, и Хокинс попытался исправить это. Вожди приняли его план, предусматривавший ежегодный совет, состоявший из представителей каждого города. Совет избрал определенных национальных должностных лиц и обсудил внешние отношения и вопросы, имеющие важное значение для всей нации, а также рекомендации и предложения агента. 

Совет получил определенные судебные полномочия, но агент установил особый суд для рассмотрения дел с участием белых мужчин. Очевидно, что Хокинс намеревался связать Конфедерацию криков в однородную единицу, состоящую из почти равных городов, но прежнее разделение на верхних криков и нижних криков продолжалось, и Тукабатчи оставался доминирующим городом верхних, а Ковета - нижних криков. Несмотря на это, реформы Хокинса сделали правительство криков более систематическим и стабильным, чем раньше. Но у этих нововведений нашлись и противники, которые выступали против «плана цивилизации» Хокинса. 

 Агентство находилось на Флинт-Ривер, среди нижних криков, поэтому Хокинс имел на них большее влияние, нежели на верхних криков, хотя это не имело никакого отношения к разделению фракций в 1813 году. Если бы «план цивилизации» продвигался так быстро, как того желал Хокинс, возможно, крики смогли бы выдержать давление белых. Однако белый фронтир наступал гораздо быстрее. Победителями стали англо-американские пионеры с их неутомимой жаждой заполучить землю.

После Революции средняя и северная часть Джорджии быстро были заселены пионерами-фермерами из Каролины и плантаторами из Вирджинии, искавшие новые земли под табак. В 1800 году население Джорджии насчитывало 55 000 человек. Десять лет спустя их было уже 69 000 человек, а 6 700 поселились на приобретенных у индейцев землях. Дальнейшее строительство поселений заставляло криков понемногу отказываться от своих земель. В 1790 году федеральное правительство обеспечило участок земли для Джорджии. В 1802 году Джорджия отказалась от претензий к Соединенным Штатам на территории между реками Чаттаточи и Миссисипи в обмен на обязательство федерального правительства уладить мирными методами индейские претензии на земли, оставшиеся у Джорджии. В соответствии с этим, в 1802 и 1805 годах с криками были заключены договора, по которым Джорджия получила больше земли. В целом Джорджия была удовлетворена, а крики получили десятилетнюю передышку от дальнейшей назойливости. Джорджия была не единственной, кто давил на криков. Долгое время поселения проходили вокруг Мобайл как на испанской территории, так и на территории Соединенных Штатов. В договоре 1805 года было предусмотрено, что лошадиный путь должен быть выведен из Джорджии в Мобайл. Иммигранты из восточных штатов начали стекаться в Мобайл, в результате чего население там увеличилось с 1 250 человек в 1800 году до 4 300 в 1810 году. В следующем году путь был превращен в дорогу для караванов, и объем западного передвижения значительно увеличился. В 1810 году 4 000 человек из Теннеси находились неподалеку от Хантсвилла, территория Миссисипи. На всех границах с криками - восточнее, юго-западнее и северо-западнее - находилось в общей сложности 85 487 белых и черных представителей англо-американской цивилизации. Криков же насчитывалось лишь 17 500 или, самое большее, 20 000 человек. Неудивительно, что вожди беспокоились за свои родные земли. Они неоднократно выступали против представителей Соединенных Штатов и против посягательств со стороны белых людей.

 

Главы городов, расположенных близ границы с Джорджией, жаловались, что белые испортили мораль индейской молодежи. Американцы охотились на землях криков без разрешения и скармливали скоту медвежий корм, таким образом уничтожая основные средства существования индейцев. Когда крики разрешали белым пасти скот на их землях, любая заблудившаяся корова тут же служила поводом для обвинения индейцев в воровстве. Леса вырубались, а ручьи были заставлены ловушками для рыб. Крики жаловались, что белые очищают и разрабатывают землю на их территории, и правительство США было предупреждено о том, что если они не будут удалены, крики будут считать все их имущество своей собственностью. На протяжении многих лет до 1812 года происходили убийства и мародерство как со стороны американцев, так и со стороны индейцев.

Американцы фронтира считали, что криков против них настраивали англичане и испанцы. Этим американцам пришлось бы столкнуться со значительными проблемами, если бы они попытались доказать существование каких-либо глубоко укоренившихся планов любой из сторон. Политика народов обеих стран заключалась в том, чтобы развивать дружеские торговые отношения с индейцами, которые не нуждались в поощрении ненависти к США, поскольку достаточно уже пострадали от этой власти. Следовательно, если бы индейцы решили пойти по пути войны, они, естественно, обратились бы за помощью к своим друзьям - англичанам в Канаде или испанцам во Флориде. 

 

До войны 1812 года правительство Канады осознало, что враждебность между США и индейцами в лучшем случае увеличит подозрительность со стороны американцев, а в худшем - может вовлечь Великобританию в войну. По этой причине они предприняли некоторые попытки отговорить северо-западных индейцев от нападения на американскую границу. Предположительно, такая же политика была применима и к южным племенам.Несмотря на жесты канадского правительства, шауни из района Великих озер убеждали криков, что они смогут получить помощь от англичан в войне против американцев. Более того, ранее существовавшие длительные отношения между криками и англичанами, несомненно, укрепили надежду индейцев на помощь. У испанцев были достаточные основания опасаться англо-американцев, поскольку эти «сокровенные соседи» уже пытались вытолкнуть их в Мексиканский залив. Крики понимали это. Связи между криками и испанцами были еще более длительными, чем с англичанами, поэтому, когда началась Война "красных палок", анти-американские партизаны среди индейцев попросили Испанию присоединиться к ним. Правительство Флориды, особенно в раннем периоде, который мы рассматриваем, было вынуждено согласиться с предоставлением крикам обычных подарков и моральной поддержки против США. 

Важным моментом в отношении иностранной поддержки было то, что ожидание помощи от англичан или испанцев дало фракции криков, враждебной к Соединенным Штатам, столько уверенности, как если бы эта помощь была фактически получена. От испанцев индейцы получили лишь незначительную помощь, а от англичан не получили ничего.

Хокинс твердо верил в способности и желания криков жить в гармонии со своими белыми соседями. Но пограничники думали иначе. Они обвиняли агента в пренебрежении служебным положением и попытке усыпить их чувство безопасности, рассказывая о жестокости, творимой криками, и с каждым пересказом эти деяния становились все ужаснее и ужаснее. Большинство обвинений против Хокинса были ложными. Он старался сохранить нормальный баланс в индейских делах, пытаясь помешать белым посягать на индейские права, но в то же время убеждал криков в необходимости жить в дружбе с американцами и наказывать виновных в злодеяниях. Вожди, как и Хокинс, прекрасно понимали, что их безопасность зависела от мира с американцами. Когда началась война 1812 года, национальный совет решил оставаться нейтральным и готовить умы молодежи к дружелюбию. Но тем не менее происходившие со всех сторон события сводили усилия вождей на нет. Федеральное правительство, казалось им, было безразличным и неспособным выплатить аннуитеты в товарах и деньгах, как было обещано в договорах 1812, 1813 и 1814 годов. В Восточной Флориде семинолы помогали испанцам бороться с флибустьерской экспедиции из Джорджии. Это, несомненно, выставляло в дурном свете криков. Делегация криков пыталась убедить семинолов воздержаться от участия в конфликтах между белыми, но их миссия лишь частично принесла свои плоды. Южную границу продолжали нарушать, и в январе 1813 года Хокинс отметил, что деятельность американцев в Восточной Флориде компрометирует абсолютно все. 

Вожди встретили самое сильное сопротивление относительно наказания убийц. Правосудие вершилось советом вождей, который отправлял воинов выследить, убить или схватить тех, кто был признан виновным. Как правило, смертная казнь приводилась в исполнение на месте, поскольку индейцы предпочитали сражаться, нежели просто сдаться. За двух белых было убито четверо криков; за возмущение в Теннеси еще восемь заплатили штраф; за убийство в Огайо было убито одиннадцать криков, включая Маленького Воина. Вожди и Хокинс думали, что таким образом они смогут удержать криков от дальнейшего совершения подобных поступков, но вместо этого они подлили масло в огонь, разжигая ненависть среди последователей пророков и родственников тех, кто был казнен. Вожди вынуждены были признать, что, когда Текумсе и его шауни были среди криков, «некоторые из наших глупцов поверили их глупым словам».  Поверив индейцам Великих озер, которые обещали, что оружие будет доставлено крикам в Пенсаколу, если они присоединятся к англичанам, последователи пророков восстали, чтобы отомстить.

Нация маскогов быстро разделилась на два враждебных лагеря. Тех, кто был дружелюбен к США, возглавляли большинство «старых» вождей - Большой Воин, Уильям Макинтош из Ковета, Александр Корнеллс, переводчик и вождь верхних криков, Маленький Принц, главенствующий вождь целой нации,  Тустунугги Хопай (Tustunnuggee Hopaie), оратор нижних криков, и другие. Эту фракцию можно назвать «вождисты». Более заметными членами оппозиционной фракции были пророк Фрэнсис, или Хиллис Хаджо (Hillis Hadjo); Уильям Уэзерфорд, полукровка, Питер МакКуин, торговец, полукровка и вождь Талласи и Хобохейлтле Микко (Hoboheilthle Micco), пожилой вождь, уже давно выступавший против американцев. Члены этой фракции бли названы «красными палками», а сам разразившийся конфликт вошел в историю как Война «красных палок». Их наименование происходило от индейского метода отсчета времени. Текумзе назначил день, когда крики должны восстать против белых. Были подготовлены связки палок, каждая связка содержала такое же количество палок, сколько дней оставалось до назначенного дня. Каждый день крики выбрасывали или ломали по палке, чтобы не ошибиться. Эти палки были окрашены красным цветом. По другой версии, Текумсе носил с собой красную палку или жезл, которой, как он утверждал, можно было творить чудеса. За исключением некоторых ючи, 16 городов нижних криков пошли за «вождистами». Верхние крики, находившиеся вдали от агентства, присоединились к «красным палкам». Они насчитывали двадцать девять городов и деревень, но пять верхних городов, в том числе - столица Тукабатчи, присоединились к «вождистам». Таким образом, большинство было на стороне «красных палок». Некоторые города старались сохранить нейтралитет, но в конечном итоге и они были вовлечены в войну. 

Последователи «красных палок» собрались на развилке рек Куса и Талапуса в июне 1813 года. После убийства некоторых воинов, которые участвовали в казни людей Маленького Воина, и сожжения дома одного из «вождистов» они заявили, что уничтожат Тукабатчи и Ковета, убъют Хокинса и всех вождей, которые выступали за американцев, а после возьмутся и за самих американцев. Пророки утверждали, что способны уничтожить американцев мягкой и вязкой землей, громом, молнией и землетрясениями. Та же участь постигнет и индейские города, которые не присоединятся к «красным палкам».

 Большой Воин возвел форт в Тукабатчи для себя и своих последователей, который наполнил провиантом. Здесь он выдерживал осаду «красных палок». Обе стороны были плохо вооружены, но у осадивших Тукабатчи было больше пороха. «Красные палки» начали уничтожать деревни, урожаи, убивать скот в стране верхних криков. Они уничтожали все, что было получено от американцев, пока две или три сотни воинов из Ковета и Куссета не пришли на помощь Большому Воину и не увели к нижним крикам в Ковета. Хокинс призвал их вернуться и дать бой врагам, но «вождисты» решили подождать помощи из Джорджии.

Большой Воин с самого начала проблем среди криков до прибытия в Ковета, несомненно, вел себя как храбрый и почетный мекко (вождь). Без страха он принимал участие в казни группы Маленького Воина и выполнял все свои обязанности в попытке успокоить большой «враждебный» элемент своего народа. Позже он отчаянно сопротивлялся «красным палкам» в своем форте, зная, что если он сдастся, пощады не будет никому.

Уничтожение имущества в Алабаме привело к тому, что много полукровок бежали в близлежащее поселение Томбигби. После осады Тукабатчи Питер Маккуин, лидер «красных палок», и около 350 его последователей отправились в Пенсаколу, где получили несколько ружей и боеприпасы. В американских поселениях знали об этом, а Сэм Манак, один из полукровок, заявил в Томбигби, что «красные палки» готовятся к атаке.

 Стремление ограбленных к мести и желание поселенцев защитить себя привели к тому, что около 180 ополченцев и полукровок поспешно собрались и приготовились атаковать Маккуина. «Красных палок» встретили на Бурн-Корн-Крик 27 июля 1813 года. Американцы разбили криков, которые бежали в близлежащие болота. Ополченцы  разграбили то, что они смогли найти. Увидев грабежи со стороны американцев, крики сгруппировались и ответили внезапным нападением, вынудив бежать уже американцев. После битвы на Бурн-Корн-Крик лидеры «красных палок» намеревались атаковать Ковета. Но впервые в их рядах  наметились разногласия. Семьи тех, кто погиб на Бурн-Корн-Крик, а также многие из тех, кто сражался там, заставили лидеров обратить внимание на полукровок и их белых союзников. Белые поселения к северу от Мобил были разбросаны по тонкой линии на семьдесят миль вверх и вниз по Алабама-Ривер. После первого намека на атаку со стороны криков поселенцы оставили свои фермы и собрались примерно в двадцати наспех построенных укреплениях. Генерал Ф. Л. Клэйборн, командовавший войсками территории Миссисипи, защищал эти «форты», сколько мог, назначая отряды ополченцев и добровольцев каждому из них. В форте Мимс на восточном берегу Алабамы находилось 550 человек - белых, черных и полукровок. 260 из них находились под началом майора Дэниеля Бисли, не верившего в возможность нападения, но приказавшего построить вторую оборонительную стену внутри частокола и перед главными воротами с восточной стороны крепости. 29 августа 1813 года крики укрылись в лесу и высокой траве на расстоянии шести миль от укрепления; в тот же день два раба-негра, пасшие скот за частоколом, сообщили майору, что индейцы рядом. Однако высланные Бисли разведчики никого не обнаружили. В полдень 30 августа разведчик Джеймс Корнеллс прискакал в форт и крикнул майору Бисли, что приближаются крики, но майор отказывался в это верить и приказал давать сигнал к обеду – стук барабана стал сигналом и для индейцев. Сотни войнов бросились на штурм.Через несколько минут первый частокол был взят, а майор Бисли смертельно ранен, после чего командование принял капитан добровольцев Диксон Бейли. К ночи участь Бисли разделили практически все, кто находился в форте Мимс. Участи быть убитым или плененным избежало лишь 36 человек. Большинство плененных были неграми, которые стали рабами индейцев. Несколькими днями позже «красные палки» Фрэнсиса совершили налет на развилку Алабамы и Томбигби. Они убили две белые семьи, но не смогли взять форт Синкефилд. Известие об этих нападениях вызвало панику среди поселенцев Алабамы. Мобил,  находящийся в руках Соединенных Штатов, вскоре был заполнен беженцами. Теперь крикам неизбежно приходилось иметь дело с армией США, о чем и преупреждал Уэзерфорд, но его оттеснили более радикальные лидеры. После резни религиозные руководители движения, похоже, полностью вышли из-под контроля политических руководителей. Пророки стали настоящими лидерами, появляющимися на каждом поле от форта Мимс до Хорсшу, чтобы работать со своей магией и дать воинам уверенность в сверхчеловеческой помощи. Хотя некоторые из них, возможно, немного скептически относились к пророкам, рядовые «красные палки» бросились в войну с фанатичной несдержанностью.

 

 Успехи побудили «красных палок» искать себе союзников. Колебавшимся верхним городам было передано, что теперь настал черед нижних криков. Мобил был взят американцами примерно за пять месяцев до этого. «Красные палки» предложили испанцам помочь вернуть его либо уничтожить в обмен на большее количество оружия и боеприпасов от Пенсаколы. Комендант Манрике сказал, что поможет индейцам с оружием, но от предлагаемой ими помощи отказался. Он все еще надеялся, что американцы вернут Мобил, поскольку он по праву принадлежит Испании, и посоветовал не сжигать его. Чокто и чероки также отказали в помощи «красным палкам» и остались дружественны США.  Получив известие о резне в форте Мимс Алабама, Теннесси, Джорджия и территория Миссисипи мгновенно встали под ружье. Казалось, «красные палки» обречены на быстрое поражение, однако более года 2 500 индейцев смогли противостоять 15 000 солдат. Силы США были разделены на четыре армии: две из Теннесси и по одной из Джорджии и территории Миссисипи. Относительно их сплоченности можно сказать: лучшее, что они делали, - не сражались друг с другом. Генерал Томас Пинкни разработал единый план кампании; но хаотическая система добровольческих сборов, неспособность снабжения и забота каждой армии о своих планах привели к тому, что война с «красными палками» была едва ли больше, чем серия рейдов против них. Армия Миссисипи сражалась с одной крупной группой криков, армия Джорджии с двумя, а Теннесси с шестью. Территориальные войска выиграли свою битву. Армия Джорджии победила в одном сражении, другое закончилось ничьей. Из шести сражений теннессианцев четыре были победами и две ничьей. Теннесси и Джорджия имели равный интерес к войне. Однако Джорджия сыграла второстепенную роль, поскольку была дальше от места операций «красных палок», чем Теннесси, и ее  войскам пришлось преодолевать более сложный маршрут. К тому же у Джорджии не было Эндрю Джексона. В ноябре один из городов «красных палок» Таллишатчи был разрушен армией Теннесси. Через пять дней эта же армия разгромила 1 000 «красных палок», которые осаждали Талледагу, город верхних криков, принадлежащий «вождистам». Битва при Талледага заставила колеблющийся город Хиллаби просить у Джексона дружбы.

Пока генерал вел переговоры с ними, подразделение восточной армии Теннесси обрушлось на ничего не подозревающий город и убило или захватило почти все население. Жители Хиллаби посчитали себя преданными. Оставшиеся в живых поспешили примкнуть к «красным палкам». 

«Вождисты» из Ковета стали совершать рейды против «красных палок». Так, Макинтош разрушил город вождя Хобохейлтле Микко и начал грабить в других частях территории верхних криков. «Красные палки» под его ударом укрепились в Ауттосси на Талапуса-Ривер в 20 милях от ее устья. Им была дана лишь кратковременная передышка, потому что запоздавшая армия Джорджии под командованием генерала Флойда в сопровождении индейцев Макинтоша уже 29 ноября 1813 года штурмовала это место. После сожжения города Флойд вернулся на свою базу. Вскоре после этого была уничтожена главная крепость «красных палок» в западной части. Этот город был построен в начале войны.  Индейцы были очарованы этим местом, в котором не мог отважиться жить белый человек; отсюда и его название - Святая Земля. Несмотря на священную природу этого места, город оказался таким же уязвимым для огня и меча, как и любой другой город, когда миссисипцы Клэйборна, поддерживаемые чокто Пушматахи, штурмовали его. Далее последовал период более удачный для «красных палок». Под руководством Уэзерфорда они атаковали армию Флойда на болоте Калаби в начале 1814 года. Атака была отбита, но армия Джорджии понесла такой урон, что вынуждена была уйти из индейской страны. Точные цифры потерь армии Флойда не определены: от 17 до 22 убитых, от 132 до 147 раненых. По оценке Флойда, «красные палки» потеряли 37 человек. Все города «красных палок» возле лагеря Джексона были заброшены, и солдаты сосредоточились на нижнем Талапусе. 21 января 1814 года у Эмукфау-Крик теннессианцы и их союзники крики и чероки, направляясь туда, были атакованы «красными палками». Нападавших разгромили, но Джексон повернул к своей базе. На следующий день «красные палки» атаковали, когда отступающая колонна пересекала Энотачопко-Крик. Джексон был доволен результатами этих боев, равно как и крики, которые хвастали, что дали взбучку капитану Джексону и гнали его до Куса-Ривер. Их радость продолжалась всего два месяца. На полуострове, образованном меандром реки Талапуса, ряд верхних городов собрал свои силы. За бревенчатым бруствером находились 900 воинов со своими семьями. 27 марта Джексон бросил на эти позиции 2 000 человек, включая пехоту, кавалерию, конных чероки и криков. Кавалерия и союзные индейцы выстроились вдоль берега реки напротив полуострова, чтобы предотвратить бегство в этом направлении. Две пушки открыли огонь по укреплению, но не смогли нанести ему никакого урона. Вылазка чероки через реку против криков, расположившихся на вершине полуострова, оказалась неэффективной, и пехота атаковала бруствер. Шаг за шагом «красные палки» отступали в Талапусу. Они отказывались сдаваться и не просили пощады. Общее число погибших и утонувших составило 700 человек. В плен попали в основном женщины и дети. Потери Джексона и его союзников составили 49 убитыми, 154 ранено. Эта битва, известная крикам как Топопека, а белым - как Хорсшу, положила конец войне. «Красные палки» оказались рассеяны. Некоторые сдались теннессианцам, другие блуждали в лесах, пока голод не заставил их безоговорочно капитулировать. Многие перешли Талапусу и искали прибежище под стенами Пенсаколы. Уэзерфорд после сдачи Джексону был отпущен. Говорят, Большой Воин присутствовал в момент его капитуляции. Маккуин был схвачен, но бежал во Флориду; Фрэнсис также отправился к испанцам. Теннессианцы жестко отомстили стране верхних криков, сжигая города, уничтожая посевы и собирая пленников. Некоторых из пленных «красных палок» были доставлены в верховья Кусы, где им было разрешено начать посевную под руководством Ченнаби, одного из «вождистов». Другие находились в разных армейских постах. К августу 1814 года 8 200 криков получали пайки. США обещали кормить криков, пока они не соберут урожай. Близ слияния Талапусы и Кусы на месте старого французского укрепления был возведен форт Джексон.

Большой Воин во время войны 1813-14, насколько показывают записи, не фигурировал ни в одном из сражений. Вероятно, он лучше служил своему народу, оставаясь с ним в Ковета.  

Будучи оратором верхних криков, 9 августа 1814 года Большой Воин подписал договор в форте Джексон. Вся «военная вина» была возложена на «красных палок».  Договор устанавливал мирные отношения между индейцами и США. Крики уступали США свои западные, южные и юго-восточные земли в Джорджии и Алабаме; США получали право создавать военные посты и торговые дома и прокладывать дороги на территории индейцев и плавать по всем их водным артериям. Договор также призывал криков отказаться от всех пророков, призывавших к войне с США. Договор подписали генерал-майор Эндрю Джексон и 36 представителей криков. Эндрю Джексон не признавал никакой разницы между криками, которые воевали с ним на одной стороне, и «красными палками», которые боролись против него, в плане сохранения их земли и других вопросах. 1,9 млн акров из 23 миллионов акров, которые крики были вынуждены уступить Джексону, были отданы чероки, которые также находились в союзе с Соединёнными Штатами во время войны. Вожди были возмущены, и это возмущение не уменьшилось со временем.

 

Помощь от англичан, которую так долго ждали крики, не доходила, пока хребет восстания «красных палок» не был сломан. Однако у британского правительства были большие надежды на экспедицию на побережье Мексиканского залива. Соответственно, руководителям предлагаемой экспедиции было дано указание разработать общий план действий, согласно которому поддержка индейских племен на границах Флориды и в  частях Джорджии легко бы уменьшила Новый Орлеан и серьезно расстроила бы врага в соседних провинциях. В июне 1814 года, прежде чем британский кабинет завершил свои планы по проведению кампании, фрегат «Орфеус» бросил якорь в устье Аппалачиколы. На берег сошло около 300 человек, полковник и девять других офицеров. Они начали возводить укрепление и выгружать большое количество оружия, которое предназначалось индейцам. Оружие и боеприпасы разместили в соседних семинольских городах и отправили «красным палкам» предложение получить все это. Несмотря на то, что «красные палки» были сильно истощены от голода, они все же прибыли. Они были очень подавлены и уже готовились сдаться американцам, но новости из Аппалачиколы подняли их дух. Индейцам выдали униформу и тренировали как регулярных солдат. Приглашения присоединиться к англичанам были отправлены Большому Воину и другим «вождистам». 

Большой Воин ответил, что англичане часто обманывали его, и ему нужны дополнительные доказательства их искренности. Тем не менее он не побежал к американцам, дружба с которыми для него была измерена договором форта Джексон. Большой Воин обратился к Хокинсу, сообщив, что его молодые воины хотят пойти и взять оружие и боеприпасы у англичан. Большой Воин сказал, что триста крикских негров были вооружены в Аппалачикола. Он, очевидно, понял, как заставить американцев торговаться за его доброжелательство. Если это был его мотив, то он был частично успешен. Хокинс предупредил вождей об обмане англичан и не преминул передать их жалобы военному министру. Он сообщил о невыплате крикам аннуитетов за три года, что индейцы были оборваны и голодали, а правительство не оплатило их услуги в качестве посыльных и воинов. Перед лицом английской угрозы даже Джексон видел достоинство помощи «дружественным» индейцам. Флоридские индейцы были одеты в лучшие английские алые ткани. Джексон решительно заявил, что всех криков нужно одеть и накормить. Он считал, что это можно сделать вместо аннуитетов.

5 августа 1814 года английские моряки и около 500 их индейских союзников под командованием Эдварда Николлса высадились у Пенсакола. Во всех смыслах город теперь стал владением англичан. «Красные палки» под руководством британских офицеров начали очищать американскую границу за поставки и добычу. Скот, черные и белые пленники доставлялись в Пенсаколу с границы с Джорджией и региона к востоку от залива Мобил. В сентябре объединенные сухопутные и морские силы из двух кораблей и двух бригов, 60 моряков и 120 индейцев, напали на 150 американцев в форте Бойер у входа в залив Мобил. Флагман был подвержен огню из форта, и команда вынуждена была покинуть его. Затем отошли остальные сильно поврежденные судна. Сухопутные силы после проведения безрезультатной бомбардировки форта повернули свою артиллерию и отступили в Пенсакола. Сам полковник Николлс потерял глаз в бою.

Джексон долгое время считал, что война с «красными палками» не закончится, пока Пенсакола не будет захвачена. Теперь он должен был действовать, исходя из этого мнения.  Испанские официальные лица действительно действовали от имени индейцев. По приглашению этих чиновников, после Хорсшу оставшиеся в живых крики прибыли в Пенсаколу. В 1813 и 1814 годах, после оккупации Мобила Соединенными Штатами, испанское правительство заложило планы по привлечению индейцев в оборонительную войну с американцами.

Ослабленное положение Испании из-за длительного противостояния с Наполеоном  помешало ей выполнить планы, но это не мешало чиновникам Флориды приветствовать британцев и индейцев. «Форбс и компани», шотландский торговый дом в Пенсакола, активно помогал британской экспедиции. Компания, несомненно, увидела в британской оккупации шанс вернуть себе прежнее господство в торговле с криками. Между Джексоном и Манрике, комендантом Пенсаколы, шла переписка, в которой последний проявил всю откровенность и вежливость испанского джентльмена, в то время как первый показал всю оскорбительную хитрость пограничного хулигана.

Джексон обвинил Манрике в помощи индейцам в войне с Соединенными Штатами и потребовал, чтобы он выдал Маккуина, Фрэнсиса и других вождей «красных палок». Манрике сказал, что он вооружил индейцев не из-за враждебности к Соединенным Штатам, а как защиту от «оскорблений».  Он отказался сдавать вождей. Джексон больше не полагался на слова.

В начале ноября 3 000 человек, включая регуляристов, ополченцев Теннесси и территории Миссисипи, а также воинов чокто Старого Хикори, выдвинулись из Мобила к Пенсаколе. Индейские союзники англичан бросились вглубь Флориды или по направлению к флоту, а сами англичане отступили к своим кораблям, стоявшим в гавани. Оттуда они произвели несколько залпов по американским колоннам, входящим в Пенсаколу, и предприняли попытку пробраться на лодках к кораблям, чтобы не оставлять свои линии обороны испанцам, которые вскоре капитулировали после боев на улицах. На следующий день британцы взорвали форт Барранкас у входа в залив Пенсакола и вышли в море. Джексон был разочарован в своих надеждах на захват врага, но был уверен, что он «разбил горячую постель индейской войны и убедил испанцев, что мы не допустим двусмысленности в стране, исповедующей нейтралитет». Следующим шагом было приблизить последний остаток индейской оппозиции. Перед отъездом на поля большей славы на западе Джексон сформировал вооруженную конницу из чикасо, чокто и криков - около 1 600 человек, - чтобы преследовать «красных палок», бежавших к востоку от Пенсаколы, и наказать семинолов, которые, как сообщалось, были готовы к войне. Примерно в то же время Хокинс с его криками также занял поле сражения против семинолов. Лидеры индейцев, враждебных к США, бежали, но все их сопротивление завершилось. Им ничего не оставалось, как скрываться в болотах Флориды. Но полковник Николлс не мог так легко сдаться.  Вынужденный уйти из Пенсаколы, он и несколько его офицеров вернулись в форт на Аппалачикола. Здесь он оставался даже после объявления мира в декабре 1814 года, следуя по стопам интригана Уильяма Боулса. Он собрал вокруг себя остатки «красных палок», некоторых семинолов и беглых рабов. Гентский договор предусматривал, что Соединенные Штаты и Великобритания должны восстановить индейские племена, с которыми каждый из них воевал, со всеми владениями и правами, которыми пользовались племена в 1811 году, при условии, что племена должны прекратить военные действия. Идея Николлса заключалась в том, чтобы аннулировать договор форта Джексон. Вожди с Аппалачикола заявили, что они останутся в мире с Соединенными Штатами. Они утверждали, что действуют для всей нации криков, «объявленной Его Британским Величеством свободным и независимым народом». Хокинс отказался признать вождей с Аппалачикола, так как они были либо семинолами, либо «красными палками». Как бы намекая, он обратил внимание англичанина на судьбу Боулса. Николлс и его сообщники вскоре отправились в Лондон, взяв с собой пророка Фрэнсиса и оставив других индейцев хорошо вооруженными. Фрэнсису было продемонстрировано некоторое внимание британского правительства. Королевская семья одарила Фрэнсиса нюхательным табаком, обрамленным золотом томагавком и другими безделушками. Но правительство не поддержало действия Николлса. Но его деятельность, похоже, побудила некоторых «вождистов» противостоять договору форта Джексон. В ноябре 1815 года, когда была запущена новая крикская граница, некоторые из них собрались на развилке Флинт и Чаттахочи, чтобы не допустить расширения на восток через земли нижних криков. Они объявили, что любая попытка заселения уступленной земли встретит сопротивление. В 1817 году правительство США решило выплатить «дружественным» крикам 85 000 долларов за земли по договору форта Джексон. После войны «красных палок» военная мощь криков, окруженных со всех сторон землями США, была сломлена. Маскоги больше были не в состоянии торговаться за свою независимость. Крики поняли, что изгнание с их земель оставалось лишь вопросом времени. Война стала первым шагом к переселению на Индейскую территорию. С другой стороны, беглые крики, которые ушли во Флориду, смогли сохранить эти провинции как «спорные земли» на несколько лет вперед. Эти индейцы и их родственники семинолы сохранили искру враждебности к Соединенным Штатам, искру, которая была раздута белой интригой. Война возобновила попытки, начатые Боулсом, багамским торговцем, втянуться в торговлю криков-семинолов. Некоторые офицеры, которые сопровождали Николлса и которые позже вернулись к интригам и торговле с индейцами, были гражданами Багам. Их деятельность не только привела к Семинольской войне 1817-1818 годов, но и смутила отношения Великобритании, Испании и Соединенных Штатов до окончательной передачи Флориды последним. В послевоенные годы Большой Воин неустанно трудился, чтобы получить компенсацию за земли, отданные по договору форта Джексон, и выступал против каких-либо дальнейших уступок.

Большой Воин стал подписантом договора в агентстве криков 22 января 1818 года. По условиям договора, индейцы уступили свои земли на юго-востоке и северо-востоке в обмен на ежегодные выплаты. Свои подписи поставили Дэвид Брайди Митчелл, агент криков, как представитель США, и 18 представителей от криков. Поставил он свою подпись и под договором от 8 января 1821 года на Индиан-Спрингс. Договор предусматривал уступку земли к востоку от Флинт-Ривер, выплаты за уступку и выделение резерваций к западу от Окмалги-Ривер. США брали на себя обязанность выплатить долги криков штату Джорджия. Свои подписи поставили Дэвид Меривезер, Дэниел М. Форни, от имени США, и более 20 представителей криков. В начале 1825 года Большой Воин в составе делегации отправился в Вашингтон, протестуя против ратификации договора, подписанного Уильямом Макинтошем в 1825 году без дозволения на то национального совета. Он умер в Вашингтоне 8 марта. Генерал Томас Вудворд описал Большого Воина как самого крупного человека, которого он когда-либо видел среди криков.

 

Перевод: Александр *Два Волка*. При использовании текста ссылка на сайт обязательна.

Джером Тайгер

 Джером Ричард Тайгер (Jerome Richard Tiger) был очень влиятельным художником-индейцем из Оклахомы. В период с 1962 по 1967 год Тайгер написал сотни картин. Чистокровный маскоги крик-семинол писал, как говорят, в стиле, сочетавшем в себе «духовное видение, гуманное понимание и техническую виртуозность», но с традиционными предметами и композицией. Впервые его картины получили свое признание в Художественном музее Филбрука. Джером - брат Джонни Тайгера-младшего и кузен Джона Тайгера, Ли Ройя Джошуа и Эдмонда Джошуа-младшего. Все они известные индейские художники. 

Джером Ричард Тайгер родился в Талекуа, Оклахома, 8 июля 1941 года. Первые десять лет он жил общинной жизнью с многочисленными посетителями Индейского баптистского лагеря Западной Юфалы. Даже когда семья Тайгера переехала в Маскоги, они часто возвращались в лагерь. Дедушка по материнской линии Колеман Льюис был миссионером-баптистом и долго путешествовал по индейской стране. Он учил внука истории криков и языку. Закончив школьное обучение в 16 лет, Тайгер выучил английский язык и познакомился с такими чудесами белой культуры, как водопровод, туалет и телефон. С 1958 по 1960 год он проходил службу на военно-морском флоте США. Помимо этого, он был чернорабочим и занимался боксированием. В 1966 году он выиграл титул «Золотые перчатки» в среднем весе. Все свое свободное время Джером Тайгер посвящал рисованию. Поступив в Кливлендский инженерный институт в штате Огайо в 1963 году, Тайгер оставил его на следующий год. Он женился на Пегги Ричмонд, и в браке у них родилось трое детей. В 1962 году Нетти Уиллер, друг Тайгера, убедил его выставить свои картины в Музее искусств Филбрука в Талсе, Оклахома, где ежегодно проходила выставка работ художников индейцев. Нетти неустанно работал от его имени по всей стране. Признание его таланта было незамедлительным. В течение следующих пяти лет он проделал большую работу, которая принесла критическое признание и ряд почестей, включая Гран-при Всех американских индейцев в Шеридане, Вайоминг, в 1965 году, и первый приз на Национальной выставке американского индейского искусства, состоявшейся в Окленде, Калифорния, в следующем году. В 1966 году в Филбруке состоялась его персональная выставка-распродажа. Почти все картины Джерома были раскуплены в ночь открытия. Куратор выставки Дижинн Снодграсс попросила художника выставить другие картины взамен проданных. Говорят, он делал это дважды, пока выставка не закрылось. Тайгера сравнивали с Рембрандтом и Франсиско Гойей из-за его способности нарисовать объект или человека после непродолжительного взгляда. Он работал маслом, акварелью, темперой, казеином, карандашами, ручкой и чернилами. 

Жизнь Джерома Ричарда Тайгера трагически оборвалась 13 августа 1967 года. Причиной его смерти стало неосторожное обращение с пистолетом - он выстрелил себе в голову. Незадолго до своей гибели Джером Тайгер создал свою первую глиняную скульптуру, чтобы принять участие в кастинге. Его дети - Джером Кристофер «Крис» Тайгер, Дана Тайгер и Лиза Тайгер - пошли по стопам отца и стали известными художниками. Лиза также видный педагог и активист. Джером Кристофер «Крис» Тайгер погиб в 1990 году в возрасте 23 лет в результате случайного выстрела. 

Большая часть работ Джерома Тайгера была куплена и находится в частных коллекциях. Публично он представлен в коллекциях музеев Филбрука и Гилкреазы в Талсе, в Музее пяти цивилизованных племен в Маскоги, музее Вуларока в окрестностях Бартлсвилля, в Музее Нью-Мексико в Санта-Фе и в Музее американских индейцев и Бюро по делам индейцев в Вашингтоне, округ Колумбия.

 

Перевод: Александр *Два Волка*. При использовании материала ссылка на сайт обязательна.

Джозайя Фрэнсис

Хиллис Хаджо (Hillis Hadjo, Hildis Hadjo, Hilis Hadsho, Hillishago, Hillishager, Crazy-Brave Medicine, Creek Chief), более известный как Джозайя Фрэнсис (Josiah Francis), был самым знаменитым святым у криков во время первых двух декад девятнадцатого века. Он достиг власти во времена войны 1812 года, и с этого времени вплоть до своей смерти Фрэнсис был самым ярым сторонником войны. Хотя он был смешанных кровей, но ненавидел белых людей и их культуру. 

 

Джозайя Фрэнсис родился около 1770 года в городе Аутауга, центральная Алабама. Его отцом был Дэвид Фрэнсис из Южной Каролины, белый торговец, кузнец и серебряный мастер, который много лет жил в городе Аутауга и делал украшения и инструменты для индейцев. О матери Фрэнсиса мало что известно; по всей видимости, она была крик. В юности Джозайя учился ювелирному делу у отца и помогал отцу вести бизнес. И Фрэнсис, и его родители следовали традиционным учениям религиозных лидеров крик. Как будущий пророк, Джозайя Фрэнсис впитал в себя религиозные воззрения старейшин и стал приверженцем войны с белыми, поскольку верил в превосходство культуры криков над белыми. Фрэнсис старался доказать, что он больше индеец, нежели его чистокровные друзья. Во время поездки в Новый Орлеан с англичанами Фрэнсис отказался носить одежду белых. Отказ от всего, что связано с культурой евро-американцев, был свойственен всем пророкам криков, хотя все они были смешанных кровей, как и выдающиеся боевые лидеры - Уильям Уэзерфорд и Питер Маккуин. Фрэнсис был прирожденным шоуменом и хвастался, что может летать по воздуху и жить под водой. В 1811 году Фрэнсис путешествовал вместе с Текумсе по всей долине Миссисипи вербуя племена для новой конфедерации.

Первый официально задокументированный факт о том, что его создавали пророком, появился в конце 1812 года. Сукабо (Sukaboo), великий пророк шауни, десять дней работал с Фрэнсисом, наделяя его силой пророка. Когда все закончилось, Джозайя Фрэнсис стал великим пророком нации криков. Он взял на себя роль пророка-создателя, породив много пророков, среди которых - Джим Бой из Атосси. В июне 1813 года, незадолго до начала войны криков, генерал Джемс Уилкинсон отметил присутствие Фрэнсиса с большим количеством своих последователей на или близ Холи-Граунд на Алабама-Ривер, очевидно, готовившегося к войне с белыми и полукровками в Южной Алабаме. В целях закупки боеприпасов для предстоящей войны в начале июля Джозайя Фрэнсис во главе алабама, Питер Маккуин во главе воинов Талласси и Джим как главенствующий военный вождь, возглавлявший Атосси, со многими вьючными лошадьми прошли маршем от Холи-Граунд до Пенсаколы. Возвращаясь, они расположились лагерем на Бёрнт-Корн-Крик, где 27 июля были атакованы силами полковника Джеймса Коллера. Одержанная победа, несомненно, побудила остальных криков начать войну в более широких масштабах. 

В середине августа на Холи-Граунд прошел великий совет криков. После долгих дебатов и обсуждений совет решил разделить силы криков на две группы и одновременно атаковать форты Мимс и Синкфилд. 

Хопи Тустенугги (Hopie Tustenuggee) руководил большой группой воинов, которая должна была напасть на форт Мимс, в то время как Джозайя Фрэнсис во главе ста двадцати пяти человек должен был атаковать форт Синкфилд. В ночь на 30 августа Фрэнсис и его воины расположились лагерем в Волчьем Логове, большом глубоком овраге в трех милях к востоку от форта Мэдисон. Оттуда на следующий день они двинулись на север и уничтожили двенадцать членов семей Джеймс и Кимблл, живших на Бассетт-Крик. Их тела были обнаружены на следующий день и доставлены в форт Синкфилд для захоронения. 2 сентября около 11 часов часть людей покинула форт, чтобы участвовать в похоронах, несколько женщин занимались стиркой на ручье, а кто-то просто пришел с ведрами, чтобы набрать воды. Фрэнсис решил отрезать похоронную процессию и женщин на ручье, но криков заметили, и поселенцы поспешили в форт, который подвергся яростной атаке. После двухчасового боя Фрэнсис отступил, потеряв одиннадцать воинов, и многие из нападавших были ранены. На Алабама-Ривер несколько раненых криков умерло. О том, участвовал ли Джозая Фрэнсис в других сражениях во время крикской войны, свидетельств нет.

После сражения на Хорсшу он и Нехематла Микко (Nehemathla Micco) со своими людьми остановились на Катоме, но уже 18 апреля генерал Эндрю Джексон написал из форта Джексон, что «Хиллисхаги, их великий пророк, скрылся». 

В начале 1815 года полковник Эдвард Николс заключил договор с беглыми криками и семинолами. Этот договор был наступательным и оборонительным союзом между правительством Англии и индейцами, посредством которого крики Флориды планировали вернуть земли, уступленные ими по договору форта Джексон. В начале лета Николс отправился в Лондон вместе с Фрэнсисом и другими индейцами криками и семинолами. Полковник надеялся, что его договор будет ратифицирован английским министерством иностранных дел. Однако Николса отказались принять или даже выслушать его предложения, не желая вновь развязывать войну. В то же время Фрэнсису оказали должное внимание, хотя официально не признали его дипломатическую миссию по признанию нации криков. Он был произведен в чин полковника, ему выдали форму, одарили бриллиантовой табакеркой, золотым томагавком весом в пятьсот фунтов и некоторыми драгоценностями для его дочерей. 

Фрэнсиса удостоили беседы с принцем, которая была описана "Ландэн Джорнал" так: "Трубы возвестили приближение патриота Фрэнсиса, славно сражавшегося за наше дело на войне в Америке. Одетый в красное и золото и держащий в руке инкрустированный золотом томагавк, Фрэнсис имел вид внушительный и импозантный". 

В 1816 году Фрэнсис и другие индейцы были отправлены во Флориду. Вернувшись в свое поселение близ форта Сан-Маркос на побережье северо-запада Флориды, Фрэнсис попытался примириться с американцами в Алабаме, но, возмущенный нападениями на индейские деревни, стал подстрекать криков и семинолов к войне. Некоторые ученые считают это началом Первой семинольской войны. Примерно в это же время американский солдат Дункан МакКриммон был захвачен индейцами возле Фол-Таун. Пленника доставили в город Фрэнсиса, где его приговорили к смерти через пытки в отместку за убийство четырех индейцев во время нападения на Фол-Таун. Но благодаря мольбам Мали, дочери Фрэнсиса, его жизнь была спасена. Генерал Эндрю Джексон вторгся в западную Флориду 15 марта 1818 года, уничтожая индейские города между реками Апалачикола и Суванни. 

В апреле Фрэнсиса и Нехематла Микко заманили на канонерскую лодку на реке Сэнт-Маркс и без формальности судебного разбирательства 8 апреля 1818 года генерал Джексон приказал повесить обоих. Нехематла Микко вменялось жестокое убийство лейтенанта Скотта, а Фрэнсису - соучастие в массовых убийствах во время войны криков и подстрекательство индейцев. По первой части обвинения Фрэнсис был не больше виновен, чем прочие крики, коих пощадил Джексон; что до второй части, то можно сказать, что он не был подписантом договора форта Джексон 1814 года, который крики Флориды не признали, и, следовательно, с его точки зрения имел право возобновить борьбу с американцами во Флориде. Офицеры описывали Фрэнсиса как «красивого мужчину высотой шестьдесят; весом сто пятьдесят фунтов; приятных манер; хорошо говорящим на английском и испанском языках; с располагающим к себе характером; отнюдь не варвар - образец вождя». Оба казненных воина были захоронены за воротами форта Сан-Маркос. Принимая за истину описание Фрэнсиса, можно предположить, что он не мог контролировать своих воинов во время резни Кимблл-Джеймс и убийства мистера Филипса в форте Синкфилд. Фрэнсиса пережили жена и несколько дочерей. Его жена,  Ханна Мониак, была чистокровной индеанкой и приходилась сводной сестрой Уильяму Уэзерфорду.

 

Перевод: Александр *Два Волка*. При использовании материала ссылка на сайт обязательна. 

Хопотле Мико

"Ступай по этой земле бережно, белый человек, ибо давным-давно до твоего прихода здесь жили, сражались и любили другие люди". Надпись на Рок-Игл, автор неизвестен.

 

Прежде, чем пришли поселенцы, король Талласси (Tallassee King) гулял и охотился в нынешнем Кенни-Ридж. Он был одним из 14 вождей, подписавших договор 1783 года, который даровал Джорджии землю, на которой был основан округ Франклин (а затем Джексон, Кларк и другие округа). Сегодня его имя увековечено в Талласси Шоулз и Таллассии Роуд. 

Поскольку деревни маскоги обычно располагались вдоль ручьев, где они охотились и выращивали кукурузу и сквош, англичане стали называть их «криками» (анг. Creek - ручей). У криков не существовало централизованного правительства, но были вожди, среди которых был и молодой Король Талласси. На языке маскоги его имя звучало как Хопотле Мико (Hopothle Mico, Hopoithle Mico). В местных архивах говорится, что он жил между нынешними Проспект-Черч и Гам-Корнер (на углу Джон-Коллиер-Роуд). От его порога простиралась местность, ныне носящая название Кенни-Ридж. 

Король Талласси поставил свой “X” под рядом договоров, уступив землю сначала англичанам, затем Джорджии и США. Во время Войны за независимость он встал на сторону Соединенных Штатов. Но новая нация по-прежнему нуждалась в большем количестве земель. В 1783 году Король Талласси был одним из ведущих вождей, уступивших землю, на которой они жили, и в 1786 году поселенцы основали колонию Талласси. Договор 1783 года был незамедлительно оспорен, и предложен новый договор Нью-Йорка. Король Талласси, который в то время жил в Алабаме, входил в состав делегации вождей и воинов, которые прибыли в Нью-Йорк. Их приняли с большой помпезностью и церемониями. Делегаты встретились с президентом Вашингтоном и другими официальными лицами, чтобы обсудить новый договор. Художник Джон Трамбулл, который в то время писал портрет Вашингтона, набросал несколько эскизов криков, включая Короля Талласси. Король Талласси участвовал в более поздних договорах, отдав правительству США всю землю. Но он уже стал «своевольным», возмущаясь попытками правительства «цивилизовать» его народ, и выступал против дальнейших земельных уступок. Нация криков разделилась на «мирных» нижних криков и «враждебных» - верхних криков. В августе 1813 года в Алабаме разразилась война «красных палок», одним из вождей которых был Король Талласси. Война закончилась в 1814 году, но Король Талласси к этому времени был уже мертв. Он погиб в ноябре 1813 года в битве на Калейб-Крик, Алабама.

 

Перевод: Александр *Два Волка*. При использовании материала ссылка на сайт обязательна.